Личный враг императора (СИ)
— Что? — еле слышно произнес он.
— Мне за это ничего не будет. Возможно, погрозят пальчиком и попросят бить тебя аккуратней, не оставляя следов, и на этом все. Поэтому, чтобы не было недопонимания и обид, ты сразу позвони своему начальнику и спроси, как реагировать на поведение молодого Хортова. Понял?
— Да.
— Мою комнату никто не занимал?
— Никак нет.
— Вот и хорошо. Дорогу я знаю. Свободен, капитан Худов.
Подмигнув охранникам, которые напряглись, но чуяли, что я сильнее всех их вместе взятых, а потому не дергались, я направился к общежитию.
В моей комнате все по-прежнему, вещи и учебники на своих местах, но я был уверен, что здесь был обыск, а потом, заметая следы, устроили приборку.
— Эх! — я тяжело вздохнул и, прикинув, что еще успею на последнюю пару, переоделся и направился в учебный корпус.
Только вошел и как раз перемена. Народ повалил из классов и снова неприятная встреча:
— Хортов! Сука! Тебе конец!
Я посмотрел на того, кто это выкрикнул. Ну, конечно, Мага Алиев собственной персоной с тройкой подпевал.
— Привет, — улыбаясь, я приподнял правую ладонь. — Как дела, Магомет? Я тоже рад тебя видеть. Ты чего такой нервный? Приболел? Или с родственниками беда-печаль приключилась?
— Ты… Ты…
Его распирало от гнева, а я приблизился к нему и, понизив голос до полушепота, поинтересовался: — После занятий за общежитием?
— Да! — ответил он.
— Договорились, — я хлопнул его по плечу и направился в класс.
По меркам моего сегодняшнего тела я покинул университет пять недель назад. Кажется, что срок небольшой. Однако, с учетом своей прошлой жизни, с тех пор, как я последний раз находился на занятиях, минуло тринадцать долгих лет. Поэтому многое позабыл и потерял интерес к наукам, которые преподавали в учебном заведении. Философия, история, экономика, математика, естествознание, родная речь, социальная психология, сетевые технологии, основы этикета и многое другое… Да плевать мне на это, если честно. Жизнь меня научила главному — не тратить время на то, что мне нафиг не нужно и не интересно. Ну, честно, я не экономист, не профессиональный психолог, не правовед и не математик. Я системщик, который ради повышения уровня убивает других разумных и разрушает чужие реликвии. Для меня это основа жизни и я бы хотел больше времени уделять развитию магического дара, укреплению тела и тренировкам. А вместо этого вынужден снова сидеть за партой, слушать преподавателя и запоминать то, что он говорит. Сука! Бесит!
Две последних пары отсидел с огромным трудом, а когда покинул класс, меня переполняла злость, которую требовалось выплеснуть. И очень хорошо, что у меня назначена стрелка с Алиевым. Он ведь раз на раз выйти не захочет. У него по жизни своя тропа, старая, проверенная и надежная. Если есть сомнения в победе, надо бить противника толпой. Все по заветам славных предков: «Ты один приходи, мы тоже одни придем. Нож не бери, мы свои возьмем». Поэтому я надеялся, что будет весело. Но при этом сам себе пообещал сильно Магу не калечить и не позорить. Как ни крути, но именно благодаря его предупреждению в прошлой жизни я вовремя покинул университет, а иначе взяли бы меня бойцы Тайного приказа тепленьким в постели.
Переодевшись в спортивный костюм, я обошел общагу и обнаружил здесь Магу с друзьями, которых было уже не трое, а пятеро. Увидев меня, они переглянулись и обменялись недобрыми усмешками. После чего Алиев выступил вперед, а его подпевалы стали обходить меня с флангов.
— Хортов! — прорычал Мага. — Ты ответишь за то, что сделали твои родственники!
Мага парень горячий и заводной. Не понимал, что сейчас он подставляет свой род. Ведь наш патриарх, позвони я ему, мог использовать этот случай для продолжения боевых действий против ослабевших Алиевых. А если бы не захотел воевать, используя драку как повод, просто вытрусил из них что-нибудь нужное нашему клану. Но, конечно же, я жаловаться не стал. Развлекаться буду самостоятельно и, прервав Магу, спросил его:
— Ты сюда драться пришел или разговоры разговаривать?
Алиев бросился на меня. Видимо, хотел провести один из своих борцовских приемчиков, сбить меня с ног и зафиксировать. Однако в последний момент я отступил в сторону и подставил ему ногу.
Парень рухнул лицом вниз и даже немного проехался по земле, а меня атаковали его подпевалы. Один, встав в классическую боксерскую стойку передо мной. Второй за спиной, подкрадывается, словно хищник к жертве. Вот только все это детский сад и хищник здесь я, системщик тридцать третьего уровня. Мне они не противники и, прыгнув навстречу «боксеру», я отвесил ему хлесткую пощечину. После чего, схватив его за левую руку, бросил паренька назад, как раз на того, кто подкрадывался.
Кто следующий? А вот они, трое остальных бросились одновременно, и в руке одного даже блеснул нож. Вот же шакал. Но они очень медленные. Поэтому, уклоняясь от чужих рук,подножками и хлесткими ударами кулаков, я ронял их на грунт, а парню с ножом сломал руку. Сделал это легко, словно нахожусь на тренировке. И развлекался я таким образом целых пять минут. Пока подпевалы не замерли на земле.
Последним, кто остался на ногах, был Мага, которого я щадил. Он пошатывался и сжимал покрытые ссадинами кулаки, сплевывал с разбитых губ кровь и смотрел на меня исподлобья. А я подошел к нему и сказал:
— Это был первый и последний урок. В следующий раз всех убью. Веришь мне?
— Да… — просипел он.
— А теперь включай мозг и думай не только о себе, но и про родных, которые могут из-за тебя пострадать. Ты как, способен воспринимать реальность адекватно?
— Способен, — пробурчал парень.
— Вот и хорошо.
Я ему кивнул и направился к себе. Злость не рассеялась, а сил у меня еще много. А раз так, то почему бы не прогуляться по ночной Москве? Говорят, здесь есть на что посмотреть и с развлечениями полный порядок.
Глава 17
17.
В небольшом кабинете, обхватив голову руками, за простым канцелярским столом сидел несчастный человек, который размышлял о своей нерадостной жизни и бесперспективной судьбе.
Когда капитан Тайного приказа боярин Ерофей Петрович Худов, совершенно неожиданно для себя, был назначен куратором Дворянского курса в Московском Государственном Университете, он решил, что вытащил счастливый билет. Да и как иначе? Ведь это возможность завязать массу полезных знакомств с молодыми людьми из самых сильных, знатных и влиятельных родов империи. К примеру, окажешь услугу юноше, который попал в затруднительное положение, а у него папа глава следственного отдела в Тайном приказе. Значит, паренька ждет большое будущее, а когда он взлетит по карьерной лестнице вверх, то и его, Ерофея Хлудова, не забудет. Ну, или другой случай, совершит некий богатый дворянин нехороший проступок, а куратор его прикроет и сможет потом доить всю жизнь.
Примерно так размышлял назначенный присматривать за Дворянским курсом капитан Худов, который видел будущее в радужных цветах, когда прибыл к новому месту несения службы. Но суровая действительность моментально расставила все по своим местам, и макнула его лицом в лужу с отходами. Боярские дети прекрасно знали, кто таков Худов и его место в иерархии императорских дворян. Поэтому, вместо того, чтобы с ним договариваться, предпочитали давить на куратора через старших родственников и высокопоставленных знакомых. А независимые аристократы, как правило, из очень богатых родов, не боялись ни бога, ни черта, ни, прости Господи, самого императора. Поэтому вели себя нагло и заносчиво, а куратора считали отбросом, и при малейшей попытке давления на них сразу жаловались родственникам, которые без раздумий посылали к Худову адвокатов или своих гвардейцев. И тут нельзя сказать, с кем проще иметь дело. Потому что одни грозились засудить Худова и лишить его небольшой род всего, что они имели. А другие, наплевав на его звание и должность, обещали выследить капитана и переломать ему кости.