Почувствуй (СИ)

— Эта развалюха поддерживает какие-то программы?
— Запчасти все новые, только внешний вид максимально состарен, никому в голову не придет искать здесь что-то важное. Если тебе не нравится, и хочешь светиться, пожалуйста, прошу поехать в мой адвокатский кабинет, — парень ослепительно улыбнулся, и теперь я понял, он тоже не питает ко мне симпатий. Приятно, когда твои чувства взаимны.
— Записи с камер тоже отсюда смотрел? — Киваю на квадратный монитор, всё ещё не усадив свою пятую точку куда-нибудь.
— Тут можно записи с вашей фирмы посмотреть, но не с ритуального агентства, услугами которого никто не пользуется, удивительно, что там вообще такие технологии есть, прямо прорыв в будущее.
— Давай ближе к делу.
— Знаешь Исмаила Каягуду?
— Впервые слышу.
— Теперь знай, и думай кто это. А чтобы не утруждать нашего уважаемого бизнесмена пространными глупостями, узнаем ответ у этой волшебной машины, — Танер включил компьютер, зевая сел на стул, как ни в чём не бывало.
— Это была его машина? Ты уверен?
— Да, он номера сначала замазал грязью, думал потом с толпой смешаться, а попробуй смешаться на этом катафалке. Метрах в трехстах он грязь смыл и поехал дальше.
— Это могла быть другая машина, ты просто перепутал.
— По всем близлежащим зданиям проверил, точно его вел. И скол на багажнике. Его машина.
Почувствовав некоторое раздражение и разочарование, очень уж мне хотелось поскорее найти убийцу друга, и избавиться от этого вездесущего человека, первой любви Кадер, рассказал о наших наблюдениях.
— Что за Хасан? У него была причина? — На секунду задумался Танер, чуть сощурив глаза, словно кот, готовый кинуться на новую версию, как на след от лазерного фонарика.
— Кадер слышала, ещё до смерти Джана, как они с Йетер обсуждали кого-то, предположительно это был Хасан. Странные совпадения с машиной и тем разговором. Может, он забрал чужие номера? Это те же самые?
Вместе сверили фото с камер и фото с моего телефона, не сошлись, версию пришлось отложить, к моему глубочайшему сожалению.
— Глупое совпадение, не больше, — завершил мои мысли адвокат.
— Хасана лучше проверить. Он мне не нравится.
— Предлагаешь теперь подозревать всех, кто тебе не нравится? На меня тоже компромат искать будешь?
— Посмотрю на твоё поведение.
— Какие угрозы, — цокнул языком парень, разворачиваясь к компьютеру. — Знакомое лицо?
— Нет. Отправлю Озгюру.
— Если это просто наёмник, мы мало что выясним. И он его не узнает.
— Адрес ведь там есть? — Отправил фотографию неизвестного мне гражданина, не отрываясь от телефона, будто ответ это вопрос жизни и смерти, хоть в какой-то мере так оно и было, продолжал малоприятный разговор.
— Есть, но он может там не жить. И досье. Исмаил Каягуда, двадцать восемь лет, работает фотографом, в полицию не привлекался, зато лечился в психиатрической больнице.
— Какой диагноз?
— А тебе это о чем-то говорит? Скажу так, преследовал одну из своих моделей, когда только начинал карьеру, кстати, сейчас довольно известный человек в Стамбуле. На момент преследования ему было лет семнадцать, думаю, сейчас это событие ему не навяжешь.
— Озгюр ответил, — напряженно проговорил я, открывая сообщение, последние слова адвоката потерялись в моей голове, так и не донеся до меня свой смысл. — Не знает кто это, но выглядит знакомо.
— Ясно, ничего нового, или твой друг что-то понял и теперь скрывает. Поеду искать этого Исмаила и узнавать, что ему было нужно.
— Вместе поедем, разгадка близка.
Танер хотел воспротивиться, потом нехотя согласился с какими-то мыслями, скривил губы, и согласился, встал со стула, похлопал себя по карманам джинс, ища не то телефон, не то ключи.
— Озгюр ещё что-то написал. Вспомнил, где видел его. Недавно тот подвозил его девушку.
— А девушка что говорит? — Равнодушно спросил адвокат, следуя к выходу из неприятной комнаты.
— Они не разговаривают, но я сам ей позвоню.
Сурия ответила не сразу, когда мы уже были у квартирного дома фотографа, она перезвонила, тяжело дыша, недовольным голосом, спросила:
 
— Чего тебе, Биркан? Из-за Озгюра звонишь?
— И это тоже. Откуда ты знаешь Исмаила Каягуду?
— Подожди, я в спортзале, плохо слышу. Перезвоню через минуту, — после этих слов девушка сбросила трубку, по голосу стало понятно, что она в недоумении.
— Будем ждать или проверим квартиру? — Спросил Танер, указывая на высотку, услышав наш неудавшийся разговор.
— Пойдем, от подозреваемого мы явно узнаем больше.
К моему величайшему удивлению, Танер вытащил откуда-то полицейское удостоверение, вломился в квартиру фотографа, и почти тут же смог усадить его напротив нас и вытащить показания.
Исмаил боялся нас, или же выглядел всегда немного неадекватным, жуткий взгляд голубых глаз, дергающийся уголок губы, растрепанные черные волосы, явно давно не расчесанные и не мытые.
Он искал слова, боязливо поглядывая на грозного Танера. Адвокат походил на медведя в сравнении с худощавым фотографом. А я отошел в соседнюю комнату поговорить с Сурией.
— Этот человек фотограф, зачем он тебе? Хочешь свою девицу моделью сделать? Учти, тут даже чудо не поможет, — девушка хмыкнула в трубку, явно гордясь собой.
— Рот свой по поводу Кадер, на замке держи, хорошо? Какое он имеет отношение к Озгюру?
— Никакого. Почему спрашиваешь? Он мне неделю назад позвонил, сказал, что где-то видел мои снимки, хочет пополнить портфолио. Он человек достаточно известный, я согласилась. Только странный он. С того дня постоянно названивает, сообщения пишет. Пытался на встречу позвать, я один раз сходила, но он на меня, как маньяк смотрел, какие-то непонятные вещи говорил. Я думала, он ещё одну фотосессию предложит, а он на своей волне. Я сказал, что если по съемкам вопросов нет, то пусть оставит меня в покое, рассказала ему об Озгюре, и всё.
— Ладно, спасибо.
— Так что случилось? — Взволнованно спросила Сурия, но я сбросил вызов.
Вернулся в комнату, где проходил допрос, при виде меня фотограф обрадовался, всё же оставаться с Танером наедине, то ещё удовольствие, он может казаться угрожающим.
— А теперь повтори господину, что сказал мне, только не мычи, кратко и содержательно, — пожалуй, призвание моего спутника это не юриспруденция, а выбивателем показаний, или же в тюрьме заключенных пугать.
— Уважаемый господин, послушайте меня, — посмотрел на меня Исмаил с надеждой, но взгляд остался жутким. — Я приехал месяца три назад, устал от работы, хотел уехать подальше от суеты. Никого не трогал, и трогать не собирался. И тут около месяца назад мне пришло письмо на почту, там были фотографии той девушки. Сурии. Знаете, она очень похожа на одну девушку, просто безумно. А та девушка, понимаете, она была моей первой любовью, первой моделью, с неё всё и началось. Но я не нравился ей, она убегала от меня, а я ничего не мог с собой поделать, мне нужно было смотреть на неё и фотографировать. Какое-то время я ходил за ней, а потом её убили, прямо у меня на глазах, а я просто фотографировал её. Моя Илай погибла, и моя душа умерла вместе с ней. Я долго лечился, потом не вспоминал свою любовь, работал, никого не трогал. Но Сурия…
— Она что-то сделала?
— Она воскресила во мне любовь к Илай, а они так похожи, только волосы немного изменить, переодеть, и будет моя Илай. Человек скинул мне фотографии и исчез, я сходил с ума, готов на стену был лезть. Не знал кто это, как её найти. Тогда человек вновь отправил письмо, попросил меня оказать ему услугу, а взамен обещал дать номер этой Сурии.
— Что за услуга? — Я занервничал, чувствуя странное жжение в пальцах, ожидая услышать худшее, то, ради чего мы тут появились.
— Я должен был сфотографировать какую-то пару. Они о чем-то говорили, я фотографировал, потом они обнялись и попрощались. Последний снимок я должен был отправить, но только по сигналу от человека. Недавно он отдал мне контакты Сурии. Я узнал, что у моей Илай есть другой мужчина, и это после долгой разлуки. Я взбесился. Выследил этого Озгюра, пытался убить его, но кто-то помешал мне. Я понял, что это была моя Илай, не хотела, чтобы я совершал грех. Поэтому я сбежал, не стал завершать дело, только заметил, что кто-то бросился за ним на дорогу, сбавил скорость. Даже не зацепил их.