Далекие странники (ЛП)

— Согласишься на сделку, даже если ценой будет ночь в моей постели? — медленно протянул Да-Се.
Чжоу Цзышу придирчиво посмотрел на его лицо, затем скользнул взглядом по груди, талии и бёдрам, после чего неохотно согласился: 
— Разумеется. 
Вэнь Кэсин, который до этого момента стоял молча и с большим удовольствием следил за беседой, немедленно запротестовал:
— Ни в коем случае! Мы уже целую вечность делим одно одеяло, но ты до сих пор ни на что не согласился. Ещё и так легко!
— У тебя есть ответы на мои вопросы? — поинтересовался Чжоу Цзышу. 
Вэнь Кэсин поперхнулся воздухом. 
Да-Се, напротив, довольно рассмеялся и облизнул губы. Его взгляд злорадно метался от одного мужчины к другому. Потом он достал из кармана небольшую трубку, пару раз встряхнул её и вынул две игральные кости. Держа кубики на ладони, он беззаботно предложил:
— Как насчёт этого? Выиграете партию — я отвечу на один вопрос. Проиграете, и…
— Теперь я понял, почему этот парень так жаден до денег и не брезгует грязными делами! — громко зашептал Вэнь Кэсин, повернувшись к Чжоу Цзышу. — С такой зависимостью от азартных игр неважно, насколько велико состояние, оно всё равно уплывёт сквозь пальцы! Ты слышал поговорку «одно сердце обратилось к азартным играм; два глаза горят красным огнём; три ежедневных приёма пищи теряют вкус; четыре конечности лишаются сил; пять обязанностей отвергаются; шесть родственников игнорируются; семь отверстий источают ярость; восемь направлений слышат крик о займе»...[389]
Чжоу Цзышу наступил ему на ногу. Глава скорпионов просто улыбнулся Вэнь Кэсину:
— В ваших словах есть смысл. Но, если подумать, что есть сама жизнь, как не игра с высокими ставками? Так много людей хотят моей смерти: они выиграют, если я умру. Но если я останусь жив, то каждую секунду бодрствования они проведут как на иголках, терзаясь неведением, в какой момент жнец явится по их души. Не кажется ли вам, что проживать жизнь в мире и покое слишком уж скучно? 
Чжоу Цзышу решительно пресёк глубокую дискуссию о смысле жизни:
— Так что будет, если мы проиграем?
Да-Се взглянул на него из-под ресниц и неторопливо пояснил:
— Не стоит беспокоиться. Мне не нужны ни ваши деньги, ни ваши жизни. В случае проигрыша — устроите для меня небольшое представление. Нужно будет показать, как вы ублажаете друг друга перед верным зрителем в моём лице, пока я не удовлетворюсь зрелищем. Советую хорошенько подумать и не брать на себя слишком много. Если проиграете подчистую, выплатить долг будет не так уж просто. 
Не раздумывая дважды, Чжоу Цзышу немедля отрезал:
— Увидимся в другой раз. 
В то же время Вэнь Кэсин, выглядя так, будто ему не терпелось проиграть, воскликнул:
— На мой взгляд, превосходная ставка! 
Чжоу Цзышу предпочёл сделать вид, что не знает этого человека, и с равнодушным видом пошёл прочь. 
— Испугался. Ха! Сам же просил назвать любую цену, — бросил ему вслед Да-Се.
— Я уже не молод, к чёрту провокации, — Чжоу Цзышу и не думал останавливаться. 
Вэнь Кэсин хитро улыбнулся главе скорпионов: 
— Что ж… братец, прошу простить! Мой супруг великолепен во многих аспектах, вот только весьма застенчив. Даже робок, я полагаю… 
Не успел он закончить, как Чжоу Цзышу повернулся и безэмоционально спросил у Да-Се:
— Во что играем? Тебе решать.
Успех провокации порой зависит от того, кто её использует. 
Глава скорпионов в ответ поднял чашу для игральных костей, на что Чжоу Цзышу скептически усмехнулся:
— Глупые забавы! Мы можем ночь напролёт бросать кости, но так и не определим победителя. 
Да-Се задумчиво свёл брови, но уже через мгновение развернулся и направился вглубь комнаты. Вэнь Кэсин с Чжоу Цзышу перемахнули через подоконник и увидели, что тот роется в маленьком мешочке с крошечными иглами толщиной с бычий волос. Чжоу Цзышу недовольно нахмурился — однажды ему уже случалось стать жертвой таких подлых штуковин. 
Да-Се достал из мешочка одну иглу и лизнул её кончиком языка:
 
— Эти ещё не успели покрыть ядом. Почему бы нам не посмотреть, кто сможет съесть их больше? 
Чжоу Цзышу и Вэнь Кэсин переглянулись. У обоих одновременно промелькнула одна и та же мысль: «Почему с нами нет Е Байи?».
Да-Се прищурился, открыл рот, положил в него иголку, разжевал её на кусочки, словно сухую лапшу, после чего с лёгкостью проглотил. Это выглядело невероятным.
Чжоу Цзышу и Вэнь Кэсин вновь переглянулись, на этот раз с тревогой. То, что глава Ядовитых скорпионов обладал железными зубами, оказалось неприятным сюрпризом. 
— Итак, молодые господа примут участие в игре или предпочтут раздеться? — с мягкой улыбкой поинтересовался Да-Се. 
Вэнь Кэсин, похоже, с превеликим удовольствием выбрал бы второй вариант. Однако Чжоу Цзышу уверенно откупорил свой кувшин, подхватил чашу для вина и наполнил её до краёв. После этого он выбрал две иглы и покрутил их между пальцами, превращая в пыль. Растворив иглы в вине, Чжоу Цзышу поднял взгляд на Да-Се.
Вопреки ожиданиям, тот остался учтив и вежливым жестом предложил сделать ход. Чжоу Цзышу, нахмурившись, опрокинул в себя вино и показал главе скорпионов чистое дно чаши. Наблюдая за тем, с каким спокойствием Чжоу Цзышу проводит эти манипуляции, Вэнь Кэсин подумал, что на вкус вино с иглами должно быть ничем не лучше вина с грецким орехом.
Да-Се снисходительно отметил:
— Братец, не говори, что я не предупреждал: если продолжишь запивать иглы, а не съедать их сухими, как я, в твоём желудке они займут гораздо больше места. Неужто я должен предположить, что господа хотят сыграть вдвоём против меня одного? 
Вэнь Кэсин протестующе замахал руками:
— Нет-нет, что вы! Увы, я лишён и столь утончённого вкуса, и столь крепких зубов. А вы двое, пожалуйста, продолжайте. 
Усмехнувшись, Чжоу Цзышу неожиданно заявил главе скорпионов:
— Я съел две иглы, а ты только одну. Полагаю, этого достаточно, чтобы засчитать мне победу. 
Внезапно, следуя только ему одному известному плану, Чжоу Цзышу с силой ударил открытой ладонью по столу, и все оставшиеся иглы взмыли в воздух. Их холодный блеск замерцал повсюду. 
Да-Се почувствовал, как на него устремился поток энергии. Он вскрикнул и машинально пригнулся, чтобы уклониться. Когда же он снова выпрямился, то увидел, что иглы пролетели мимо и вонзились в стену позади. Тончайшие жала вошли в дерево настолько глубоко, что затея с их извлечением вряд ли увенчалась бы успехом. 
Вэнь Кэсин не сдержал возгласа одобрения, мысленно отметив, что уловка А-Сюя оказалась невероятно бесстыдной. По правде, она больше подходила Хозяину Долины. Верно говорили в народе: один поёт, другой подпевает.[390]
Главе скорпионов потребовалось несколько секунд, чтобы взять себя в руки и с прежней любезностью поинтересоваться:
— Могу я узнать фамилию уважаемого брата?
— Моя фамилия Чжоу, — ответил Чжоу Цзышу. — Можно без «уважаемого». 
— Чжоу-сюн, — кивнул Да-Се, — хорош в боевых искусствах, хорош в тактике, но…
Он вытянул вперёд перевёрнутый кулак и раскрыл пальцы. На ладони поблёскивала тонкая игла. Да-Се поднёс её ко рту и улыбнулся краешком губ: 
— Боюсь, в этот раз у нас ничья. 
В свою очередь, его противник невозмутимо протянул руку и неторопливо разжал кулак, показывая, что тоже припрятал одну иглу. Чжоу Цзышу не собирался её есть, только приподнял на уровень глаз Да-Се, сравнивая длину игл. 
Выражение лица Да-Се переменилось. Только сейчас он увидел, что его собственная иголка стала короче, чем была. Недавний удар каким-то образом расколол её пополам.
Чжоу Цзышу растёр свою иглу в пыль и с улыбкой подвёл итог:
— Две иглы против одной с половиной, что теперь скажешь?
Глава скорпионов свирепо уставился на него в упор. Вэнь Кэсин с Чжоу Цзышу уже приготовились к тому, что он будет протестовать. Но, хотя моральные качества этого парня были более чем сомнительны, его игровой этикет оказался безупречным. После минутной паузы он равнодушно признал себя побеждённым: