Далекие странники (ЛП)

Двадцать лет мук и унижений ради цели, которая сегодня осуществилась… Неужели он должен был умереть здесь и сейчас?
Примечание к части
∾ Гадание по «И цзин» (易筮) — один из древнейших способов гадания в древнем Китае. В качестве гадательных бирок используют высушенные стебли тысячелистника или бамбука длиной 30-50 см в количестве 50 штук, а также саму «Книгу перемен» — наиболее ранний из китайских философских текстов (ок. 700 г. до. н. э.), предназначавшийся для гадания и содержащий 64 гексаграммы. В результате гадания получают одну или две гексаграммы и приступают к их толкованию.
∾ 置之死地而后生, «поставь его на поле смерти, и он будет сражаться, чтобы жить» — идиома по мотивам «Искусства войны» Сунь-цзы в значении: развернуть войска таким образом, чтобы не оставалось места для манёвра или путей отхода, тогда солдаты будут сражаться за свою жизнь и в конечном итоге выиграют битву (отчаянно сражаться при столкновении со смертельной опасностью, находить выход из тупика).
Том 4. Глава 77. Финал (III) 
Несмотря на бедственный обессиленный вид Вэнь Кэсина, Да-Се не рискнул подойти вплотную. Стоя в двух чжанах[469] поодаль, он восхищённо прищёлкнул языком и повторил: 
 — Какая неожиданность! Я и подумать не мог!
 Вэнь Кэсин через силу улыбнулся:
— О чём?
— Хозяин Долины, каким бы впечатляющим и способным ни был человек, он может попасть в тяжёлое положение, и тогда… — Да-Се покачал головой. — Никому не дано предугадать развитие событий наверняка.
Вэнь Кэсин попытался набрать в лёгкие воздух, но слабый вдох застрял в горле, поэтому ответ прозвучал еле слышно:
— Ты заблуждаешься, Се-сюн. Я был Хозяином Долины восемь лет, и ни одной ночи не спал спокойно. Что в этом «впечатляет»?
— И правда, — поразмыслив, согласился глава скорпионов. — Таким исключительным личностям, как мы, не суждено прожить счастливую и беззаботную жизнь заурядных, нормальных людей. 
Глядя на этого незаурядного ненормального, Вэнь Кэсин усмехнулся:
— Не смею сравнивать свои скромные способности с твоим выдающимся талантом охватывать весь мир,[470] Се-сюн. Я не мог спокойно спать, оттого что боялся покушения на свою жизнь. Теперь… наконец-то мне не нужно больше опасаться этого.
— Верно, — кивнул Да-Се. — Твоя смерть близка, естественно, страшиться её уже ни к чему.  
— Лао Мэн… ты убил его? — неожиданно спросил Вэнь Кэсин.
Да-Се криво ухмыльнулся.
— Если бы не убил, что тогда? Мне бы пришлось ждать, когда он явится по мою душу? Хозяин Долины, твой преданный старый слуга жаждал тебя прикончить. Стоит ли о нём беспокоиться? 
Вэнь Кэсин кивнул. 
— Сколько… живых призраков осталось в Долине?
Да-Се подумал, что этому парню пора уже отпустить повседневные заботы, но всё-таки ответил:
— Тебе так важно это знать? Одну половину прикончили благородные герои, вторая потрёпанная половина попала в мои руки. Какое невиданное великодушие! У тебя не осталось ни времени, ни возможности позаботиться о собственном благополучии, но ты продолжаешь тревожиться о судьбе подопечных. Из всех повелителей горы Фэнъя… пожалуй, ты самый заботливый и преданный Долине. 
Вэнь Кэсин беззвучно рассмеялся. Его лицо приобрело сложночитаемое выражение, но голос прозвучал спокойно:
— Се-сюн, злобные призраки и на пороге гибели остаются злобными призраками. Полагаю, с ними нелегко было справиться.
 
— Среди моих людей хватает смертников, — равнодушно возразил Да-Се. — Пара десятков или сотен погибших — потеря, не стоящая внимания. 
— Ясно, — отозвался Вэнь Кэсин, прикрыв глаза. — Ты весьма целеустремлённый и смелый человек, Се-сюн. Ты заслужил место среди выдающихся личностей поколения… Ах, лао Мэн, какая ирония! Крутясь на игровой доске, он упорно считал себя тем, кто расставляет камни. Забавно, правда?
Последние слова прозвучали тише дуновения ветерка, губы Вэнь Кэсина едва шевелились. Глава скорпионов перестал опасаться очевидно угасающего противника и немного приблизился.
— Твоя беспристрастность вызывает уважение, Хозяин Долины… — Да-Се протянул руку к ближайшему скорпиону и скомандовал: — Подай мне свой крюк. 
Приказание было исполнено в тот же миг. Да-Се посмотрел на Вэнь Кэсина, недвижно прислонившегося к дереву, и скупо ухмыльнулся:
— Я убью тебя самолично. Поручить это ещё кому-то было бы неуважением, — глава скорпионов поднял крюк и медленно шагнул вперёд, не сводя взгляд с того, к кому обращался. — Ступай на тропу к Жёлтому источнику, Хозяин Долины.
Когда Да-Се высоко замахнулся крюком, Вэнь Кэсин открыл антрацитово-чёрные глаза и спокойно поглядел в ответ. Его зрачки были похожи на омуты стоячей воды, словно смерть пришла за кем-то другим.
Вдруг глава скорпионов почувствовал резкий порыв ветра сбоку. Смертоносное намерение и мощь чужой ауры были настолько явными, что волосы на голове Да-Се шевельнулись от ужаса. С громким воплем он воздел оружие выше, пытаясь заблокировать удар. Нежданный враг был в чёрных одеждах скорпионов, только без маски. Его гибкий меч обогнул ядовитый крюк и обвился вокруг плеча Да-Се. Тот пронзительно вскрикнул от прожигающей боли,[471] когда его рука отделилась от тела и отлетела в сторону. 
Скорпионы разом ополчились против нападавшего. В оглушающем лязге металла, в ослепляющих вспышках и искрах трудно было разобрать, что к чему. Когда через несколько мгновений пыль улеглась, на ногах остался только один человек. Прочие лежали, живые или мёртвые, и у каждого не хватало руки с оружием. 
Вэнь Кэсин устало вздохнул:
— Дурак. Зачем ты пришёл?
Чжоу Цзышу посмотрел на него из-под ресниц и холодно улыбнулся:
— Чтобы забрать труп одного безумца. 
Пилюли Великого Шамана подавили яд семи гвоздей, и способности Чжоу Цзышу восстановились почти полностью. Даже начни он бой не с внезапной коварной атаки, а открыто и честно, у Да-Се не осталось бы шансов. 
Повернувшись к главе скорпионов, Чжоу Цзышу направил на него Байи и жёстко отчеканил:
— Ты посмел поднять руку на того, кто принадлежит мне? 
Вэнь Кэсин тупо уставился в спину, заслоняющую обзор. Его пальцы, до того бессильно расслабленные, начали мелко дрожать. 
Лицо главы скорпионов побледнело от боли, но он вымученно улыбнулся:
— А… это ты, Чжоу-сюн… Я не предполагал, что ты удостоишь нас своим присутствием! Моя ошибка.
Нехотя признав поражение, Да-Се одарил врагов ненавидящим взглядом и махнул своим людям уцелевшей рукой:
— Мастер прибыл. Не будем выставлять себя на посмешище. Исполинами синими горы, изумрудными водами реки. Уходим!
Несколько оставшихся в живых скорпионов поднялись с земли и быстро скрылись из виду следом за своим главой.