Няня из газеты (ЛП)

Когда Ари засыпает, плотно прижавшись ко мне и играя с прядью моих волос, а маленькая рука Кеннеди все еще сжимает мою, я думаю, что нет другого места, где я должна быть.
*
На следующий день Лиам собирается вернуться домой, и я решила встретить его дома ужином… вот только все в его морозилке и кладовой вызывает у меня крапивницу.
Кто “на самом деле” ест эту гадость?
Я беру первый пакет, за которым тянусь, и сразу же вздрагиваю, когда читаю обложку.
“Без глютена… фрикадельки из травяного откорма”?
Дерьмо.
Я кладу пакет обратно и беру другой, похоже, пакет с куриными грудками.
“Никаких искусственных гормонов роста или антибиотиков не добавляется. Органический… без клетки?”
Подождите, цыплята без клеток? Ладно, дальше.
Я копаюсь в морозилке и нахожу на дне нераспечатанный пакет с куриными наггетсами. Да! Наконец-то я могу приготовить что-то не странное и… полезное. Я вздрагиваю.
“Без глютена, без ГМО, органические куриные наггетсы.”
Серьезно? Этот парень действительно держит всё это? Он мучает этих бедных детей. Я почти уверена, что эти куриные наггетсы будут на вкус как необработанный картон.
Они отправляются братно в морозилку.
Наконец, я беру мясо для гамбургера и выбираю мясной рулет. Все любят мясной рулет. Даже если он питается травой, органичен и содержит все полезные орехи, которые требуются Лиаму. Мне не нужно проверять папку толщиной в три дюйма, чтобы знать, что овощи не подлежат обсуждению, поэтому я беру зеленую фасоль и немного брокколи, чтобы поджарить их.
Ух ты.
— Что это, Джульетта? — спрашивает меня Ари, сжимая своего единорога Принцессы Спаркл. Бледно-розовый единорог явно знавал лучшие времена. Его мех теперь подозрительно коричневого цвета, и у него нет пластикового глазного яблока. Я делаю мысленную пометку поискать на Amazon еще одну.
Вы знаете, для человека, который так беспокоится об органических, не содержащих ГМО куриных наггетсах… этот парень явно не беспокоится о микробах. У этой штуки, наверное, бубонная чума.
— Хм?
— Ты сказал ух ты.
Черт, я даже не поняла, что сказала это вслух.
— Э-э… просто присматриваю что-нибудь на ужин. Твой папа всегда заставляет вас есть овощи и здоровую пищу?
Она кивает: «Всегда». Ее лицо такое серьезное, что я почти смеюсь. Я видела, что он написал в папку, но, наверное, я не поняла, насколько он строг в этом отношении.
— Никакого сахара?
— Никогда. — Она качает головой.
— Ух ты.
Я отправляю ее обратно в гостиную, чтобы поиграть и закончить приготовление в основном полезного ужина, но быстро съедаю порцию знаменитых булочек бабушки и надеюсь, что у него не случится сердечный приступ из-за углеводов с глютеном.
Когда он входит в дверь, наши взгляды встречаются над барной стойкой на короткое мгновение, прежде чем девочки чуть не сваливают его на пол в объятиях. Он смеется и крепко обнимает их.
— Привет, мои прекрасные девочки. Ух ты, вы, должно быть, очень соскучились по мне.
Ари с энтузиазмом кивает: — О, мы очень соскучилась, папа! Ооочень. Но нам было так весело с Джульеттой. Сегодня вечером мы должны посмотреть новый фильм, который она нам показала!
Он смотрит на меня, подняв брови: _ Новый фильм, а? Какой именно?
— Моана! — они кричат.
Я вижу страх и ужас на его лице, но он быстро исправляет это, прежде чем изобразить натянутую улыбку: — О, прекрасно. Еще принцессы. Не могу дождаться.
— Она принцесса воды, папа. Я решила, что тоже буду принцессой воды. Сегодня вечером я буду тренироваться в ванне!
— Сделай это, жучок. Как насчет ужина, а потом мы сможем посмотреть его после твоей ванны? Как тебе такое? Кен? — Он смотрит на Кеннеди, и она ухмыляется, еще раз нападая на его ногу.
Он кивает в мою сторону, но остается за барной стойкой.
— Привет, — говорю я.
— Привет, все отлично выглядит. Спасибо за приготовление. Пахнет отлично.
Я пожимаю плечами: — Ничего особенного. Девочки тихонько играли, и я подумала, что тебе не помешает вернуться домой. Я имею в виду, поесть.
Румянец заливает мою шею, когда уголок его рта изгибается в легкой улыбке. Единственная, которую я видела после нашего напряженного разговора несколько дней назад.
 
Трудно поверить, что я здесь уже почти неделю. Поскольку Лиам сегодня и завтра дома, я собираюсь в поместье Эвервуд, чтобы навестить бабушку и рассказать ей о том, как прошла прошедшая неделя.
Ари уже умоляла меня взять ее с собой, но, поскольку я не говорила об этом с Лиамом, я обещала ей скоро ответить.
— Девочки, не могли бы вы немного поиграть со своими игрушками в гостиной, пока мы заканчиваем ужин? — спрашиваю я Ари.
Она кивает, потом берет Кеннеди за руку и уходит в гостиную.
Теперь в воздухе повисла тишина, и прежде чем я успела ее нарушить, Лиам заговорил.
— У меня есть кое-что, о чем нужно позаботиться в моем кабинете. Я спущусь до ужина.
Он ушел прежде, чем я успела заговорить, и я осталась с хлыстовой травмой. В одну минуту ему жарко, в следующую — холодно.
Я качаю головой и начинаю накрывать ужин. Я жду, когда мясной рулет приготовится, и тогда мы сможем поесть. Все время, пока я расставляю тарелки, я раздражаюсь.
Если он не хочет быть рядом со мной, то зачем нанимать меня в качестве его няни? Очевидно, у него есть свои проблемы, которые нужно решить, но они не имеют ко мне никакого отношения.
Я разочарованно вздыхаю и несу тарелки к столу, зовя девочек. Когда я отправляю Ари за ее отцом, она возвращается и говорит, что он скоро будет здесь.
Лиам присоединяется к нам в середине ужина, извиняясь за то, что ему перезвонили. Мы едим в тишине, если не считать бесцельной болтовни девочек, а потом я мою посуду и убираю все. Поскольку он сегодня дома, по сути, это мой выходной. Но у нас с девочками такая хорошая рутина, что странно не мыть их, не расчесывать волосы и не укладывать их в прическу. Даже если я занимаюсь этим всего неделю.
— Ари, не задергивай занавеску в душе, пожалуйста, — слышу я голос Лиама из ванной, где он сидит с девочками.
— Хорошо, папа! Но ты должен быть большим парнем с крючком!
Он вздыхает, а затем она начинает петь вместе с Кеннеди, хихикая.
Может быть, я могла бы просто зайти и посмотреть, хочет ли он, чтобы я заняла его место? Я уверена, что у него много дел после гастролей. Он мог бы расслабиться.
Я иду в ванную, и девушки визжат, когда видят меня, вызывая улыбку на моем лице.
— Джульетта! Я принцесса воды, прямо как Моана! — говорит Ари, плескаясь на мелководье. Кен хихикает, когда на нее брызгают пузыри.
Я подхожу ближе к ванне и замечаю, что Лиам заметно напрягается по мере моего приближения. Боже, в чем его проблема?
— Я пришла проверить самых красивых принцесс. Хочешь, я помою тебе голову?
Лиам встает: — Я сделаю это, Джульетта. Я дома, поэтому тебе не нужно ничего делать. Я могу справиться с этим. Без тебя. — Его слова суровы.
Я совершенно ошеломлена. Как он может быть таким милым, нежным и заботливым с девочками, но таким холодным и отстраненным со мной?
— Прости, я просто хотела помочь. — Я смотрю на девочек, которые сейчас тихо играют, не обращая внимания на разговор.
— Ну, мне не нужна твоя помощь прямо сейчас. Спасибо.
Вот так меня и унизили.
Как будто я не человек с чувствами.
Отлично.
Я кусаю губу, размышляя, стоит ли говорить ему, куда он может засунуть ее, но в конце концов решаю уйти. Я поворачиваюсь на каблуках и вылетаю из комнаты, не сказав больше ни слова. Я боюсь, что если сейчас открою рот, то скажу что-то, о чем пожалею, или слезы, которые начали хорошо подступать к глазам, прольются.
Я не доставлю ему этого удовольствия. Он не заслуживает моих слез.
Я просто потрачу немного времени на себя, позволю угаснуть жжению его слов и приму горячую ванну, чтобы расслабиться.
Может я просто чувствительная? Может быть, у него был долгий день, и он зря на мне срывается. У всех нас были эти дни.