Почувствуй (СИ)

— Это то они и любят, брать, что дают, — едва слышно проговорила я. — А что они любят?
— Машины и когда наши в футбол выигрывают, а когда не выигрывают, они любят разные бутылки с цветными жидкостями, от которых пахнет, как от отполированного стола.
— Надо сказать Биркану, чтобы не брал тебя с собой на некоторые мероприятия, или терпел, пока ты уснешь.
Мы туго перевязали маленькие букетики из полевых цветов и травы нитками, которые предусмотрительно взяла с собой малышка, и двинулись к дому.
Заходили мы со стороны двора, поэтому столкнулись с входящими через главный вход, следуя им навстречу.
Первым появился Анри, стоило его светловолосой макушке показаться в гостиной, как Фериде отпустила мою руку и побежала к нему. Тот подхватил её и поднял вверх.
— Маленькая госпожа возвратилась? Как тебе в деревне с бабушкой Мехтебер?
— Сначала мне нравилось, а потом стало скучно, там же нет ни игрушек, ни телевизора с мультиками.
— И что ты там делала?
— Бегала, разговаривала с животными, а иногда и с соседскими мальчишками. Но я скучала по своим соседским мальчикам, — Фериде обвила шею Анри руками и прижалась к нему.
— Разве у вас здесь есть такие?
— Да, вы мои соседские мальчики.
Анри засмеялся, я подошла ближе и поздоровалась.
— Добро пожаловать, позвать Биркана?
— Благодарю, тебе очень идет такая прическа, а этого прихвостня не зови, сам откуда-нибудь вылезет.
Стоило мне порадоваться комплименту о моих волосах, кои сразу после возвращения домой заплела в две немного кривоватые косы Фериде, и будто услышав призыв, Биркан спустился с лестницы.
— Я тоже рад тебя видеть, Анри, — Биркан собирался дружески обнять приятеля, но его сестрица ещё крепче прижалась к другу.
— Мой Анри, не пущу никого к нему. Кадер, подари ему подарок.
Я послушно протянула букетик васильков, Анри, будто, в самом деле, обрадовался и поблагодарил нас.
— А мне не подаришь?
— Возьми, отдам тебе свой, если кое-кто придет он тебе очень понадобится, — не сдержалась я от резких слов.
— Да, чтобы этим веником вымести её отсюда, — на его лице заиграла странная улыбка, что заставило меня с отвращением искривиться.
— Вы это о чем?
Никто не успел ему ответить, всех отвлек шум мотора, хотя дорога, как и парковка, находятся в приличном отдалении от дома. От этого звука мы переглянулись.
Через минуту в двери показалась голова Джана.
— Всем привет, — сказал он, озадаченно разглядывая нас, в то время, когда мы, молча, и так же озадаченно, разглядывали его. — А с чего такое внимание?
Фериде спрыгнула с рук Анри и прыгнула уже в объятия Джана.
— Вот она, женская любовь, а говорила, милая, что я только твой.
— Ты только мой, но это не значит, что у меня нет других своих.
— Фериде, — предостерег её брат от неправильных изречений.
— А что я такого сказала? Кадер, дай Джану букет.
— Добро пожаловать, — проговорила я, и протянула плотно связанные желтые цветы, чередующиеся с высокой травой.
Мне всё ещё было стыдно смотреть ему в глаза, поэтому я быстро всучила букет и вернулась на своё прежнее место, так и не подняв головы.
— Спасибо, это очень мило. Кадер, — от неожиданности я посмотрела на него. — С косами очень хорошо, ты стала похожа на фарфоровую куклу.
Я скованно улыбнулась, не зная, как реагировать на это. На мгновение задумалась, в это время парни о чем-то переговаривались. От размышлений меня отвлекло резкое ощущение чьей-то руки на своих плечах.
Я дернулась и повернулась в сторону, недоуменно воззрившись на Биркана, он в тот момент улыбался и разговаривал с Джаном, который, подобно мне, замолчал от этого неожиданного прикосновения.
— Что ты делаешь? — Шепотом спросила я, почти касаясь его уха, ведь благодаря ему, расстояния между нами почти не было.
— А что не так? Мы же влюбленная пара.
— Зачем ты это разыгрываешь? Джан обо всем знает, да и никому не нужна эта странная демонстрация «чувств».
— Мне нужно, — проговорил он так твердо, будто это решение я уже не смогу оспорить, как и любое другое, тут же он выпрямился, не прерывая объятий, и обратился к другу, — Почему ты приехал один?
 
— Ты хотел видеть кого-то ещё? — Как-то странно спросил Джан, не отводя от друга взгляда.
— Твоего брата, например, хотелось бы видеть.
— Он едет на машине, а я на мотоцикле.
— Ты ведь нечасто на нем ездишь.
— Да, но сегодня Озгюр очень просил меня довести его, ведь ему очень хочется напиться, и не вести обратно машину.
— И ты из вредности отказал ему?
— Меньше пить будет. Если бы я просто отказал ему и поехал на машине, он бы нашел способ залезть на заднее сидение. Так что, Анри, готовься, он может упрашивать тебя подбросить его. Но Биркан, ты знаешь, он прилипала, он и тебя из дома вытащит, чтобы ты довез его. И ты довезешь, чтобы поскорее избавиться от него и не слушать его пьяные бредни, а пьяные в два раза хуже, чем трезвые бредни.
— Хватит, мы уже поняли всю твою любовь к брату.
Джан поставил Фериде на пол, оглянулся на дверь, недовольно хмыкнув:
— А вот и идет это пугало болтливое.
— С каких это пор пеньки разговаривают? — Послышался звонкий голос Озгюра, за мгновение до того, как его худощавое тело появилось пред нами. — Всем привет.
В его руках оказалась ярко синяя бутылка, в ней переливались блестки. Увидев Фериде, он спрятал бутылку за своей ногой, но девочка уже увидела блестящие переливы и попросила показать ей.
Прежде чем сестра взяла в руки алкоголь Биркан, наконец-то, освободил меня от своих объятий, и раньше сестры перехватил бутылку.
— Это ещё что за жидкий глиттер? Принес Фериде бумажки красить?
— Чтоб ты понимал, — хмыкнул Озгюр. — Малышка, ушки прикрой. Это шампанское, не видел разве? Сейчас очень модно.
— Тебе виднее.
— Отдай, раз тебе ничего не нравится.
— Принес и просишь отдать? Ну, уж нет. Пойдемте, а то пока вас дождешься, весь матч пропустить можно.
— До начала полчаса.
— Отлично, вы ведь любите поболтать перед началом.
Прежде, чем зайти с ребятами в «кинотеатр» я отлучилась, чтобы расплести эти косы, не знаю почему, но мне не понравилось излишнее внимание к ним, и ко мне, и взгляд Биркана, в момент слов о кукле, мне не понравился ещё больше.
Волосы стали волнистыми и пушистыми, кажется, это ещё хуже, чем косы. К моей радости, никто перемены не заметил, или же просто не озвучили.
Я постаралась сесть подальше ото всех, заняв мягкое кресло почти в углу, сзади всех, в то время как все сидели в «первом ряду».
— Сегодня мы видели Сурию, — сказал Биркан, поглощая соленые орешки.
— Что? — Все гости, кроме меня, удивились, обратив всё свое внимание на оратора. — Какую-то другую Сурию?
— Нет, ту самую.
— И она никак не объяснила своё отсутствие? — Спросил Джан.
— Даже и говорить с ними не стала, — предположил Озгюр, кажется, я впервые видела его взволнованным.
— Стала, и я даже успел понять, что она совсем не изменилась.
— Осталась прежней высокомерной особой, требующей ото всех максимума действий и эмоций, и при этом сама не делающая ничего? — Предположил Джан.
— Именно так.
— И по какой причине она отсутствовала? — Спросил Анри.
— Стала моделью и теперь скитается по незнакомым странам.
— Значит, она всё такая же красивая и талантливая, раз добилась таких высот? — Слабо проговорил Озгюр, будто потеряв дар речи.
— А ты ничего не слышишь? Она не изменилась, ни внешне, ни внутренне. Хотя, кому я это говорю, разве изменишь мнение, — хмыкнул Джан, явно не обрадовавшись неожиданному возвращению любви брата.
Пока матч не начался ко мне подсел Анри, Биркан не заметил этого, так как они с Джаном тщетно пытались открыть их влюбленному другу глаза на правду.
— Это правда, что твоя подруга сейчас в больнице?
— Нихан? — Я удивилась, и только потом вспомнила о симпатии к ней этого молодого человека. — Да, у неё некоторые проблемы. А ты откуда об этом знаешь?