Полюби меня заново (СИ)

Просто… Это то, что случилось в моменте. На чувствах и эмоциях. Точно так я приобрел этот камень-оберег для нее, на эмоциях. Просто в голову сразу пришла она, как та, кому нужно спокойствие и счастье. Сестру я и так оберегаю, а Ксюша в подобное не верит. А Еся… А Еся верит. Как ребенок, по-настоящему. В карты, предсказания, обереги, Домовых, и в черную кошку, которая дорогу перебегает.
Через сорок минут, как и обещал, я уже у дома Ксюши. Но на то, что она соберется так быстро, даже не рассчитываю. Со спокойной душой пишу ей, что подъехал, делаю музыку тише и прикрываю глаза, устраиваясь удобнее на сиденье. Ждать Ксюшу можно часами порой, и пока она собирается, ей не дописаться, не дозвониться, не достучаться. Поэтому выбираю подремать, потому что работы очень много в последнее время — не успеваю спать. Готовим к открытию еще одну кофейню на другом конце города, пока там ремонт, но дел уже выше крыши. А тут выходной нарисовался, решил дать отдохнуть и себе, и всем сотрудникам.
Не знаю, сколько проходит времени, когда Ксюша будит меня стуком в окно. Открываю глаза и пытаюсь сфокусироваться, открываю дверь всё еще полусонный и пытаюсь очнуться, когда Ксюша садится рядом. Осматриваю ее — красивая. В платье и на своих излюбленных высоких каблуках, на которых я даже не представляю, как можно ходить.
Ксюша вообще любит себя и постоянно себя украшает и улучшает. Я не могу даже сказать, сколько времени она проводит в салонах красоты, спа, бассейне, массажах, тренировках и всём прочем. Мы из-за этого порой и не можем встретиться, я работаю меньше, чем она тратит времени на уход за собой.
— Привет, — говорю и наклоняюсь, чтобы поцеловать Ксюшу, но она отворачивает лицо так, что я могу чмокнуть ее только в щёку. Сразу странные мысли: что-то не так. Мирослав позвонил, рассказал что-то, и теперь она обижается? Или что? — Не разрешаешь мне себя целовать?
— У меня просто новая помада, — говорит Ксюша и поворачивается ко мне, — видишь? Нравится?
Нравится ли мне помада? Вряд ли я пойму, чем она отличается от той, что была вчера.
— Да, красиво. Едем?
— Да! А куда мы?
— Предлагаю сходить в кино, потом прогуляться, погода сегодня просто волшебная. Потом закажем что-нибудь и можем поехать ко мне, если хочешь, продолжить смотреть фильмы. Хочу провести время с тобой, — выворачиваю со двора и уже слышу не особо довольный вздох.
— Дим, ну куда гулять? Ты видел, какие у меня каблуки? Я устану и буду плакать.
— Могу носить тебя на руках, — говорю терпеливо, хотя уже понимаю, что наш вечер накрылся медным тазом.
— Давай лучше пропустим пункт с кино и прогулкой, заедем в ресторан, а потом поедем к тебе. Как тебе идея? — спрашивает Ксюша воодушевленно, а мне, на самом-то деле, идея “никак”. Ну вот вообще.
— Как всегда, — жму плечами. На самом деле эта идея ничем не отличается от всех наших дней. Ресторан, потом ко мне. Никаких прогулок и разговоров о важном, никаких милых объятий при просмотре совершенно идиотского фильма, никаких совместных готовок и испачканных носов в муке. Ничего. И почему-то именно сейчас меня это начинает напрягать. Потому что раньше просто не думал. А сейчас задумался… — Ничего нового, Ксюш. А я хочу разнообразить наши отношения хоть немного.
— Тебе скучно? — вздёргивает бровь, и я уже жалею, что всё это начал. — Со мной скучно?
— Я не сказал, что скучно. Я сказал, что хотел чего-то нового. Все пары гуляют, почему мы не можем?
— С каких пор ты стал любить гулять?
— Всегда любил, не поверишь, — хочется вернуть машину к ее дому и высадить Ксюшу, а потом поехать в центр и гулять в одиночестве. Странное что-то со мной сегодня, не могу понять самого себя, бесит это и голова кругом. — Ладно, забудь, поедем в ресторан сейчас. Заедем в кофейню только? Нужно проверить, что вчера сделали рабочие и знать, ругать завтра их или хвалить.
— Ну мы же быстро, да?
— Посмотрим.
До кофейни едем молча, хотя это другой конец города и мы едем около часа, попадая в небольшую пробку. Ксюша всё время сидит в телефоне и периодически подпевает песням из плейлиста, покачивая головой.
 
— Пойдем? Мы приехали, — останавливаюсь около нового помещения и глушу машину. Хочу показать Ксюше всё, что уже сделали, и рассказать о планах. Может, она бы подсказала мне своим женским и свежим взглядом, что нового можно добавить в уже устоявшийся стиль моих кофеен.
— Ты сходи, а я тут тебя подожду. Ты же быстро?
— Тебе неинтересно?
— Ну что там, Дим? Голые стены и лампочка под потолком? Тем более тут еще нет нормальной дороги, а я на каблуках. Я жду тебя, — складывает губы трубочкой, посылая воздушный поцелуй, а я хлопаю дверью сильнее, чем того требует моя машина.
Я ехал к ней с чувством вины, но сейчас мне не хочется извиняться совершенно. Еще несколько часов назад я думал о том, что мы с Ксюшей подходим друг другу, а сейчас думаю, что, возможно, я ошибался. Нужно подумать и провести вечер вместе. Пока я немного запутался в себе, как давно не путался.
Пока осматриваю уже выполненное за вчерашний день рабочими, на часы приходит уведомление. Бросаю взгляд и вижу сообщение от Есении.
“Спасибо за то, что не оставил и за то, что был рядом. И за оберег тоже большое спасибо, буду носить”.
Хлопаю по карманам, чтобы достать телефон и ответить, но понимаю, что оставил его в машине. И, скорее всего, Ксюша увидела сейчас сообщение от Есении. Скандалу быть? Не знаю. Я никогда не давал повода для ревности и Ксюша никогда не устраивала скандалов, соответственно. Поэтому ее реакция сейчас на это сообщение — загадка для меня.
Закрываю помещение и иду обратно с каким-то странным предвкушением. Я хочу скандала? Возможно. Просто чтобы понять, что я ей не безразличен. Хотя бы так.
— Ты всё? — отрывается от телефона, когда сажусь в машину. — Едем кушать? Давай сегодня что-то итальянское?
Она не видела сообщения? Странно…
— Давай. Никто не звонил, пока меня не было? — я, наверное, по лезвию хожу, заводя этот разговор самостоятельно, но я действительно это делаю.
— Нет, но написала какая-то Есения, за что-то там тебе спасибо. Что такого хорошего ты сделал и кто это? — говорит без капли претензии, параллельно печатая кому-то сообщение.
— Это девушка, в которую ты въехала на парковке, по совместительству моя бывшая, — говорю, не скрывая ничего. — Сегодня утром я заезжал к ней, отдавал кое-что, помог ей с сумками и мы застряли в лифте на три часа. Мирослав помог нам, вызвал лифтеров, сам приехал.
— Мирослав умничка, — говорит, и у меня внутри всё обрывается. Честности ради, это очень странно. Я ревнивый до ужаса, и хоть это и плохо, я знаю, я не могу понять такого безразличия. Ей правда всё равно? — Вылезли из лифта-то?
— Нет, там до сих пор сидим.
— Смешно, — хихикает Ксюша. — Нет, давай всё-таки сегодня поедим роллы! Хочется рыбки. Ладно?
— Ладно, — киваю, и внезапно понимаю, что мы, вероятно, действительно подходим друг другу гораздо меньше, чем мне казалось до этого дня. В голове сразу проносятся все наши совместные дни, и я понимаю, что они ничем не отличались от сегодняшнего. Но мне упорно казалось, что между нами всё в порядке. Сегодня только по какой-то странной причине решил обратить внимание на то, что между нами происходит, и понял, что срочно нужно что-то менять.
— Блин, Ксюш, я тут вспомнил, у меня встреча завтра, а я документы никакие не подготовил. Не обидишься? — вру безбожно, по понимаю, что свидание точно не удастся, а мне надо очень много и долго подумать.
— Тогда закинь меня в торговый центр на Ленина, там Кристинка сидит в рестике, я к ней пойду, как раз только что написала мне.
Через двадцать минут она, чмокнув меня в щеку, убегает в торговый центр так, словно никакие каблуки ей уже не мешают.
В сотый раз за день пишу Яське, спрашивая, как она себя чувствует, и она отвечает, что лучше всех, ведь
наконец-то из длительной командировки вернулся ее муж. Ну вот. Хоть у кого-то всё хорошо. Хоть у кого-то…