Далекие странники (ЛП)
— Он уже мёртв, понимаешь? — сказала Гу Сян, похлопав паренька по плечу. — Лучше вырой дедушке могилу, чтобы он мог покоиться с миром. За тобой ещё кто-то гонится?
Мальчик всё ещё злился на неё за недавнюю резкость, поэтому лишь усмехнулся в ответ и прожëг непрошенную утешительницу сердитым взглядом. Горе переполняло его, не находя выхода, и дерзкая девчонка стала удобной мишенью для гнева, словно она была повинна во всех бедах.
Гу Сян задохнулась от возмущения. Хотя девушка практиковала кунг-фу, она была ещё очень молода, и регулярные упражнения пока не усмирили от природы вспыльчивый нрав. Гу Сян ни в коем случае не собиралась терпеть поведение малявки, без причины срывавшего на ней зло. Второй раз подряд!
Она уже замахнулась, собираясь наказать юнца, но ледяные пальцы Чжоу Цзышу мягко поймали девичье запястье. Гу Сян не было больно, но у неё не получалось ни двинуть рукой, ни разжать хватку.
Девушка удивлённо посмотрела на тощего доходягу, который выглядел так, словно собирался помереть к утру, и подумала: «Господин уважительно отзывался на его счёт, но я не могу оценить, насколько этот человек силён на самом деле. Не уверена, что одержу верх, если мы сойдёмся в поединке».
Будучи смышлёной, Гу Сян решила не действовать опрометчиво и быстро подстроилась под ситуацию — прекратила вырывать руку и расплылась в улыбке:
— Так и быть, — сказала она Чжоу Цзышу, притворившись, что просто следует дружескому совету. — Только из уважения к тебе.
После этого Гу Сян повернулась к мальчишке и принялась его отчитывать:
— Слушай сюда, паршивец! Ты понимаешь, что я всего лишь проходила мимо и помогла вам из жалости? Нечего таращиться на меня так, словно я убила всю твою семью! Если у тебя есть хоть немного мужества — пойди и отомсти, вместо того чтобы реветь, обнимаясь с трупом, да ещё и грубить такой мягкосердечной девушке, как я! На этот раз я прощаю твои отвратные манеры, но ты попросту тряпка.
В здравомыслии ей было не отказать, но мягкосердечием тут и не пахло. Чжоу Цзышу захотелось утешить парой слов совсем приунывшего мальчишку. К его удивлению, тот на секунду замер как вкопанный, а потом порывисто развернулся, вытер слезы и бухнулся на колени. Стукнувшись лбом об пол, мальчик поклонился Гу Сян и смиренно произнёс:
— Молодая госпожа права. Я глубоко обидел вас и заслуживаю презрения. Прошу, простите меня.
С отчаянно сжатыми зубами он выглядел довольно сурово, несмотря на юный возраст. Ошарашенная Гу Сян невольно отступила на полшага, хлопая большими глазами с пышными ресницами:
— Я… Я не просила, чтобы ты мне кланялся. Поднимись немедленно!
Чжоу Цзышу подтянул паренька под мышки и поставил на ноги.
— Для начала надо устроить похороны старика Ли, — напомнил он мальчику. — Этот человек доверил мне сопровождать тебя в путешествии. Если ты не торопишься, переночуем здесь. Заодно расскажешь, что случилось.
Мальчишка ответил безмолвным кивком, и Чжоу Цзышу помог ему найти за храмом подходящее для захоронения место. Гу Сян, всё время наблюдавшая за ними, похоже, была тронута. Она выбежала наружу и вернулась с отломанной доской. Вытащив из-за пояса кинжал, девушка собралась вы́резать надгробную надпись.
— Как его звали? — поинтересовалась она.
Мальчик немного подумал и покачал головой.
— Этот дедушка говорил, что его фамилия Ли и что он в долгу перед моим отцом. Вот почему он рискнул жизнью, чтобы помочь мне сбежать! Я звал его дядя Ли… Полного имени не знаю.
Чжоу Цзышу тяжело вздохнул. Люди в цзянху отдавали жизнь, выплачивая долги за услуги или мстя за обиды. Так ли важно было сообщать при этом своё имя?
Гу Сян склонила голову и старательно нацарапала на деревяшке «Здесь лежит старый дядя Ли, благородный человек».
Довольно осмотрев работу, она передала табличку Чжоу Цзышу:
— Годится?
Чжоу Цзышу готов был рыдать от смеха. На доске вместо слова «благородный» красовалось «благоротный». Уж точнее о старом Ли сказать было нельзя! Переборов неподобающее случаю веселье, Чжоу Цзышу пальцем исправил ошибку[26] и установил над могилой простенькое надгробие.
Опустившись на колени, мальчик трижды поклонился, еле сдерживая слезы, а затем встал и медленно расправил плечи.
Примечание к части
∾ Удар в центр грудины — удар в средний даньтянь, расположенный по центру груди на уровне четвёртого межреберья с центром вокруг точки таньчжун.
∾ Яньван — один из князей загробного мира в китайской мифологии (閻羅 — Yanluo), также Яньло Ван. Яньван не только правитель, но и судья, оценивающий прижизненные поступки.
∾ Продолжительность одной стражи — 2 часа. Т.е. этот яд «Три стражи до смерти» убивает человека за 6 часов.
∾ Озеро Тай (Тайху) — крупное озеро возле дельты Янцзы, находится на юге провинции Цзянсу. Третье по величине озеро в Китае после Поянху и Дунтинху.
∾ Пословица (滴水之恩当涌泉相报), дословно — «капля воды должна быть отплачена фонтаном» в значении: даже небольшую услугу, оказанную в момент нужды, нужно отплатить всем, что имеется.
∾ «Чжоу Цзышу пальцем исправил ошибку» — один из навыков жанра: мастера способны пальцами вырезать надписи на дереве, используя ци.
Том 1. Глава 5. Злодеи
Примечание к части
Чжан Чэнлин (张成岭)
张: открывать, распространять;
成: добиваться успеха, достигать высот, зрелый; 岭: горный хребет.
Единственный оставшийся в живых представитель влиятельного клана Чжанов. Был спасён старым знакомым его отца и поручен Чжоу Цзышу для сопровождения в безопасное место. Владеет базовыми навыками кунг-фу. Хороший мальчик.
— Моя фамилия Чжан, полное имя Чжан Чэнлин, — парнишка сидел бледный как бумага.
Хотя его одежда порвалась и запачкалась, было заметно, что она сшита из прекрасной парчи, которую не мог себе позволить простолюдин.
— Чжоу… — мальчик замялся, не зная, как обратиться к неряшливому мужчине, похожему на нищего.
— Называй меня шушу,[27] — без промедления отозвался тот.
Чжан Чэнлин безуспешно попытался выдавить улыбку. Поникнув головой, он уставился пустым взглядом на грязный, покрытый засохшей травой пол храма. Роковые события этой ночи слишком внезапно и болезненно обрушились на подростка. Его разум не поспевал за происходящим, и мальчик чувствовал себя совершенно потерянным.
— Чжан Чэнлин? — переспросила Гу Сян. — Звучит знакомо.
— Твой отец, случайно, не господин Чжан из Наньхэ?[28] — поинтересовался Чжоу Цзышу.
— Ты сын Чжан Юйсэня? — на хорошеньком личике Гу Сян промелькнуло сомнение наряду с вопросом: «Как, скажите на милость, Чжан Юйсэнь произвёл на свет такое бесполезное ничтожество?».
Чжан Чэнлин боковым зрением заметил её нелестную ужимку. Он сразу съëжился, стиснул кулаки и ниже опустил голову.
Чжоу Цзышу решил предотвратить обидные замечания Гу Сян, которая обладала убийственным даром говорить в лицо людям то, что они меньше всего хотели слышать.
— Молодой господин Чжан, прошу извинить меня, — тактично кашлянул Чжоу Цзышу. — Я должен был узнать вас раньше.
Гу Сян обрушила на мальчика град вопросов:
— Твой отец — местная знаменитость, верно? Мы прибыли сюда позавчера, а уже слышали, что в молодости Чжан Юйсэнь прославился как герой! Потом ему это надоело и он решил, что дела цзянху его больше не касаются. Обустроился тут, в Цзяннани, торговал да копил богатства, и знать не хотел ни о каких геройских делах, так ведь? Я ещё слышала, что в ваше поместье пускали на постой всех подряд, надо только было назваться мастером боевых искусств. Вроде как это отпугивало лихих людей. Почему же, когда дошло до дела, злодеи не испугались? Кто посмел напасть среди ночи на сына такого важного господина?
Тон сказанного настолько сквозил пренебрежением, что пожилая служанка не выдержала и возмутилась:
— Мой хозяин был великим человеком! Благородным, добрым, справедливым и щедрым благодетелем. Он всегда протягивал руку помощи нуждающимся, даже если не был с ними знаком.