Мгновения до бури. Темные грезы (СИ)
— Да но, тогда я чуть не погибла.
— Вот именно, — щелкнул пальцами Картер, улыбнувшись усами, которые с момента нашей последней встречи стали еще пышнее. — Вы по-прежнему слишком не уверены в себе, и только при смертельной опасности понимаете, что способны на большее. С помощью своей завесы вы можете быть абсолютно неуязвимыми! Нужно только быть чуть увереннее в себе.
— К сожалению, это не так, профессор. Я уже однажды потеряла бдительность из-за своей неуязвимости, и это чуть не стоило мне жизни, — я мысленно вернулась в Лонде-Бри, когда оказалась в руках Коула Харта.
Йозеф нахмурился, скрестив руки на груди, но расспрашивать не стал. Вполне возможно, он даже был в курсе моих злоключений в Амхельне, раз вызвался тренировать меня. Вместо этого хранитель лишь попросил пояснить, в чем я была бессильна.
— Если противник подобрался ко мне прежде, чем появился барьер, и схватил меня, например, за руку, то я не могу его отбросить от себя. Эфирная завеса куполом укрывает от атак, но ничего не делает тому, кто держит меня.
Около минуты профессор задумчиво потирал усы и оценивающе смотрел на меня, после чего удивленно хмыкнул и провел рукой в воздухе.
— Хм, забавно. То есть вы умеете расширять барьер, проецировать его на окружающих, и даже отражать атаки, но не можете защитить себя как следует?
В его голосе уже звучали знакомые презрительные нотки. Но я была вынуждена лишь кивнуть.
— Да уж, Тали, вы не перестаете меня удивлять. Похоже, с вами предстоит еще больше работы, чем я предполагал.
— Вы еще можете отказаться, — я попыталась улыбнуться, но профессор уже не был настроен шутить.
— Даже не надейтесь, — недовольно фыркнул он. — Здесь вам не Академия и не глупые соревнования между группами. Теперь вы — кандидат, и вам предстоит понять всю серьезность этого звания.
Спустя три часа я безразлично смотрела за пробегающими мимо домами через широкое окно омнибуса, а на губах маячила усталая улыбка. Я была настолько вымотана, что сил на прежние глупые переживания не осталось. Главное сейчас научиться создавать барьер не только в виде купола, но и буквально обволакивать Эфиром свое тело, словно второй кожей. Потому что, если я этого не сделаю, на моих запястьях и предплечьях может не остаться живого места.
— Смерть меня побери, что они с тобой сделали? — не на шутку испугалась Джоан, заметив, как покраснели у меня руки там, где Йозеф держал меня мертвой хваткой. — Они что, пытали тебя?
— Не они, а он, — обессиленно выдохнула я, рухнув на кровать. — Моим куратором поставили Йозефа Картера.
— Он же садист. Тебя должны обучать, а не пытать, — Эклз никак не могла угомониться, но, заметив, что я никак не реагирую, попробовала сменить тему. — Слушай, тебя тут искал…
— Завтра, Джо, все завтра, — сквозь сон перебила я подругу. — Сегодня у меня нет на это сил.
* * *Но завтра, как и послезавтра, и после-послезавтра, сил у меня оставалось все меньше и меньше. На общих занятиях я тренировалась наравне с остальными. На встречах тайных стражей невозможно было предугадать, в какую ситуацию нас закинет бескомпромиссный Нейтан Блейк. Иногда условия настолько походили на реальные, что приходилось проявлять свою смекалку и ловкость. Все это множилось на постоянные лекции по Эфиру, истории, политологии и прочим наукам. И если остальные студенты находили при этом время на свидания, вечеринки и другие радости жизни в кампусе, то мне, благодаря занятиям с Картером и дополнительным упражнениям с холодным оружием, не оставалось даже сил лишний раз навестить родителей.
И первое время меня действительно радовало, что не было возможности выслушивать очередные домыслы Джоан об отношении ко мне Рида, о том, где и в чьем обществе видели Джейсона, или о новых сплетнях обо мне. Последних, к счастью, все же оказалось не так много, и та же Терри по-прежнему при любом удобном случае пыталась, наоборот, подружиться.
Однако, когда стал приближаться первый этап турнира между тайными и боевыми стражами, я первый раз ощутила, что начинаю сдавать позиции.
— Идите, — беззвучно приказала я, махнув Тине и Билли.
Вокруг парочки почти незаметно сверкнул барьер, и они пробрались через световую стену, отделяющую нас от последнего коридора в испытании Нейтана Блейка. Перед турниром он все чаще выгонял нас на полигоны, готовя к первому этапу. Вот и сейчас, мы двигались по узким проходам из высоких фанерных ограждений, имитирующих городские кварталы.
Еле заметная вспышка в руках Тины на другом конце коридора дала понять, что она с Бэнксом прошла препятствие, и очередь оставалась лишь за мной. Я еще раз посмотрела назад, где мог появиться один из патрулей. Убедившись, что дорога чиста, я поднялась на ноги.
— Ох, — не смогла сдержать я вздоха, когда мышцы в ногах и руках отозвались ноющей болью после внеурочных занятий с мечом.
Эфирная завеса исправно возникла вокруг меня, и я быстрым шагом прошла через арку со светящимися кристаллами по бокам. Без барьера первого же, кто попытался пройти через нее, парализовало бы ударом тока, а округа взорвалась бы сигналом тревоги.
Из-за яркого света, который заливал защищаемый проход, я не увидела торчащей на выходе коряги, и, запнувшись, растянулась на земле.
Крепко зажмурившись, не то от боли при падении, не то от страха услышать вой сирены, я на несколько секунд замерла, не двигаясь. Но вокруг продолжала стоять абсолютная тишина, пока рядом не зашептала Тина.
— Леди, скорее. Тебя же заметят!
Защитный купол по-прежнему не давал току задеть меня. Собрав волю в кулак, я бросилась вперед, перебегая к ближайшему укрытию. В бликах световой стены моя тень была почти незаметна, но страж, неожиданно появившийся впереди, подозрительно остановился и посмотрел в мою сторону. Я испуганно сжалась за мусорным баком. Если меня обнаружат, задание будет провалено, и профессор Блейк придумает особо изощренное наказание для всей группы.
— Блин, как можно быть такой копушей⁉ — мысленно ругала я себя.
В попытках усмирить сбившееся дыхание я осторожно выглянула. Тина была в конце коридора, почти у самого выхода. Страж, стоящий ближе ко мне, ее уже не заметит. Билли я не видела, значит, он закончил испытание. Благодаря барьеру, я шла последней, отгораживая от препятствий и пропуская вперед соратников. И стражник, будь он неладен, двинулся в мою сторону. У меня не было даже места, чтобы где-то спрятаться. Я судорожно окидывала взглядом пустой закуток, в котором оказалась заперта, словно в ловушке.
— А ну, покажись, — грозно проговорил страж, приближаясь. — Тебе все равно не спрятаться от меня.
Уже представляя себе взгляды сокурсников, когда Нейтан Блейк накажет нас внеочередным испытанием допроса, я больше всего мечтала о том, чтобы моя завеса могла делать меня невидимой.
Стражник появился из-за бака, но внезапно остановился, когда позади него что-то прогремело. В паре метров от меня он обернулся и пошел назад на шум. Я не верила своей удаче, лишь бы радостное биение сердца не выдало меня.
— Где ты? — слышалось возмущение стража.
Но новый шум, прогремевший еще дальше, заставил стражника перейти на бег и исчезнуть за углом.
— Леди, ну же! — вновь появилось взволнованное лицо Тины, усиленно махавшей у выхода.
Понимая, что другого шанса у меня может не быть, я стремглав бросилась к ней.
— Да!!! — хор голосов тут же оглушил меня, а множество рук, заключивших в радостные объятия, лишили воздуха на несколько секунд.
— Ну и чему вы радуетесь? — эхом отразился от стен полигона холодный голос Нейтана Блейка. — Вы провалили задание, и каждый из вас понесет соответствующее наказание.
Тут же на профессора обрушился гомон возмущенных голосов, от чего Блейк даже сделал один неуверенный шаг назад.
— Но как же? Мы прошли задание! — голосил громче всех Билли.
— Мы ни разу не попались, профессор, и Леди не заметили! — почти со слезами на глазах возмущалась Тина, смотря на меня в поисках поддержки.