Эксклюзивно для Его Величества (СИ)

— Я впервые это вижу, — наконец, выдавила онемевшими губами. — Я не имею к этой статье никакого отношения. Слышишь?
— Я мало с кем говорил об этом! — Авизар выхватил статью и потряс у меня перед носом. — О проигрыше Сабтеррано знала только ты и Нейл!
Само собой, Тестимун вне подозрений, и оставалась только я. Вот тогда мне стало реально страшно! Я бросилась к Авизару, цепляясь за его руки.
— Это не я!
Меня отшвырнули прочь, как лишайную кошку. Мужчина не контролировал свою силу, и я стукнулась головой о стену. В ушах зазвенело, но я, превозмогая боль, снова вскочила на ноги.
— Зар!..
Он отвернулся от меня. Вперёд выступил Гораций Лачев — глава Тайной канцелярии.
— София, где ты была вчера с десяти часов до полудня?
— Дома.
— А вот у нас другая информация. В десять тридцать ты встречалась с Борисом Камбером — редактором «Вечерних вестей» и дала ему интервью, за которое тебе перечислили вознаграждение в размере трёхсот тысяч шелетов. После чего ты отправилась в автосалон «Ассиен» и оформила покупку «Кайруса С-7».
Я вытаращилась на Лачева.
— Что?!!! Это наглая ложь! Не было такого! Ты слышишь меня!? — кричала я Авизару, но он так и не повернулся ко мне. Тогда я посмотрела на ткача и министра. — Вы слышите меня? Это ложь!!!
Тестимун никак не отреагировал на моё восклицание. А Лачев молча повернул ко мне ноутбук и включил запись. Я сделала шаг к столу. И чем дольше шло видео, тем ближе я подходила, не в силах поверить собственным глазам.
Я! Везде я!.. Я возле собственного дома! Я у входа в ресторан! Я на пороге автосалона с яркой вывеской… Я смотрела на себя и — Тьма раздери вас всех! — не понимала, как такое может быть?! Но это была я! В своих любимых солнечных очках, в тех самых джинсах и блузке, которые подготовила накануне и которые надела, когда спешила в студию!.. Зажмурилась до пятен перед глазами и тряхнула головой, надеясь, что этот морок исчезнет.
— Это не могла быть я!.. Я была в студии!
— В 14.30, - согласно кивнул Лачев и указал на экран: — А до этого?..
Я как зачарованная снова уставилась на картинку. Дорогой эльфийский ресторан, столик в приватной комнате, мужчина и женщина… я. Это я разговаривала с Борисом Камбером — главным редактором оппозиционной газеты… Это я открывала дверь в автосалон, ещё и ногу поджимала. Дурацкая привычка с детства! Но сейчас она не выглядела смешной! Я растерянно глянула на главного ткача.
— Не знаю, кто и как это сделал, но это не я! Это монтаж!
— Нет, София, — Лачев покачал головой. — Мы проверили все камеры. Понимаешь? Все! Не только те, которые были в автосалоне и ресторане, но и на соседних зданиях. Ты есть везде!
— Признай, наконец, что попалась! — прошипел Авизар, поворачиваясь к нам.
— Нет!
— Я не говорил тебе, но за тобой была закреплена охрана. Они и сообщили нам вчера о твоих похождениях. Так что отпираться дальше не имеет смысла, — он жёстко усмехнулся, а меня начало мутить от страха.
— Зачем мне это?! — я не сводила глаз с Авизара. — Подумай сам! Зачем мне это делать? Зачем мне ещё один автолёт?
— Ты хотела этот «Кайрус». Ныла о нём месяц! Душу мне достала со своим «хочу-купи!» Даже лицензию на пятый уровень у родителей выклянчила, — напомнил король. — Ты привыкла добиваться своего. Твои слова?
— Да. Но «Кайрус» никогда не был моей целью! — закричала я. — Я уже думать забыла о нём! Как ты не понимаешь: меня подставили!
— Кто?
— Я не знаю!.. Но в тот день я была дома. Я проспала до обеда…
Тестимун с Лачевым переглянулись и засмеялись — зло, фальшиво.
— Ничего лучше не придумала?
Но я не смотрела на них. Я не сводила глаз с Авизара, сгорая под его ненавидящим взглядом.
— Я бы никогда не предала тебя. Тем более так!.. На виду у всех.
— Не ты ли хотела поставить в наших отношениях восклицательный знак вместо точки?.. Поздравляю! Тебе удалось!
Я задохнулась от ужаса. Завтра как раз была годовщина нашего романа.
— Зар, я этого не делала! Клянусь! Я полночи писала текст для репортажа, а потом просто уснула! Поверь мне, пожалуйста!
 
Я бросилась к мужчине. Мне хотелось встряхнуть его, заставить опомниться. Ведь это же я!.. Но вдруг увидела летящую навстречу стену огня. Она медленно окружала меня. И я завизжала, понимая, что мне не спастись! Не успею!.. Жар опалил кожу, проник в лёгкие, выжигая кислород!.. Не могу дышать!
— Ваше величество!.. — за доли секунды Лачев успел выставить щит. — Да твою же мать! Авизар, остановись!
Я со стоном сделала первый вдох живительного воздуха, буквально чувствуя, как заходится перепуганное сердце. А потом в нос попал запах горелых волос и ткани. Я торопливо стала сбивать пламя с одежды. Нервные окончания на кончиках пальцев взвились болью, взорвавшейся в мозге ослепительной вспышкой. И я сдавленно застонала, взмахивая обожжёнными руками. Неужели это всё происходит со мной?!
Затравленно глянула на любимого мужчину. Но в глазах Авизара не увидела ни капли раскаяния. Как? Он чуть не убил меня! Чуть не сжёг заживо в огне!..
Растерянно глянула по сторонам, словно очутилась здесь впервые. Когда Лачев оттолкнул меня с пути пламени, я упала на пол, ударившись плечом о стену. Юбка задралась до белья, но я даже не поняла этого. Только теперь одёрнула ткань и сжалась у стены, испуганно глядя на мужчину.
— Зар, пожалуйста…
Я видела, как его трясло! Почти так же, как меня! Но если я дрожала от страха и шока, то мужчина — от ярости и ненависти.
— Ещё слово — и я сожгу тебя, как кучу мусора!.. Да ты мусор и есть! — он посмотрел на Лачева. — Сделай так, чтобы я эту дамочку больше никогда не видел. Ни в жизни, ни на экране! Вздумает открыть рот — ликвидируй.
Король ушёл. А я задыхалась от ужаса. Смотрела на равнодушные лица мужчин и шептала:
— Это не я!.. Не я! Не я! Слышите?
Тестимун поморщился:
— София, хватит!.. Кто, кроме тебя, столько знал об Авизаре? О его отношении к Совету, о страсти к карточным играм и о том постыдном проигрыше Сабтеррано?
Гораций Лачев закрыл ноутбук.
— Мой тебе совет: исчезни! Зная характер его величества, могу сказать, что сегодня он проявил чудеса выдержки. За ТАКОЕ отделаться одной оплеухой… Тебе, можно сказать, повезло.
Тестимун глянул на главного ткача:
— А ты ещё не понял?.. Авизар и впрямь влюбился в эту придурочную!
Лачев неприязненно поморщился и вновь посмотрел на меня:
— Забирай свои вещи и уходи. И ещё… Лучше напиши сегодня по собственному желанию.
Я сглотнула, догадываясь, что мои беды ещё не закончились.
— Да ты что? Телевидение — это моя жизнь! Почему я должна уходить, если ничего не сделала?
— Как знаешь, — Лачев равнодушно пожал плечами. — Я предупредил.
Они ещё что-то говорили, но я не слушала. Я звонила Авизару. Но он не ответил ни на один звонок. И я писала эсэмэски.
«Я не делала этого».
«Давай разберёмся!»
«Я готова на любую проверку!»
Но ответа не было.
Лачев нетерпеливо глянул на часы.
— София, время! Собирайся!
Какие сборы? Я, давясь слезами, схватила упавшую сумочку и порталом отправилась домой.
Ходила по гостиной туда-сюда и не находила себе места. Я была в такой растерянности, что не знала, куда мне идти и что делать. Как заведённая звонила Авизару, отправляла голосовые сообщения, потому что обожжённые руки болели всё сильнее. Было ощущение, что они распухли.
Как раз с работы вернулась мама.
— О, Фике! А что это за новый автолёт в гараже? Шофёр говорит, что он твой… — она подошла и ахнула. — Фике, что с тобой?.. Что это?!
Мама, побелев, рассматривала меня. Дрожащими руками дотронулась до скулы, и я зашипела от боли. Глянула в зеркало и ужаснулась. Почерневшая одежда, обожжённое лицо и волосы, наливающийся синяк на скуле. Страшная картинка!
 
— Фике, что случилось? — мама заплакала. — А волосы?… Кто это сделал с тобой? — она громко позвала домработницу. — Мери, срочно неси зелье от ожогов!