Личный враг императора (СИ)

Сначала отыскал видеоролики моих поединков и почитал комментарии под ними.
Потом ознакомился с «авторитетным мнением» популярных столичных журналистов и опять пробежался по комментам.
Далее начал сбор информации о боярских семьях, с которыми зацепился через конфликт с молодежью.
А в конце, по ссылке с одного ресурса, обнаружил подпольный тотализатор, где появилась ставка на то, как быстро меня убьют.
В общем, время скоротал и узнал много нового.
В частности, что далеко не все меня проклинают. Нашлись люди, которым боярская спесь в столице уже поперек горла. Поэтому у меня появились фанаты, которым очень понравилось, как я разобрался с имперскими дворянами, и они ожидали продолжения.
Кроме того, проскочила информация, что молодой боярич Эспозито срочно покинул страну и был отправлен старшими родичами в безопасное место, то ли в Польшу, то ли в Финляндию. А боярин Камков, кстати, последний представитель своего рода, вместе с невестой находился в элитной клинике рода Марьяновых, куда его определил владелец ресторана «Боярский кус» господин Райкин.
На второй перемене произошел забавный случай. По крайней мере, для меня.
Я вышел в коридор и ко мне немедленно направился худощавый русоволосый паренек, который от страха и сильного волнения, еле переставлял ноги. Он приблизился и дрожащим голосом сказал:
— Сударь, вы подлец. Я, вольный дворянин Евген Миронов, говорю вам это открыто, не боясь последствий.
«Бедный ребенок», — посмотрев на наследника мелкого рода, подумал я. После чего обратил внимание на группу из четырех здоровяков, которые с подачи куратора, как и банда Алиева, шпыняла негласных «изгоев» Дворянского курса и сейчас наблюдала за нами. Миронову, как физически слабому, кстати, от них доставалось больше других. Наверняка, они все-таки сломали парня и заставили подойти ко мне. Подленько и мелко. На что расчет? Что я сверну хлипкому Миронову челюсть набок и тем самым явно нарушу правила университета? Да, моя продвинутая интуиция подсказала, что все так и есть.
Опустив голову, Миронов ждал удара. Но вместо этого, обхватив левой рукой плечо Евгена (именно Евгена, а не Евгения), я развернул его и потянул в сторону крепышей.
Компания здоровяков, все из бояр, забеспокоилась, но не ушла и дождалась, когда мы приблизимся. После чего, окинув их недобрым взглядом и вспомнив все, что знал про этих парней, с которыми пару раз пересекался в прошлой жизни, я обратился к неформальному лидеру, бояричу Фомкину:
— Слушай, Фомкин, твой отец вроде бы в канцелярии столичного мэра служит?
Боярич подобного вопроса не ожидал и на мгновение растерялся, но затем ответил:
— Да.
— Когда у него заканчивается трудовой день?
— Обычно в пять вечера.
— То есть в семь он точно будет дома?
— Ага, — он кивнул.
— А проживаете вы, если не ошибаюсь, на Беговой?
— Верно.
— Отлично.
— Ты чего, Хортов? — Фомкин вопросительно кивнул. — Почему про мою семью спрашиваешь?
— Да вот думаю, чем себя сегодня вечером занять, и решил заехать к тебе в гости.
— Зачем?
— Появилось желание прикончить твоего батюшку. Кину вызов, проедем вместе с ним к ближайшему полю чести, и я оторву ему башку.
— А повод для поединка? — окончательно растерялся боярич.
— Сын у него мразь и конченный трус, который других людей подставляет. Чем не повод? Думаю, этого вполне достаточно.
Я говорил уверенно, не сомневаясь в своих словах, и Фомкин, каким бы дурнем он ни был, это почуял и вжал голову в плечи. А я обратил внимание на следующего крепыша, боярича Рахова, которому тоже стал задавать конкретные вопросы о семье. И пока я это делал, двое других, до кого очередь пока не дошла, отодвинувшись от своих приятелей в сторону, тихо слиняли, словно их здесь никогда не было. Вот такая дружба бывает. Пока все хорошо — братаны. А как только друга прижали — каждый сам за себя.
Окончив опрашивать Рахова, я снова обратил внимание на Миронова, который во время общения с бояричами молчал и смотрел на меня расширенными глазами. Я подмигнул парню и сказал:
 
— Все нормально, Евген. Сегодня-завтра займусь сокращением поголовья Фомкиных и Раховых, а потом до остальных доберусь. Глядишь, собаки поймут, что были неправы, а нет, тогда отправятся вслед за родственниками. А к тебе претензий нет. Кроме одной. Характер у тебя слабый. Становись сильным, а иначе боярские псы совсем загрызут. Бывай!
Хлопнув Евгена по плечу и смерив погрустневших здоровяков презрительным взглядом, я вернулся в аудиторию.
Очередное занятие прошло спокойно, а на следующей перемене в коридоре меня снова ожидали бояре, которые подослали Миронова. Вперед выступил Фомкин и вежливо извинился за дурацкую шутку, а заодно пообещал больше никогда не трогать Евгена. Я извинения принял, и мы разошлись в разные стороны.
В общем, все сложилось именно так, как я предполагал. Мной публично были озвучены угрозы в адрес двух родов и Фомкин с Раховым были обязаны позвонить старшим родичам. Что они и сделали. А старшие родичи люди не простые, иначе не смогли бы засунуть своих детей на Дворянский курс, быстро навели обо мне справки и расспросили отпрысков о причине конфликта. После чего решили со мной не связываться. Даже не из-за вчерашних поединков, хотя это тоже должно было оказать влияние на принятие решения. А по той простой причине, что за моей спиной клан Хортовых, который, если пойти на принцип, может уничтожить их семьи и боярам даже заступничество императора не поможет.
И снова учеба. Я дотянул до обеда и отправился в столовую. По привычке, чтобы не подкрались со спины, занял угловой столик. Дождался официанта, который принес поднос с дежурными блюдами, и не успел приступить к трапезе, как заметил среди студентов заметное оживление. Покосился в сторону входа и обнаружил, что в столовую входит принцесса Валерия. Конечно же, в окружении свиты.
Странно, конечно, что она решила пообедать с обычными студентами. Ну, ладно, не совсем обычными, а представителями лучших дворянских родов страны. Однако раньше она так поступала крайне редко и обычно, если не отправлялась в Кремль, принцессе накрывали стол в ее апартаментах, которые, естественно, отличались от моих. Проходят века, но ничего не меняется. Все равны, но некоторые равнее других. Так и в нашем случае. Формально студенты Дворянского курса в одинаковом положении, а на деле у кого-то семь комнат вместо одной и свободный пропуск в город. А сейчас-то она чего приперлась? Я прислушался к своей интуиции, и ответ появился сразу. Это связано со мной.
«Хоть бы дали спокойно поесть», — подумал я, но не тут-то было.
— Господин Хортов? — услышал я приятный голос и, подняв взгляд, обнаружил перед своим столиком фрейлину принцессы, кажется, боярышню Громову.
Поморщившись, с сожалением, я положил ложку и, согласно правилам этикета, встал и кивнул девушке:
— Он самый.
— Ее Высочество Валерия Андреевна приглашает вас за свой стол.
Мне очень хотелось ответить грубостью. Сказать, что мне и здесь хорошо. Но решил сдержаться и не раздувать очередной конфликт на пустом месте. Да и вообще, надо бы посмотреть вблизи на принцессу, которая по замыслу двух старых интриганов может стать моей будущей женой.
— С удовольствием принимаю предложение Ее Высочества, — сказал я фрейлине и, покосившись на только что начатый борщ, двинулся вслед за ней.
Принцесса и ее свита, пять девушек и тройка парней, которые являлись не только боярами, но и телохранителями члена императорской фамилии, расположились в лучшем месте столовой, за продолговатым столом на несколько персон возле большого окна с отличным видом на парк. Ну и, конечно, меню элитных учеников немного богаче, чем у остальных студентов. У меня сегодня был борщ со сметаной, картошка по-деревенски, летний салат, кусок пирога и сок. А у принцессы с ближним кругом наваристая уха с крупными кусочками осетрины, отбивные, три вида салатов, пирожные и взвар.