Далекие странники (ЛП)
Гу Сян спрыгнула с крыши, натянула маску и как ни в чём не бывало смешалась с толпой. Во всеобщей суматохе она незаметно выпустила из рукава несколько сигнальных огней[418] и швырнула их оземь. Маленькие петарды взорвались прямо посреди взбудораженного роя сбитых с толку людей. Отовсюду послышались испуганные крики. Кто-то завопил: «Огонь уже добрался до комнат!» — и все бросились врассыпную, в панике расталкивая и отделяя женщин в чёрном друг от друга.
Гу Сян помрачнела. Происходящее немного выходило за рамки задуманного, теперь следовало действовать осторожнее. Однако сами Небеса помогали девушке. Пока Гу Сян глупым истуканом стояла во дворе, одна из чёрных шаманок, которую оттеснила толпа, резко толкнула её:
— Идём, проверим эту девку Гао! Возможно, кто-то специально подстроил пожар.
Гу Сян чуть не рассмеялась вслух, но быстро опомнилась и позволила утащить себя к комнате, где держали Гао Сяолянь. Сердце Гу Сян от волнения застучало чаще, но она обрадовалась раньше времени. Шедшая впереди женщина сохраняла бдительность. Прежде, чем открыть дверь и войти, шаманка вдруг обернулась и странно посмотрела на молодую подручную:
— Ты что трясёшься?
Сердце Гу Сян ушло в пятки. Пытаясь вести себя так, будто она робеет, девушка невнятно пробормотала:
— Мне… мне страшно.
Оставалось только гадать, за кого её приняли — все младшие девушки в отряде «чёрных ворон» имели приблизительно одинаковое телосложение и рост. Старшая женщина окинула Гу Сян презрительным взглядом и, фыркнув, распахнула дверь.
— Только посмотри на себя! Бесполезная трусливая дура. Стой на страже у двери. Если посмеешь хоть кого-то впустить…
Она ещё не успела договорить, когда почувствовала, что талию пронзил леденящий укол. Подняв голову, женщина неверяще уставилась на Гу Сян, ощущая, как по телу стремительно расползается морозное онемение. Не в силах пошевелиться, шаманка потеряла равновесие и начала заваливаться вперёд. Гу Сян поспешила поймать обмякшее тело и мягко прошептала:
— Осторожно, тут порог.
После этого Гу Сян одним плавным движением закрыла дверь изнутри и увидела привязанную к столу Гао Сяолянь под присмотром ещё одной женщины в чёрном. Заслышав шум, охранница зажгла свечу, обернулась к дверям и увидела растерянную Гу Сян, которая удерживала тело своей несчастной жертвы от падения лицом в пол.
Вторая женщина подошла к ним, присела на корточки и обеспокоенно спросила:
— Что это с ней?
— Я… я не знаю. Она внезапно свалилась, просто так. Может, у неё припадок? — протараторила Гу Сян.
Женщина уже проверяла состояние соратницы. Услышав искромётную импровизацию Гу Сян, она настороженно подняла голову:
— Ты…
К счастью, Гу Сян и не рассчитывала, что её маскарад долго продержится. Взмахнув рукавом, она выпустила прямо в лицо охраннице облако белого порошка. Подумав, что дым смертелен, та задержала дыхание, но холод металла на шее стал для неё неожиданностью. Как только сбитая с толку противница потеряла возможность видеть из-за клубов тумана, в руке Гу Сян появился кинжал. Лезвие полоснуло по шее стражницы, оставив глубокую рану поперёк горла.
Гу Сян всегда отличалась быстротой и беспощадностью расправы — в одно мгновение голосовые связки чёрной шаманки оказались рассечены, а сама она без единого звука замертво рухнула на пол. Гао Сяолянь застыла в ужасе.
Гу Сян сорвала и отбросила в сторону маску.
— Глупая ведьма! Испугалась простой муки́, — проворчала она, спо́ро орудуя кинжалом. Ещё пара взмахов — и верёвки на пленнице были разрезаны.
Шокированная и обрадованная Гао Сяолянь уже поднялась на ноги и готовилась произнести слова благодарности, когда дверь снова распахнулась. Взъерошенный Цао Вэйнин ввалился внутрь:
— А-Сян, быстрее! Я больше не могу их сдерживать!
В этот момент Чжан Чэнлин подобрался к окну снаружи и замахал рукой. Гу Сян подтолкнула к нему Гао Сяолянь:
— Уноси её!
Они втроём всё обсудили заранее. Цао Вэйнин моментально нацепил маску и натянул длинную чёрную юбку. Чжан Чэнлин без колебаний[419] усадил Гао Сяолянь к себе на спину и помчался прочь от постоялого двора. Гу Сян и Цао Вэйнин поспешили следом, изображая погоню. Девушка даже убедительно кричала для правдоподобности:
— Жалкий воришка, не пытайся сбежать!
Двое притворщиков вели себя, словно немощные — Гу Сян хромала, волоча одну ногу, а Цао Вэйнин шатался и хватался за грудь так, будто готов был упасть в обморок в любую секунду. Вдруг на полпути их настиг налетевший сзади ветер, а в воздухе прогремел хриплый старческий голос Ведьмы Гу:
— Вы все! Прочь с дороги!
Чёрный вихрь пронёсся мимо Гу Сян и Цао Вэйнина, едва не сшибив их с ног. Стайка похожих на ворон женщин метнулась за своей предводительницей, обогнав двух доблестных «сестёр», которые продолжали преследовать врага, несмотря на «тяжёлые раны».
Гу Сян и Цао Вэйнин переглянулись. Калека перестала хромать, а сердечник оправился от приступа, и оба помчались заранее согласованным путём.
Чжан Чэнлин и Гао Сяолянь пребывали в гораздо большей опасности. Гао Сяолянь узнала Цао Вэйнина и Чжан Чэнлина, но не понимала, почему последний настоял на том, чтобы нести её на спине. Чжан Чэнлин ничего не объяснял, только бормотал себе под нос мнемонические рифмы, а Гао Сяолянь чувствовала себя обузой. Тронутая усилиями по её спасению, она не желала обременять своего благодетеля сверх меры:
— Сяо сюнди,[420] опусти меня! Я не потеряла боевых навыков и могу бежать сама.
В перерывах между повторениями рифмы Чжан Чэнлин торопливо ответил:
— Даже не думай! Впереди большое препятствие.
Вспомнив о западне из ночных горшков, он вздрогнул, помрачнел и, не смея более отвлекаться, со всей сосредоточенностью вернулся к повторению последовательности шагов.
Гао Сяолянь умела здраво оценить ситуацию. Услышав серьёзный и твёрдый ответ, она поняла, что Чжан Чэнлин следует какому-то плану, поэтому притихла, решив не настаивать. Увидев, что мальчишка летит сквозь ночь подобно призрачной тени, и осознав, что эта техника цингуна ей неизвестна, Гао Сяолянь поразилась: «Он успел стать таким сильным и искусным меньше чем за полгода! Что же с ним приключилось в этот срок?».
Тем временем Чжан Чэнлин уловил слабый зловонный душок — они почти прибыли на место. Прекрасно понимая, что Чёрная Ведьма нагонит в любую секунду, он, с натянутыми до предела нервами, весь обратился в слух. В иное время Чжан Чэнлин точно испугался бы до беспамятства, но сейчас он нёс ответственность за жизнь другого человека. Собственная судьба его мало беспокоила, но мальчик понимал, что, если дева Гао снова попадёт в лапы к «чёрным воронам», это ничем хорошим для неё не закончится. Последняя мысль подарила Чжан Чэнлину второе дыхание: он выпрямился, ощутив мощный поток ци во всём теле, и с громким криком рванул вперёд вдвое быстрее прежнего.
Этой ночью Чжан Чэнлин неосознанно победил в себе паникующего трусишку. Его контроль над разумом сделал огромный шаг вперёд. Ещё немного — и его боевое мастерство также поднимется на ступень выше! Отбросив сомнения, мальчик оставил в голове лишь напутствие Гу Сян: «У тебя нет права на ошибку».
Речитатив рифмы звучал всё быстрее и быстрее, когда размытый силуэт Чжан Чэнлина мчался по пути, проходящему под конструкцией ночных горшков. Стоило Чёрной Ведьме решить, что беглецы почти пойманы, как негодник резко ускорился. Разве могла предводительница шаманок смириться и упустить добычу? И Чёрная Ведьма бросилась за наглым мальчишкой сломя голову.
Внезапно её рукав зацепился за нить. Почувствовав натяжение, преследовательница инстинктивно среагировала на возможную ловушку и уклонилась в сторону. Через мгновение на место, где она только что находилась, приземлилось ведро с нечистотами, щедро расплескав содержимое. Чёрная Ведьма в конце концов оставалась женщиной, а, кроме того, была малость помешана на чистоте. Как могла она вынести подобное? Ужас от мысли, что на неё может попасть хотя бы одна мерзкая капля, заставил Чёрную Ведьму в панике отступить. На четвёртом шаге она неожиданно споткнулась обо что-то и ощутила, как болезненно сжалось сердце. Уловив ухом момент падения нового ведра, шаманка отпрыгнула в сторону. Однако это ведро столкнуло другое, и, не успела Ведьма коснуться земли, как третье ведро с невероятной точностью опрокинулось прямо ей на голову.