Отельер из иного мира (СИ)

— Котик, расслабься, — ладони нежно легли на плечи, помялись немного, будто кошачьи лапки, и соскользнули на грудь, а в макушку уткнулся острый подбородок. — А то на тебе сюртук треснет.
— Я спокоен, — проворчал, хотя у самого сердце забилось как в припадке из-за неожиданного и совершенно бесшумного появления колдуньи. Так и до инфаркта довести можно, блин.
— Вредный маленький врунишка, — дыхание обожгло ухо, а ловкие пальчики в мгновения ока расстегнули пяток пуговиц.
— Что ты делаешь? — я напрягся и вцепился в подлокотник, как ребенок на первом сеансе у стоматолога.
— Помогаю расслабиться, — томно проворковала в ответ. — Небольшой массаж перед сном не повредит. Снимай рубашку и ложись на живот.
— Давай потом, а? Не до того сейчас, — нет, я был бы рад и массажу, и неминуемому продолжению, но ведьма больше пугала своими фокусами, чем пробуждала желание. Сейчас она мнет мне плечи, а завтра вонзит стилет в горло, и я даже пикнуть не успею.
— Хозяин-барин, — фыркнула чародейка и удалилась, нарочито громко цокая каблуками.
Я же допил виски и с кружащейся головой залез под одеяло, чтобы миг спустя рухнуть в крепкий сон без сновидений. На смену штормовой прохладе пришла тропическая духота, и поутру меня разбудили не крики чаек, не визг пил, не покрики гвардейцев, а пропотевшая насквозь одежда — и без того грязная после вчерашних приключений. Появляться в таком виде перед дамами — себя не уважать, и первым делом дернул колокольчик.
— Хочу искупаться, — сообщил пришедшей на вызов Амелин. — Есть у вас тут баня какая, или на пляж идти?
— Есть кое-что получше, — холодно сказала эльфийка. — Прошу за мной.
На лестнице к нам присоединились двое мушкетеров — тех самых, с которыми гоняли грейсу под катакомбам. Со знакомыми ребятами стало как-то поспокойнее, а то поведение горничной малость настораживало — она словно превратилась в ожившую куклу после того, как застала Ривер в моей постели. Мысли так и роились — одна другой тяжелее, и на выходе из здания чуть не налетел на Луис.
— Извините…
Но лекарь не отошла, а наоборот — заступила дорогу, подбоченилась и бегло оглядела с головы до ног.
— Доброе утро, мастер. Почему пропустили вчерашний осмотр?
— А ведь правда, — попытался улыбнуться, но получилось сдавленно и угрюмо. — Замотался, заработался…
— По вам заметно. Кожа серая, в испарине.
— Это все грязь и жара. Вот помоюсь — и снова стану бронзовым и блестящим.
— О, так вы на источники? Отлично — тогда я с вами. Так даже проще вас осмотреть.
— Ну… — слегка смутился, представив, как это будет выглядеть, но врачам не привыкать к наготе пациентов. — Как хотите.
— Хочу-хочу, — женщина не то сердилась, не то искренне беспокоилась. — Заодно угощу вас укрепляющим коктейлем, а то такие приключения и быка подкосят.
Слева от пляжа у самой стены стоял обнесенный частоколом закуток, изначально принятый то ли за рыбный склад, то ли за некое оборонительное сооружение. За грубо сколоченной калиткой исходили паром две глубокие каменные чаши — в одной бурлила горячая минеральная вода, а в другой булькала черная, как деготь грязь. Между ними примостился связанный из тростника шезлонг под навесом пальмовых листьев и столик, в углу виднелись большие корзины.
— Ничего себе, — присвистнул, глядя на такое великолепие.
— Природные источники, — пояснила спутница. — Скоро их расширят, углубят и сделают терму. Грязные вещи бросьте сюда, — она приподняла плетеную крышку.
Ладно, чего стесняться — все свои, привыкшие. Раздевшись догола, подошел к краю ямы и окунул ногу — навскидку градусов сорок, отличный заменитель ванной, а обилие полезных подземных элементов убьет любую заразу не хуже, чем современная дезинфекция. Немудрено, что поездки на воды популярны до сих пор. Уселся по-турецки, облокотился на край и зажмурился, глядя на утреннее солнце. Надо бы очки сделать, хотя бы как у Барко… Тонкая струйка из щели на дне приятно щекотала зад и спину — не джакузи, конечно, напор слабоват, но тоже весьма неплохо.
 
От накатившего блаженства чуть снова не заснул, убаюканный плеском волн, но тут калитка отворилась, и надо мной нависла Луис в весьма необычном наряде не только для этого места, но и для этого времени. Обрезанные выше колен кожаные штаны плотно облегали мускулистые бедра, на загорелом теле свободно болталась шелковая безрукавка, похожая на земную майку. После первого же взгляда я обрадовался тому, что вода довольно мутная. Эльфийка же ничуть не стесняясь опустила на столик поднос со склянками, чашками и воронками и принялась переливать и смешивать настои, как заправский алхимик. Я же спокойно наслаждался едва прикрытыми изгибами, ничуть не боясь быть замеченным — врач стояла ко мне боком и всецело ушла в работу.
— Готово, — она взболтнула колбу перед лицом. — В основе — апельсиновый сок. Две унции крепленого фруктового вина для бодрости. Пять капель мятного пустырника — для крепости духа. Ложка равнинного сбора для сердца. Отвар корня сельдерея для разжижения крови. Стружка женьшеня — для потенции.
— У меня проблемы с потенцией? — нахмурился, чувствуя, что это — наглый поклеп.
— Пока — нет. Но вы уже не подросток, а на такой работе перегорают в два счета. Когда вы в последний раз занимались любовью?
— Э-э-э… — вопрос поставил в тупик, особенно из-за абсолютно будничного тона, словно спросили, давно ли я пил чай или во сколько позавтракал. — Не помню. Но вчера и позавчера ничего не было.
— Хорошо. Встаньте.
— Прямо сейчас? — пригубил коктейль (вкус необычный, но в целом приятный) и отставил бокал.
— А вы что, стесняетесь? Я вижу вас голым с тех самых пор, как вынула из лона вашей матушки.
— Вы… — чуть не поперхнулся лекарством, но быстро сложил два и два: с учетом эльфийского долголетия нет ничего странного в том, что лекарь обслуживает семью Стрейнов минимум тридцать лет. — Сейчас.
Поднялся, стыдливо прикрыв причинное место ладонями, чувствуя себя школьником на первой медкомиссии. Но Луис не смотрела ниже пояса, больше интересуясь ртом, горлом и грудью.
— Морской воздух и в самом деле вторит чудеса. Пересядьте на лежак.
— Зачем?
— Проверю мышцы и суставы.
От такого массажа отказываться не стал, ибо привык доверять врачам, а не колдуньям. К тому же, из всей местной братии Луис казалась самой адекватной. И как только сильные пальцы с небольшими мозолями от инструментов и пера взялись за спину, ощутил себя как на приеме у лучшего мануального терапевта планеты. Но когда руки без предупреждения заломили и наступили коленом промеж лопаток, глаза чуть не полезли из орбит. Однако женщина держала крепче, чем в полицейском захвате, и я не мог не только пошевелиться, но и толком заговорить.
— Кх-х-х…
— Не волнуйтесь, это обычное упражнение. Вы мало двигаетесь и много сидите за столом, да еще и скрючившись в три погибели. Так и горб недолго заработать.
Совет полезный, но этот прием явно взяли из учебника для палачей — за неимением дыбы он стал бы отличной заменой. Луис вывернула плечевые суставы чуть ли не в половину прямого угла, подержала так с минуту, пока на веках не проступили слезы, и лишь затем отпустила. Свобода длилась всего миг, и вот эльфийка уже уселась на поясницу и принялась лупить по бокам ребрами ладоней.
— Как ощущения? — спросила, слегка запыхавшись от быстрого темпа.
— Как будто маш… повозка сбила.
— Вам нужно больше двигаться. Займитесь фехтованием или бегом. А как разберемся с грейсами — плаванием и греблей.
— Да, греблю я люблю. Кстати, о грейсах — как там дела у нашей гостьи?
 
— Заживает, как ящерица. Через пару дней выпишу.
— А вы тоже думаете, что я сам лезу в петлю?
— Из-за переговоров?
— Да.
— Думаю, это самое правильное решение из всех, что вы когда-либо принимали. Вот уж не думала, что амнезия может быть настолько полезной.
— А что бы сделал здоровый Стрейн? Ну, если бы не потерял память?