Почувствуй (СИ)

— Не трудно было догадаться. Отчего-то в этом городе собирается наибольшее количество людей с проблемами. У кого-то с головой, у кого-то с законом. И я к ним отношусь, в том числе.
— Постой, ты знаешь, что он плохой человек, но по-прежнему, согласна выйти за него?
— Тебя разве должно это волновать? Это моя личная жизнь. Выхожу или не выхожу, это только моё дело.
— Он заставил тебя? Скажи, если это так, я…
— Что ты? Всё закончилось, Биркан. Все мои проблемы, снова, только мои. К сожалению, из-за меня пострадала Бурсу. И мне стоило самой прыгнуть на этот пистолет, чтобы с ней ничего не случилось, — её голос задрожал, в глазах появились слёзы, и она тут же отвернулась, а когда я положил руку на её плечо, отмахнулась.
— В том, что произошло, виновен только я.
— Перестань, прошу. Сейчас не тот момент, чтобы выяснять кто, и в чём виноват. Прости, мне не очень приятно находиться здесь, рядом с тобой, — прошептала она, затем встала и подошла к соседней стене.
Тоже поднялся, но держу расстояние, хоть мне и очень хотелось подойти и обнять её, даже если она будет отпираться. Она тоже хочет этого, но никогда не позволит этому случиться.
— Мы ведь поговорили, ты знаешь, что больше всего я боюсь, что кто-то навредит тебе, если с тобой что-то случится…
— Пожалуйста, молчи. Всё. Всё, — она снова отвернулась, прилегла на стену, надеясь найти в ней опору.
— Кадер, пожалуйста, — прошу я, вставая поблизости, но не нарушаю её границ личного пространства. — Этот человек опасен.
— Нет никого опаснее людей, которые сначала притворяются нашими спасителями, — она вновь взглянула на меня, явно намекая этими словами на мою вину.
— Я сделаю всё, чтобы исправить свои ошибки, — начинаю говорить я, но девушка тут же перебивает меня.
— Сможешь сделать так, чтобы я забыла о твоём существовании? Думаю, нет. А со всем остальным я справлюсь и без тебя.
Её слова ранят меня. Но другого отношения не стоило и ожидать. Я виртуозно уничтожил её жизнь, и даже не заметил этого.
Приближаются родители Бурсу, Кадер нервничает, винит себя в произошедшем несчастье, не может взглянуть им в глаза.
Сама судьба впервые решила помочь девушке, чьё имя совпадало с её собственным, по этой причине, стоило семье Гюндоган появиться рядом с нами, в коридоре, возле операционной, как оттуда выходит доктор, к коему мы все сразу же подбежали.
Всё обошлось, пулю вытащили, важных органов она не задела, потребуется время на восстановление, но Бурсу со всем справится. Позже, поздним вечером, когда нас пустили в палату, где девушка уже пришла в себя, она лично заверила нас, что она поправится так быстро, что вместе с Кадер будет танцевать на свадьбе Нихан и Анри. А ещё она очень просила Кадер не винить себя в случившемся. А когда пришли полицейские, и вместе с родителями пострадавшей пытались выяснить подробности, девушка не проронила ни слова, в очередной раз, покрывая бывшую подругу.
Наш личный будущий доктор, вместе со своей почти супругой, тоже приехали, встретив по дороге Озгюра, все вместе мы развлекали Бурсу, не давая ей грустить в одиночестве, и спокойно спать. Все вместе ушли из больницы, когда нас всё же заметил дежурный доктор, сказав, что нам давно следовало уйти.
Собирался воспользоваться моментом, подвести Кадер до дома и продолжить разговор об опасности, исходящей от её жениха, но она, либо, узнав о моих намерениях, либо не желая видеть и терпеть моё общество дальше, ведь даже в той маленькой палате ей удавалось держаться в метре от меня, оказавшись на улице, тут же приняла предложение Танера, и прыгнула в его машину.
Озгюра сбили со следа, чего и стоило ожидать, ни вечером, ни следующим утром Йетер Кара и её отца Айята Кара не было в городе. Осталась только госпожа Эда, но та, строя из себя ничего непонимающую и невинную овечку, заявила, что дочь не покидала пределов клиники, а супруг в запланированном отъезде, проверяет один из своих отелей в Каире.
Её слова сразу же опровергли, показав женщине видео с камер наблюдения больницы, где ясно видно её дочь, привёзшую на машине истекающую кровью Бурсу, а уже от другой двери, телохранителей господина Айята, тащащих безвольную девушку в машину.
 
Через несколько часов видео исчезли, но Танер, своими привычными методами, вновь достал их, приобщив к материалам дела. И схлестнулись две семьи в судебных войнах. Все товарищеские и рабочие отношения были расторгнуты.
Йетер вновь поместили в клинику, откуда её не выпускали врачи, заявляя, что девушка в неадекватном состоянии, и если она что-то и совершила, то ответственности ни за что нести не может.
Семья Гюндоган сначала судилась с клиникой, откуда упустили опасную больную, а так же не давала успокоиться семье Кара. Танер регулярно доставал неопровержимые доказательства виновности девушки, но их новый адвокат, специально прилетевший из Швеции, успевал подкупать судей, и виртуозно отклонять новые обвинения.
Через неделю после печальных событий мы встретились с адвокатом, он только начинал готовиться к первому заседанию суда, все его мысли были поглощены состоянием здоровья сестры, и отстаиванием её прав.
Я больше не собирался вмешивать его в свои дела с убийцей, теперь приходилось разбираться самостоятельно, что замедлило и без того неудачное дело. Теперь мы встречались и обсуждали, как обойти семью Кара, теперь я был помощником в его деле.
— Ты больше не пытался поговорить с Кадер? — Спросил Танер, тяжело вздыхая, помешивая сахар в чае, когда мы решили сделать перерыв.
— Я понял одну вещь, если хочешь помочь человеку, а он не хочет тебя видеть, делай это за его спиной.
— Фиговая затея, — покачал головой парень, отпивая из огромной кружки чай. — Но на твоём месте я бы поступил так же. Кадер для меня как сестра, моя вторая Бурсу. И ты знаешь, я готов ей помочь, но она будет недовольна, что мы действовали за её спиной.
— Мне терять нечего, ненавидеть меня ещё больше она точно не сможет, у всего ведь есть границы. О твоём участии я, так уж и быть, промолчу.
— Забыл тебе рассказать, мы же разговаривали с ней. Про этого Эрдала. Я хотел попросить о встрече с ним, он же запрещал нам общаться, когда мы приезжали к ней с Бурсу. Якобы вот, хочу поговорить с ним, дать понять, что я ему не враг.
— Ты с ним разговаривал?
— Когда то давно, когда о свадьбе и разговора не было. Он сидел у неё в кафе, а я заходил проведать её, он ненавистно смотрел на меня, а уже потом, от Бурсу я узнал, что он запрещает ей общаться со мной и моей сестрой.
— А на прошлой неделе?
— Он в отъезде, приедет за день до свадьбы Анри. Кстати, меньше недели осталось, подарок я так и не купил, а Бурсу мечтает туда попасть, но её лечащий врач против, говорит ещё рано, но, вероятно, привезу её на пару часиков.
— Я всё купил, но моя дорогая невеста собирается пойти со мной, а это не самая лучшая новость, хуже только то, что Кадер придёт со своим. Хотя я смогу поговорить с ним, припугну, заставлю сбежать от неё.
— Опять плохая идея, напомни придумать для тебя что-то лучше. Кстати, ты знал, что его сестра умерла? Кадер мне сказала. Я посмотрел, точно не было сказано, что умерла Себахат, подруга Джана и Сеита, но информация о других сестрах присутствует. Кто-то замуж вышел, кто-то в другой город уехал, и тому подобное, и только она исчезла.
— А так как мы знаем о смерти в этой семье… Значит, Себахат погибла? — Тихо проговорил я, в голове начал складываться пазл, но чего-то будто не хватало. — Тогда он действительно мог убить Джана или Сеита?
— Какие причины кроме смерти сестры? Она вообще могла погибнуть от чего-то другого. Не мог же кто-то из них убить её.
— Смотри, если они принимали наркотики, Себахат могла умереть от этого, превысила дозу или что-то такое, отсюда что, косвенная вина остальных членов компании. Сразу после этого друзья распадаются, семья Себахат переезжает, а сама девушка не прощается с подругой, и не знает о её смерти. А ещё, если ты забыл, напоминаю, их отец умер на стройке Кара-Бетлюч. У него есть целых две причины это сделать.