Далекие странники (ЛП)

— Кто здесь?!
Примечание к части
∾ Сян Юй (232 — 202 до н. э.) — китайский генерал, возглавивший движение против династии Цинь, разгромивший эту династию и провозгласивший себя ваном-гегемоном и правителем Западного Чу. Как главнокомандующий, пользовался центральной властью, назначал ванов и хоу по всему Китаю; император династии Чу И-ди также подчинялся ему.
∾ Цинь Шихуан-ди — букв. «Великий император основатель Цинь», положил конец двухсотлетней эпохе Воюющих Царств. Он вошёл в историю как создатель и правитель первого централизованного китайского государства. Однако основанная им династия Цинь лишь на несколько лет пережила императора. Известная «Терракотовая армия» находится именно в мавзолее Цинь-Шихуана.
∾ Гуанъу-ди (личное имя Лю Сю) — император Китая в 25-57 годах. Первый император поздней империи Хань. В начале правления окончательно подавил восстание краснобровых, которое в итоге привело к восстановлению империи Хань.
∾ Инь Лихуа — императрица династии Восточная Хань, супруга императора Гуанъу. Прославилась красотой и добрым кротким нравом.
∾ Три чи — 1 метр.
∾ Дух Земли — прозвище 地公 (человек земли, земляной герцог) предполагает что-то приземлённое.
∾ Гаошань-ну — буквальный перевод имени: Высокогорный раб, что наводит на мысль о варваре с далёких гор.
Том 1. Глава 21. Ядовитые скорпионы 
Из-за угла показался худощавый мужчина неприметной внешности и неопределённого возраста. Никто не имел ни малейшего понятия, как долго он там скрывался. 
Хотя заурядный облик мужчины не заслуживал второго взгляда, по спине человека с родимым пятном на щеке пробежал холодок. Нутром почуяв опасность, он уставился на незнакомца немигающим взглядом, подобрался в ожидании нападения и осторожно спросил: 
— Ты кто такой? 
Чжоу Цзышу собирался ответить излюбленным «никто», но заметил синяки на шее Чжан Чэнлина и передумал. Он и так полжизни подавлял в себе дерзость среди тошнотворно лицемерной учтивости императорского двора. Став кем-то, вроде странствующего героя, Чжоу Цзышу решил, что больше не обязан проявлять вежливость к тем, кто того не заслуживает. Уж точно не сегодня. 
Обведя беглым взглядом кучку заметно напрягшихся подлецов, он насмешливо осведомился:
— А ты кто такой, чтобы меня спрашивать? 
У человека с родимым пятном чуть дёрнулось веко, и тут же его пальцы спрятались в длинных рукавах. От Чжоу Цзышу не ускользнули эти крохотные, но опасные перемены.
Если бы кто-то сейчас увидел кисти, скрытые складками багряной парчи, то обнаружил бы, что их окутали клубы убийственной ци, а кожа ладоней потемнела точь-в-точь как отметина на лице странного человека. Его безмолвные помощники переглянулись и перестроились, окружив Чжан Чэнлина и Чжоу Цзышу. Последний, не обращая внимания на их манёвры, наклонился к мальчику, схватил его за воротник и поднял на ноги.
— Вставай, малец, нечего тут колени протирать, — проворчал он совершенно будничным тоном, как будто парнишка просто упал на улице. 
Сбитый с толку Чжан Чэнлин удивлённо захлопал глазами — он не узнавал Чжоу Цзышу из-за новой маски, наложенной вторым слоем.
Человек в багряном начал терять терпение:
— Мой друг, мы всего лишь хотим задать ребёнку пару вопросов. Не нужно совать… 
«Нос в чужие дела», так он хотел продолжить, но замолк на полуслове, потому что Чжоу Цзышу сорвался с места и вцепился рукой в шею того, кто заманил сюда Чжан Чэнлина. Человек в чёрном плаще испуганно зашипел. Он хорошо владел кунг-фу, но не ожидал, что ходячий скелет способен двигаться с такой невообразимой скоростью. Чжоу Цзышу неуловимой тенью атаковал врага в самую уязвимую часть тела, прежде чем тот сообразил, что происходит.
Все, кто начинал постигать кунг-фу, первым делом заучивали, что шея и грудь жизненно важны и защищать их следует с предельной бдительностью. Даже далёкие от боевых искусств люди на уровне инстинктов постарались бы обезопасить горло. Любой, кто сходу нацелил удар в эту область, был либо слишком самонадеян, либо убеждён в слабости соперника. 
 
Уголки губ Чжоу Цзышу приподнялись вверх в подобии улыбки, но без единого намёка на веселье. 
— Что уставился? Я имел твою мамашу?[138]
Человек под его сжатыми пальцами сначала испуганно вздрогнул, а потом пришёл в ярость и попытался выругаться, не принимая во внимание своё плачевное положение:
— Ты… — это было единственное слово, которое он смог просипеть. 
Чжоу Цзышу усилил хватку, и бранные слова человека в чёрном превратились в хриплый стон. Еле дыша, он в отчаянии замахнулся, чтобы ударить Чжоу Цзышу кулаком в грудь, но тут же издал болезненный вопль — Чжоу Цзышу молниеносно вывернул из плеча атаковавшую его руку, и она повисла безвольной плетью.
— Я имел твою мамашу? — негромко повторил Чжоу Цзышу, чётко проговаривая каждое слово. 
— Чего ты хочешь? — злобно крикнул человек с родимым пятном на щеке.
Улыбка Чжоу Цзышу была острее кинжала: 
— Мой друг, я всего лишь хочу задать этому ублюдку пару вопросов. Не нужно совать нос в чужие дела. 
При этих словах на тыльной стороне ладони Чжоу Цзышу вздулись вены. Его жертва крупно вздрогнула и без единого стона замерла, закатив глаза. Чжоу Цзышу разжал пальцы и, неясно, живой или мёртвый, головорез осел на землю неподвижной грудой.
Двое бандитов ринулись в наступление одновременно. Первый выбрал едва державшегося на ногах Чжан Чэнлина. Второй, размахивая крюком, смердящим неочищенной кровью, устремился к защитнику мальчика. Не уходя с линии удара, Чжоу Цзышу под непостижимым углом контратаковал нападавшего ногой в грудь. Человек с крюком повалился на своего приятеля, который подкрадывался к Чжан Чэнлину. Оба наёмника покатились прочь, как пустые тыквы, да так и остались валяться, сплёвывая кровь. 
На лице Чжоу Цзышу проступило раздражение пополам с неприязнью. Он сгрёб Чжан Чэнлина за шиворот и отшвырнул подальше, как котёнка. 
— Малец, ты мешаешь! Стой в стороне и не двигайся. 
Чжан Чэнлин почувствовал, что его тело стало невесомым, как пёрышко, а в следующий момент обнаружил себя стоящим у стены на безопасном расстоянии от дерущихся. Его глаза по-детски округлились от изумления.
— Шифу… — вымолвил мальчик одними губами.
Человек в багряных одеждах не двигался, но все остальные одновременно кинулись на Чжоу Цзышу.
Чжан Чэнлин смотрел, не моргая, чтобы не упустить ни секунды потрясающего зрелища. В его памяти вдруг всплыли слова отца: «Кунг-фу многогранно, а пути его постижения бесчисленны. Одни мастера выбирают мощь — в схватке их непоколебимость подобна горной твердыне. Вторые настолько сильны и выносливы, что их можно сравнить одновременно и с молотом, и с наковальней. Третьи предпочитают скорость молнии и стремительность вихря. Все эти стили легко распознать. Но существует и другая техника, самая удивительная, лишённая конкретной формы. Таких мастеров сравнивают с неуловимым и всеобъемлющим весенним дождём. Их кунг-фу грациозно и смертоносно. Подобно полёту хищной птицы, оно скрывает опасность за обманчивой лёгкостью». 
Теперь Чжан Чэнлин понял значение этих слов. 
Все нападавшие держали в руках крюки, напоминавшие жало скорпиона. Тёмная сталь оружия матово отливала неярким синим цветом. Эти люди были беспринципными наёмниками запредельной, извращённой жестокости, готовыми ради прибыли пойти на любое преступление. Они принадлежали к банде Ядовитые скорпионы. К счастью, Чжан Чэнлин понятия не имел, что его враги настолько опасны. К тому же, в данный момент их шайка вовсе не выглядела грозной. 
Безоружный Чжоу Цзышу изредка, словно бы с ленцой, смещался на пару шагов в ту или иную сторону с поистине гуттаперчевой гибкостью. Казалось, что в его теле нет ни одной кости. Никто из нападавших не смог даже пальцем до него дотронуться. При этом в мягкой, как хлóпок, технике Чжоу Цзышу скрывалась убийственная сила. Чжан Чэнлин почувствовал головокружение просто от попыток уследить за его движениями.