Личный враг императора (СИ)
Первый рейд оказался самым легким. Система меня приняла, присвоила идентификационный номер и рандомно отправила в локацию с небольшим храмом в древнегреческом стиле, в центре которого находился алтарь в форме испещренного узорами массивного булыжника. Людей или монстров рядом не оказалось. Ловушек тоже не обнаружил. Самое время действовать и я не тормозил. Смог уничтожить алтарь и Система засчитала мне двести семнадцать единиц элементов святости, а затем дала возможность пройти первую модернизацию тела. Что я и сделал, развившись до двенадцатого уровня и, оставив в системном банке еще сорок две нерастраченные единицы.
Локация стала распадаться, и я двинулся от рассыпающегося храма прочь. Протопал примерно четыре километра и добрался до границы следующего куска земли под защитой артефакта с накопленными святыми элементами. Рассчитывал, что и здесь смогу легко поживиться. Но не тут-то было. Там мне пришлось туго. Трое суток убегал и скрывался от тварей, которые очень сильно походили на минотавров, и в итоге, так ничего и не получив, оставшись без еды и питья, запросил у Системы эвакуацию. Конечно, не бесплатную. Это войти просто. Да и то при условии, что у потенциального системщика подходящая генетика. А вот за выход необходимо платить. Десять эсок (элементов святости), будь добр, отдай, а иначе Система тебя не выпустит.
Второй рейд оказался гораздо сложнее. Меня выбросило на крохотный островок посреди озера. В воде подозрительные амфибии по размерам как взрослый человек, а до следующего куска земли больше километра. И где артефакт, который необходимо разрушить, я так и не обнаружил. Наверное, он находился на дне озера, но у меня ни акваланга, ни магических формаций (заклинаний) водного дыхания. Ну и что делать? Снова отдать Системе десять эсок и уйти? Нет. Мне такой расклад не нравился. Поэтому, рассудив, что эвакуироваться всегда успею, я решил двигать к другой локации. С трудом, на обломанном бревне, которое нашел на островке, отбиваясь от амфибий и прикончив парочку тварей, я все-таки добрался до берега. После чего покинул эту локацию и перебрался в другую, где обнаружил самую обычную землянку, где находились три оживших зомби. Каждому по короткой очереди в башку и проблема решена. А затем мародерка и обнаружение артефакта, небольшой картины с каким-то пафосным рыцарем, который воздел к серым небесам сверкающий меч. Картину я сжег, и Система засчитала получение девяноста семи элементов святости. По сравнению с прошлым разом совсем немного. Но пару уровней поднял, и в банке осталось двадцать девять эсок.
Я двинулся дальше и за один день разорил еще две мелких локации. Сначала разрушил небольшой каменный монумент, который дал двадцать эсок. А потом срубил обвешанный цветными тряпочками столб, и поднял еще шесть элементов святости. После чего добрался до следующей локации и вскрыл древнюю могилу неизвестного героя, который ожил и попытался меня прикончить, но потерпел поражение. И когда костяк превратился в труху, с помощью силовой струны я уничтожил его оружие, бронзовый молот на стальной рукоятке. За что получил сразу сто семь эсок и смог развиться до пятнадцатого уровня. Настроение тогда приподнялось, и я уже радостно потирал руки, вот ведь как все отлично складывается. Однако в следующей локации меня едва не прикончили, и пришлось сваливать обратно в нашу реальность. Так как за мной погналось крайне жуткое существо. Мумия огромной обезьяны в развевающемся черном плаще. Этот монстр атаковал меня на ментальном уровне, и он был настолько силен, что смог легко залезть мне в голову. И этот момент я не забуду никогда. Поскольку чужой голос уговаривал меня не сопротивляться и остановиться, склонить колени и принять смерть. Еще бы секунда и все, монстр меня бы догнал и окончательно подавил мою волю, но я успел ускользнуть раньше.
Как хорошо известно каждому более-менее опытному или потомственному системщику, чем дальше, тем сложнее поднимать уровни. За первые пять Система требует всего по пять эсок. С шестого уровня по десятый цена возрастает до десяти. С одиннадцатого по пятнадцатый отдаешь уже полтинник. С шестнадцатого по двадцатый сотню. Ну и так далее. А еще, чем выше поднимает свой уровень системщик, тем больше прав, бонусов и преференций дает ему Система. Например, с двадцатого поисковик получает больше информации о противниках. С тридцатого у него открывается доступ к подпространственному карману, в котором можно хранить вещи и трофеи. С сорокового за элементы святости есть возможность приобретать особые навыки и способности. С пятидесятого появляется доступ к планетарному рынку, где можно менять и продавать добытые в локациях трофеи. С шестидесятого проявляется опция ставить метки, к которым при очередном рейде осуществляется переход. А с семидесятого уже можно работать с системным магазином. Кстати, наверное, именно там прадед Максим и прикупил жетон, который позволит мне получить необходимую информацию для поиска источника.
Ладно, отвлекся. Возвращаюсь к рейдам.
Во время третьего похода в Отстойник я оказался в развалинах огромного мегаполиса без жителей. Кругом руины многоэтажных домов и разбитая техника. Полный апокалипсис. И в нем я, одинокий человек с автоматом в руках. Жесть, конечно.
Локация, как я быстро выяснил, взобравшись на десятый этаж обвалившейся высотки, была огромной. Значит, в ней много элементов святости, и я начал поиск. Никуда не торопился, двигался крайне осторожно и правильно делал, потому что вскоре обнаружил других системщиков. Сначала заметил двух людей, а потом здоровенного прямоходящего вервольфа. Система подсветила каждого и ошибки быть не могло. Я видел своих коллег по рисковому бизнесу. Точнее, конкурентов. Какой у них уровень неизвестно, такую инфу Система давать отказалась, слишком незначительная я персона. Но понятно сразу, что встреча с другими системщиками ничем хорошим не закончится. Кто-то обязательно умрет. Поэтому я держался от конкурентов в стороне, продолжал поиск и вскоре обнаружил местный музей, где мне на глаза попалось несколько предметов, в которых, без сомнения, присутствовали элементы святости. Серебряная чаша, три древних книги на незнакомом языке и пара медных колец — все это я собрал в кучу, использовал плазму и уничтожил, за что получил сразу триста сорок эсок и потратил добытое, с учетом остатка от прошлых рейдов, на поднятие четырех уровней. После чего локация заметно вздрогнула, словно произошло землетрясение. А затем из подземных коммуникаций под мегаполисом повалили орды крупных агрессивных муравьев. И если сначала я думал, что мне они не очень-то и опасны, то вскоре с высоты третьего этажа, где в тот момент находился, увидел уже знакомого вервольфа, которого эти мелкие твари, облепив со всех сторон, буквально рвали на куски. Полный песец! И пожирали муравьи вервольфа так быстро, что он даже не успел воззвать к Системе и эвакуироваться. Так что я решил не рисковать и когда орда монстриков, обнаружив меня, полезла наверх, предпочел отступить.
Ну и последний рейд, или, как говорят некоторые слишком мнительные вояки, крайний. Меня выбросило в болотистую местность, и я семь дней, вдыхая мерзкие испарения, бродил от одного клочка суши к другому, убивал самых обычных змей и находил небольшие треугольные камни, в каждом из которых было от семи до пятнадцати эсок. В общем, сшибал мелочевку и накопил больше двух сотен. За счет чего поднял еще один уровень, но всю территорию так и не обошел. У меня закончилась чистая вода, да и последний сухпаек как раз догрыз. Так что пришлось уходить.
Вот и все, что я мог рассказать своему старшему родичу о похождениях в Отстойнике.
Кстати, пока я делился с прадедом впечатлениями от рейдов, он молчал. И у меня сложилось впечатление, что Максим Петрович не столько меня слушает, сколько размышляет о своем. Информацию от меня он воспринимает в полном объеме, в этом я не сомневался, но так, краем уха, типа фоновое радио, которое болтает о чем-то в стороне, и не мешает заниматься своим делом. Я это понял, и мне даже стало немного обидно. Распинаюсь тут перед ним, душу раскрываю, а он меня игнорирует. Не хорошо это. Неправильно. Но я прогнал это чувство и заставил себя завершить рассказ. А когда закончил, прадед задал несколько вопросов и позволил мне покинуть кабинет. Вот только я еще задержался. Остановился возле двери и, посмотрев на Максима Петровича, поинтересовался: