Далекие странники (ЛП)

— Ну вот. Теперь мой господин в полном отчаянии.
Цао Вэйнин покачал головой и произнёс со вздохом:
—«Стоит ветру и дождю подняться в ночи, кто знает, сколько слёз прольётся…»[253] С древних времён любовь наносила самые тяжкие раны, но что тут поделаешь? 
Чжан Чэнлин подумал: «Да уж, добавить нечего». А раз добавить было нечего, он опустил голову, чтобы наконец-то поесть спокойно.
- - - - -
Незнакомка вела Чжоу Цзышу узкими переулками, сворачивая то вправо, то влево, пока они не оказались во внутреннем дворе какого-то дома, окружённого голыми сливовыми деревьями. Как только женщина толкнула входную дверь, изнутри повеяло насыщенным ароматом пряных благовоний. Приподняв занавеску из длинных нитей бисера, красавица прислонилась к косяку:
— Не заглянете?
Проследив за её взором, Чжоу Цзышу начал рассматривать внутреннее убранство комнаты. Смутно виднелись очертания кровати и зелёной шёлковой ширмы, комод в углу и длинное женское платье, висевшее рядом с большим бронзовым зеркалом. Коробочка с румянами была открыта, косметика находилась в полном беспорядке. Вот она —  легендарная и манящая «страна нежности»![254]
Чжоу Цзышу покачал головой с улыбкой сожаления:
— Этот скромный человек неопрятен и не посмеет в таком виде войти в дом прекрасной госпожи.
— Поздновато вспоминать о благовоспитанности, не находите? — рассмеялась женщина. — Неужели не зайдёте, даже если я буду настаивать?
Чжоу Цзышу снова улыбнулся и опустил голову, разглядывая свою обувь.
— Да простит меня госпожа. Даже запасись я двойной храбростью, не осмелился бы ступить в покои, где горят благовония «Красный курган». Боюсь, выйти получится только в виде трупа.
У красавицы слегка дёрнулся уголок рта, но она быстро взяла себя в руки и улыбнулась.
— Что, если и так? Вы пошли со мной, значит были готовы к неожиданностям, так зачем отступать в конце? Разве у мужчин нет поговорки: «Умри под пионом, и даже твой призрак обернётся сердцеедом»?[255]
— Всё верно. Но когда есть выбор, я предпочту жизнь, — ответил Чжоу Цзышу. — Чем дольше мы живём, тем больше возможностей «лечь под пион», не так ли? К тому же, я не столь обаятелен, чтобы вы вдруг выделили меня из толпы и одарили своей благосклонностью. Вы ведь не настаиваете на свадьбе со мной? Этот скромный человек знает своё место. А госпожа явно завышает мне цену. Не будем отнимать друг у друга время и перейдем сразу к делу. Что вам нужно? Вдруг наше… недоразумение можно разрешить мирным путем?
Красавица некоторое время смотрела на него, нервно закусив губу, и наконец выпалила: 
— А кого мне было выбирать?! В вашей компании, если не девчонка, то глупец, который по уши влюблён в эту девчонку, или наивный ребёнок. А четвёртый… — она сделала паузу. — Четвёртый вовсе не проявил ко мне интереса! С того момента, как я подошла к вашему столу, этот блаженный смотрел только на тебя убогого. Где такое видано? Одним словом, ты был единственным подходящим мужчиной. Если не тебя, то кого я могла увести?
Чжоу Цзышу закашлялся, сразу пожалев о своём вопросе.
— Если госпожа охотится за Кристальной бронёй, то может с чистой совестью возвращаться в таверну, — объяснил он. — У меня нет осколка семьи Чжанов. Однако я слышал, что герои Гао и Шэнь показали вчера свои фрагменты брони. Если хотите, можете нанести им визит и расспросить.
Женщина слегка прищурилась и отпустила занавес, бусины на нём мелодично звякнули.
— Так или иначе, я заполучу Кристальную броню, в чьих бы руках она ни была, — предупредила незнакомка, оставив неудавшуюся игру. — Говоришь, у тебя её нет, но почему я должна в это верить? Все мужчины любят приврать!
Не опровергая, но и не подтверждая её слова, Чжоу Цзышу прислонился к сливовому дереву у входа. Некоторое время он умиротворённо смотрел на красавицу, а затем сообщил с ноткой искреннего сочувствия:
— Госпожа, мне довелось повстречать многих женщин, в том числе очень красивых, но без вашего очарования и изящества. Одних ваших манер достаточно, чтобы вас выделить, понимаете?
 
Изначально это был комплимент, но по неведомой причине улыбка исчезла с лица незнакомки, и голос ей изменил.
— Что ты такое сказал?! — пронзительно вскрикнула женщина.
Чжоу Цзышу покачал головой и по-доброму пояснил:
— Я лишь сказал, что госпожа и так прекрасна. Даже если ваш истинный облик непримечателен, присущую вам грацию трудно скрыть. Зачем так одержимо гнаться за внешней привлекательностью, желая скрыть телесное несовершенство? Мой друг однажды сказал, что внешность человека определяется небесами и каждый выглядит так, как должен. Любое изменение будет мешать, как соринка в глазу. Из того, что я вижу, искусство перевоплощения у вас на высоком уровне. Но оно всё равно нарушает врождённую гармонию. 
Лицо прекрасной девы приобрело ледяной оттенок.
— Ты пошёл за мной, чтобы унизить?
— У этого скромного человека не было подобных намерений, — ещё мягче заверил Чжоу Цзышу.
Простой обыватель ничего не заподозрил бы, но профессионалы в области маскировки знали бездну уловок. Чжоу Цзышу привык наблюдать за людьми. Один взгляд — и он мог сказать, что эта женщина обладала грациозностью и элегантностью, но была старше, чем выглядела. Однако упругость её кожи и нежность румянца казались настолько естественными, что не придерёшься. Из всех существующих в мире техник только одна достигла такого уровня — несравненное искусство, которому обучали в поместье «Времена года». Но каким образом незнакомка могла почерпнуть эти тайные знания?
— Что ж, позволь тебе кое-что показать, — усмехнулась она.
Достав маленький пузырёк с жидкостью, женщина смочила носовой платок и принялась вытирать лицо. Краски на изысканной картине начали тускнеть, а нежные черты расплылись. Через мгновение с прекрасной девы была сорвана обманная маска  — тонкая и прозрачная, как легендарная «разрисованная кожа».[256]
Чжоу Цзышу сосредоточенно задержал дыхание. Незнакомка не родилась дурнушкой. Она не ослепляла красотой, как того хотела, но определённо считалась бы миловидной. Если бы не зловещий бугристый шрам от ожога на её левой щеке. В этот момент Чжоу Цзышу понял, кто перед ним, и слова сами собой сорвались с его губ:
— Зелёная Лиса Лю Цяньцяо?[257]
Встреча с Зелёной Лисой не сулила ничего хорошего. Ходили слухи, что она владеет тысячью личин и тысячью способов обольщения. Лю Цяньцяо любила обращаться красавицей, соблазнять мужчин и досуха высасывать их жизненную энергию.[258] Зелёная Лиса стала причиной множества трагических происшествий, однако арсенал её обличий был слишком велик, чтобы эту плутовку можно было поймать с поличным.
— Понял теперь, зачем мне Кристальная броня? — ухмыльнулась Лю Цяньцяо.
— Вы ищете не «Меч Фэншань», а «Руководство Инь Ян», — чуть подумав, кивнул Чжоу Цзышу.
У Лю Цяньцяо имелось множество лиц, и все фальшивые. Как многие женщины, она хотела гордиться собственной внешностью, а не скрывать её всю жизнь. Любая блёклая простушка могла натворить всякого, лишь бы стать красавицей. Что уж говорить о Зелёной Лисе! Но если человек в погоне за совершенной маскировкой меняет тысячи обличий так, что забывает своё настоящее имя и предаёт своё сердце, разве это не безумие?
— Ни у меня, ни у моих спутников нет и не было фрагмента Кристальной брони Чжанов, — повторил Чжоу Цзышу.
На губах Лю Цяньцяо всё ещё играла прохладная улыбка, когда она без лишних слов выхватила кинжал и попыталась пырнуть своего гостя. Чжоу Цзышу развернулся и уклонился от выпада. Он уже согнул пальцы, чтобы схватить предплечье Лю Цяньцяо, когда её нежное запястье внезапно ощетинилось кольцом острых светящихся синих шипов. Вслед за этим из рукава Зеленой Лисы вырвалось облако густого тумана. Чжоу Цзышу поспешно отдёрнул пальцы и, задержав дыхание, отскочил к калитке.
— Поживем — увидим! — бросила Лю Цяньцяо, прежде чем сгинуть в густой дымке.