Проклятие Синей Розы (СИ)
- Спасибо тебе, ты спасла меня во второй раз! – бодро и вполне искренне поблагодарил он девушку, снисходительно наблюдавшую за его разминкой. – Я вижу, ты знакома с этой ведьмой? Ужасная женщина! Шизофрения на лицо.
- Нельзя ли отзываться чуть более почтительно о моей бабушке? – язвительно заметила Марисоль, и снова горечь послышалась Хейдену в её голосе, но собственное удивление всё перекрыло.
- Твоей – кого?!
Знахарка не отвечала, поджав тонкие губы.
- Правда что ль?! – начинал злиться Хейден. – Твоя бабка?! И вся у тебя родня такая? Ты уж скажи, не поленись, а то вдруг ещё кто-нибудь из твоих родственничков решит со мной в игрушки поиграть! Ну, там в яму посадит, или прирежет у ритуального столба!
- Я не выбирала себе родню. – коротко осадила она его. – Сам виноват! Остался – ничего не было бы!
- Ага, и сдался бы тебе в рабство на веки вечные! Прости, в мужья! Но, кажется, мужчин у вас не особо спрашивают?!
- Ты ничего не знаешь о наших традициях! Будь благодарен и не вини меня во всех своих бедах! Я здесь не причём!
А ведь права была дурнушка Марисоль, не она затащила их с Лаурой в этот проклятый лес! И помогла ему, уже второй раз, а он оказался таким дико неблагодарным! Надо бы исправиться…
- Ладно, прости меня. – миролюбиво произнёс он. – Ещё раз спасибо, ведь я не хотел бы прощаться с тобой на дурной ноте…
- Прощаться? – глаза знахарки слегка сузились, так она злилась. – Ты же слышал Шейлу – тебе не жить! Это была не шутка. Я смешала нашу кровь тем поцелуем – твои губы были разбиты, а мои нетрудно было прокусить, и теперь мы пара, нравится тебе или нет. Но это только половина обряда. В ночь полной луны мы должны воссоединиться, стать полноценными мужем и женой, иначе… ты всё слышал.
Хейден слушал и не верил своим ушам. Что за средневековая чушь? Что за нелепость тут творилась?! Он и Марисоль – ну уж нет! Ни за что на свете…
- Я не прикоснусь к тебе… ведьма! – злая досада подкралась к горлу, заставляя его слова звучать с особой жестокостью.
Марисоль, взглянув на него глазами, полными обиды, не ответила ничего и отвернулась, зашагав прочь. Но Хейден не мог придумать ничего лучше, чем последовать за ней, хоть ему и было это поперёк горла. А перспектива остаться в тёмном лесу в полном одиночестве и вовсе не радовала.
Он уже понял, какие опасности его тут поджидают.
Он уже знал, чем чревато невежество чужаков, случайно оказавшихся в этом лесу.
Глава двадцать первая. Комната.- Я хотела сказать Вам, что уже позавтракала. На кухне…
Лаура решила предупредить хозяина поместья, что без приглашения и дозволения, успела съесть добротный ломоть свежего хлебы, предназначенный для него. Мало ли, какие порядки он тут заправляет…
- Но Вы же не откажете мне в компании, и соизволите позавтракать со мной ещё раз?
Лучезарная улыбка месье Бертрана восторженно трогала сердце чувствительной девушки. Даже образ так горячо и тайно любимого ею Хейдена слегка померк на фоне этого красавчика, и Лаура уже почти жалела, что у него не всё в порядке с головой.
- Если только первое. – вежливо улыбнулась она в ответ.
Месье Бертран придержал дверь, пропуская Лауру внутрь дома, а после сопроводил в обеденный зал, находившийся в левом крыле на втором этаже поместья.
Он был светлым, исполненным в бело-голубых тонах, но не казался холодным, напротив, помещения уютнее Лаура пока что здесь не видела. Огромные портреты в деревянных рамах украшали стены, гобелены и фрески на самые различные темы гармонично вписывались в интерьер, а от зеркал в полный рост тут и там, зал казался просторнее во много раз.
Овальный, словно вытянутый, стол, украшала белая накрахмаленная скатерть с ажурным кантом, а свежесрезанные розы в вазах – обязательные спутники всего поместья, живописно дополняли общую картину уюта и приветливости во всём.
Ох, поверила бы Лаура во все это, если бы вчера на неё не напало нечто, что никак не вязалось с покоем и умиротворением! Об этом нужно будет расспросить милого француза, но попозже, после завтрака, чтобы ненароком не испортить ему аппетит.
Из огромных окон лился солнечный свет, заливая собой всё убранство обеденного зала, и блюда, аккуратно расставленные в определённом порядке и накрытые колпаками.
Действительно, всё было готово к приходу хозяина, но ни горничных, ни других слуг рядом не наблюдалось. Боялись они, что ли, его?!
Месье Бертран услужливо отодвинул старинный тяжёлый стул с высокой спинкой, приглашая Лауру занять своё место рядом с его, во главе стола.
На серебряных подносах их ждали тонко нарезанные хлебцы и масло, овсяная каша, пахнущая так дивно, что девушка не посмела, несмотря на все свои заверения в сытости, отказаться от второго завтрака.
Свежее парное молоко, которое Лаура в жизни не пробовала до этого момента, было прекрасным завершением их утренней трапезы. Её даже слегка разморило и потянуло в сон, но она постаралась не расслабляться, потому как загадочный француз время от времени смотрел на неё своими красивыми глазами, и ей не хотелось выглядеть в них этакой сонной грезой.
Во время завтрака они почти всегда молчали, изредка обмениваясь вежливыми репликами «по делу», и между ними чувствовалось определённое стеснение, какое бывает между едва знакомыми людьми, волею судьбы, оказавшимися за одним столом.
Должно быть, месье Бертран был довольно-таки стеснительным человеком. С его-то внешностью это казалось почти нереальным, но Лаура наблюдала за этим мужчиной своими глазами, и постепенно проникалась к нему самой настоящей симпатией. Он не был избалован или самолюбив – по крайней мере, на первый взгляд, вот только старомодные манеры и одежда этого француза весьма смущали и заставляли крутиться в голове одной и той же мысли: откуда он такой здесь взялся?
Но не спрашивать же в лоб!
По крайней мере, пока что…
- Где я буду… ночевать? – как можно более непринуждённо вопросила девушка, когда молчание ей встало как кость поперёк горла. Да и выяснить это было нужно как минимум до темноты.
- О, я знаю апартаменты, которые Вы, мисс Клабан, несомненно, оцените!
Лаура попыталась урезонить вздох. Апартаменты. Какие уж тут апартаменты? Скорее уж, музейная локация… Но вежливо улыбнулась.
- Хотите их увидеть прямо сейчас? …
Улыбка месье Бертрана была такой искренней, такой настоящей, что Лаура лишь подыграла в ответ, широко улыбнувшись и согласно качнув головой. Должно быть, хозяин поместья Уэйнрайт был действительно одинок, пусть и в душевном плане, раз так старался угодить ей, сделать что-то приятное…
***Похоже, эта комната долго не открывалась. Она находилась недалеко от обеденного зала, в том же крыле, на втором этаже, но за те несколько секунд, что они добирались туда, настроение месье Бертрана заметно изменилось.
Он стал мрачным, и, кажется, слегка волновался, поворачивая ключ в замочной скважине двери.
Лауре было любопытно, что её ждёт там, за этой дверью, а её провожатый, кажется, начал сомневаться в правильности своего предложения.
Однако дверь, протяжно скрипнув, словно приглашая молодых людей войти внутрь комнаты, наконец, отворилась, и Лаура почувствовала…
Тяжёлый воздух, пропитанный запахом нафталина и старой мебели, был сродни запаху разложения, и девушка закашлялась, не будучи готовой к такому. Месье Бертран заметался, не зная, помогать ли ей справится с кашлем или открыть окно, но, поразмыслив, бросился к тяжёлым шторам, распахивая их. А после уже заскрипели ссохшиеся створки окна, впуская внутрь тёплый свежий воздух с примесью запаха роз, и Лауре мгновенно полегчало.
