Моя любимая ледышка (СИ)

— Ах, ты тут еще и пьешь? — мама подскакивает ко мне, запахивается для удара, но не успевает, ее останавливает мужская рука.
— Значит, не глюк. Ну, проходите тогда, — пропускаю гостей внутрь и осматриваюсь. Только сейчас до меня доходит мысль, что Максова машина сюда бы не проехала. Оборачиваюсь к мужу и с презрением смотрю на него. — Ты что заставил бабушку от остановки пешком идти? Совсем идиот?
— Да я был идиотом, когда в тебя влюбился! — Начинает кричать Макс. — Совсем дура что ли? Мы до твоих соседей доехали на машине, а оттуда нас на квадроцикле привезли.
— Не ори на ребенка, — начинает тут же заступаться за меня бабушка.
— Вообще-то она первая начала, — тут же вставляет свои три копейки мама.
Сажусь на корточки, обхватываю руками голову и вою, что есть сил. И без них голова болела, а с ними боль только усилилась.
— Ох, сладуська моя, — бабушка подбегает ко мне и опускает руку на плечо. — Что такое? Тебе плохо? Может скорую вызвать?
— Нет, ба, — медленно поднимаюсь и обнимаю женщину, сильно прижимая ее старое тело к себе, — все хорошо. Просто, я соскучилась. Будешь чай?
— Мы бы все не отказались от чая, хозяюшка, — произносит мама, вгоняя меня в краску.
— Ну, тогда милости прошу к моему шалашу.
Провожаю гостей на кухню, усаживаю их за стол, ставлю чайник и тут соображаю, что у меняя кроме варенья и булки хлеба к чаю, да и вообще из еды ничего нет. Тяжело вздыхаю, морально готовлюсь к родительской ругани, лезу в холодильник и достаю баночку со сладостью, выливаю содержимое в тарелку, затем нарезаю хлеб и все это подаю на стол. Предупреждая мамину истерику, вскидываю руки и говорю: — я планировала сегодня сходить в магазин за едой. Если бы я знала, что будут гости, то сбегала бы вчера.
— Ох, совсем голодная была моя сладуська, ох, — бабушка начинает причитать и хвататься за грудь. — А все я окаянная виновата. Все придумала и не уследила.
— Бабуль, ты чего? — разливаю кипяток по бокалам и раздаю согревающие напитки гостям. Смотрю на свободный стул рядом с Максом, качаю головой, забираю стул и сажусь с бабушкой. Тут спокойнее будет.
— Я приехала, чтобы все прояснить, — говорит бабушка и смотрит на меня с сожалением. — Я обманула вас двоих. Ну старая я, совсем мозгов нет, что с меня взять то? Тебе сказала про смертельную болезнь и попросила выйти замуж за внучка моего, и ему сказала тоже самое. Я знала, что вы у меня хорошие и бабушке никогда не откажите в последней просьбе. А потом я решила, что, когда вы полюбите друг друга, родите мне малышей, перед самой смертью я вам во всем сознаюсь. Да только совесть меня замучила, ни есть, ни спать не давала. Душила постоянно. И я решила тебе признаться.
— И Максу, — поправляю бабушку, вспомнив про то самое письмо, что стало яблоком раздора в нашей семейной жизни. — Только не понимаю, почему ты это сделала таким образом? Выставила меня не пойми кем. Ба, это было подло с твоей стороны.
— Нет, ему я не планировала говорить. Это все Жанна с Милкой подстроили, пропади они пропадом. Да и Максим, — в этот момент бабушка поднимает грозный взгляд на внука. — Тоже отличился. От тебя я такого, внучок не ожидала. — Она вновь переводит свой взгляд на меня, смягчается. Берет мою руку и крепко сжимает. — Завещание действительно есть, но оно совсем не такое. Дом принадлежит Максиму с момента его появления в нашей семье, еще Семен, будучи живым сам переписал дом на сына. И все это прекрасно знают, просто Максиму он как-то был не особо нужен, а Жанне и Миле жить больше негде. Моя квартира достанется моим внукам в равных долях, как и счет в банке. Единственная моя глупость — это то, что я тебя решила вписать в завещание и зачем-то сказала это вслух. Нехорошие уши услышали и решили действовать по-своему. Лучше делить все на двоих, чем на троих. Верно?
— Не понимаю, — удивленно смотрю на женщину. — Значит Жанна решила, что если Макс узнает про то, что я вышла за него из-за завещания, то он меня бросит, мы разведемся и со мной не придется делиться? То есть в настоящем завещании нет пункта про брак? Она это все выдумала, но она не знала, что наш брак с самого начала был фикцией? Хах, то есть я не такая уж и лгунья, обманувшая бабушку и всех вокруг? — голос меняется с ласкового на грубый, поднимаю свой взгляд на Холодова и мысленно проклинаю его. Тот молча смотрит мне в глаза, а затем отворачивается.
 
— Нет, и никогда не было. Я хоть и дура, но из ума не выжила. Какая бабка будет писать такое завещание? Чтобы ее внук по расчету женился? Нет, я верила, что мой внучок женится только по любви.
— Хех, — смех слетает с губ. Ну да, как же, по любви. Большой и чистой. Прям неземной.
— Не ерничай, — сердито произносит бабушка и легонько шлепает меня по руке, — вы же все равно, когда женились уже любили друг друга. И не отнекивайся, я все знаю. Ну подумаешь, помогла вам чуть раньше понять, что такое любовь.
Любили друг друга… А ведь действительно, с самых первых дней этой игры мои чувства к Холодову менялись. Ненависть, неприязнь, равнодушие, симпатия, влюбленность и наконец любовь. День за днем все это росло и увеличивалось в геометрической прогрессии и стимулировала эти чувства именно бабушка. Сначала мы вместе ездили к ней в больницу, затем они с мамой заставили нас съехаться, затем мы перебрались в одну комнату, потому что в другой обитала бабушка, потом эта свадьба. Мы сами не заметили, как фальшивые чувства стали реальностью. Только вот сохранить мы их не смогли из-за своей глупости.
Поднимаю глаза на Максу и ловлю его взгляд на себе. Кажется, он сейчас пришел к этому же выводу.
— Давай поговорим? — муж поднимается со стула, опускает задравшиеся джинсы и смотрит на меня с мольбой.
Глава 23
Молча показываю ему рукой на лестницу, ведущую наверх и иду первой. Пропускаю его в свою комнату и закрываю дверь, чтобы никто не подслушивал.
— Ты что-то хотел сказать? — складываю руки на груди в защитном жесте и стараюсь говорить спокойнее, делая вид, что этот человек мне больше не важен.
— Я был не прав, — начинает холодов и тянется ко мне руками, — и я скучал.
Делаю шаг назад и упираюсь спиной о стену. Макс грустно улыбается и отступает.
— Прости, — продолжает он и замолкает.
— Простить? Мне не за что тебя прощать. Ты во всем был прав. Наша любовь не могла закончиться счастливо, когда она началась со лжи. Знаешь, я последние дни часто думаю, а что бы было, если бы мы встретились при других обстоятельствах? Если бы я допустим подошла к тебе в клубе или библиотеке, — вспоминаю, что мой почти бывший муж не посещает шумные места, предпочитая громкой музыке умные книги. — Думаю, мы бы никогда не смогли зайти так далеко. Наделать столько ошибок. Мы бы просто стали обычными знакомыми. Получается, я просто оказалась не в то время, не в том месте.
— Нет, ты оказалась там, где и должна была быть. С первой нашей встречи, с того момента, как ты обругала меня, я уже понял, что с тобой будет сложно, но твоя улыбка, твои вечные прикосновения к выбившейся челке, твои шутки, твой смех, твои надутые губы, твои вечные упреки и недовольства, все это дало мне понять, что без тебя моя жизнь будет вообще не реальна, — Макс все же медленно подходит ко мне, осторожно касается моей руки и аккуратно переплетает пальцы. — В наш первый день я возненавидел тебя, честно. Я опоздал из-за тебя на лекцию, затем ты до смерти меня напугала, выбежав перед машиной, испачкала новое пальто, отдавила ногу, нахамила, и плюсом к этому втерлась в доверие к бабушке, но уже тогда я был не готов тебя отпустить.
 
— Если бы не тот день…
— Когда бы мы не встретились, у университета, в кофейне, в больнице или еще где-то, этот момент был бы тем самым. Моментом зарождения наших чувств, моих чувств, — Макс делает шаг еще ближе, закрываю глаза и чувствую горячее дыхание на виске.
— Но ты забыл, все это ложь.
— Чушь, ты Варвара Холодова, мой лесной орк, айтишник и моя жена в одном лице. Я Максим Холодов, твой мистер ледышка, книжный червь и муж, — мужские губы касаются щеки, обжигая коротким поцелуем, затуманивая разум.