Нарушенная клятва (ЛП)

Разочарование накрыло меня, тяжелое и темное.
Я не понимал, как сильно я надеялся, что Риона останется. После всего, через что мы прошли вместе. Все, что мы узнали друг о друге… Я думал, что она привязалась ко мне, как и я к ней.
Но я ошибался.
Ей не терпится вернуться домой. Джинн ушел, и Джош Хейл тоже. Никто больше не хочет ее поймать. Так что я ей не нужен. Я сделал свою работу слишком хорошо.
— Мне жаль, — тихо говорит Риона.
Она не просит меня снова вернуться с ней в Чикаго. Она понимает, что я должен своей семье, после того как уехал на столько лет.
Тем не менее, ни один из нас не выглядит очень счастливым в этот момент. Мы полны решимости, но не удовлетворены своим выбором.
Остаток пути до дома мы едем молча.
  
23. Риона
 
Бо возвращается в дом около десяти утра, выглядит измученной, но счастливой.
— С Шелби и ребенком все в порядке, — говорит она.
— Они назвали ее Фрэнсис.
— Фрэнсис? — говорит Рэйлан, как будто это иностранное слово.
— Я знаю, — говорит Бо, пожимая плечами. — Но они, кажется, очень рады, так что ничего не говори.
Внезапно я чувствую себя здесь незваным гостем. Я уверена, что Рэйлан хочет поехать в больницу, чтобы увидеть свою новую племянницу. Не думаю, что я должна быть частью этого. Буны должны наслаждаться всем этим вместе, без моего участия.
Я тихо говорю Рэйлану: — Я собираюсь сегодня вернуться домой на машине.
— Одна? — говорит он. — Я отвезу тебя.
— Нет, — качаю я головой. — Это слишком далеко. И тебе придется снова ехать обратно. Оставайся здесь со своей семьей. Поезжай к своей племяннице.
Рэйлан не выглядит счастливым, но он не спорит со мной.
Мне не так много нужно собрать. Я ничего не взяла с собой, и в основном я носила одежду Бо.
Правда, я планирую забрать ковбойские сапоги, которые Рэйлан купил мне в магазине. Я знаю, что в Чикаго мне негде будет их носить, но я чувствую иррациональную привязанность к ним. Они чертовски удобные, если не сказать даже лучшие.
Я предлагаю Бо вернуть деньги за платье, которое мы с Рэйланом испортили, но она только фыркает и качает головой.
— Ты оказала мне услугу, порвав его. Тетя Кел всегда пытается заставить меня одеваться более женственно. Лучше бы она сэкономила свои деньги или купила мне то, что мне действительно нравится.
— Например, гранатомет? — вмешивается Рэйлан.
— Да, — усмехается Бо. — Это было бы гораздо лучше.
Бо отправляется в дом Грейди и Шелби, чтобы помочь Селии одеть мальчиков, чтобы навестить их младшую сестру.
Рэйлан кормит и поит лошадей, а я готовлюсь к отъезду.
Мы встречаемся во дворе, Рэйлан выглядит усталым и запыленным, я сжимаю в руке ключи от Эскалейда.
— Ты уверена, что хочешь ехать обратно одна? — спрашивает он меня.
— Да, — говорю я. — Думаю, так будет лучше.
Я смотрю на его красивое лицо. Мне хочется, чтобы он еще раз подарил мне свою очаровательную улыбку, ту, которая поначалу сводила меня с ума. Теперь я думаю, что от нее мне стало бы тепло и радостно.
Вместо этого Рэйлан притягивает меня к себе и обнимает.
Отпустив меня, он грубо целует меня в щеку.
Я хватаю его за лицо и нежно целую его в губы.
— Спасибо, — говорю я снова.
Я отворачиваюсь от него и спешу к машине. Я не оглядываюсь на него, но мои уши напряжены. Прислушиваюсь на случай, если он позовет меня.
Рэйлан не кричит, чтобы я остановилась. Он просто смотрит, как я сажусь во внедорожник и завожу двигатель.
Я машу ему в зеркало заднего вида. Он поднимает руку в ответ, когда я отъезжаю.
Весь день уходит на то, чтобы доехать до Чикаго. Это самая долгая и самая депрессивная поездка в моей жизни. Каждое мгновение я чувствую себя неправильно. Мой желудок сжался, а в висках пульсирует головная боль.
Я говорю себе, что поступаю правильно.
Мы с Рэйланом слишком разные, чтобы быть вместе. Мы хотим от жизни совершенно разных вещей. Он сказал мне, что хочет когда-нибудь жениться и завести детей. Я сто раз клялась, что никогда не выйду замуж, да и дети меня не слишком интересуют.
 
Он хочет остаться на ранчо, а я хочу руководить юридической фирмой.
Мы просто несовместимы.
Как сказал Неро, у него и Камиллы одни и те же планы, одни и те же цели. Внутренне они одинаковы.
Мы с Рэйланом разные внутри и снаружи. Да, мы научились не сводить друг друга с ума. И мы научились неплохо работать вместе. И в сексуальном плане мы были чертовски совместимы…
Но нельзя строить все отношения на сексе. Я бы хотела… но не могу.
Тем не менее, я чувствую себя совершенно подавлено, когда еду обратно в центр Чикаго. Уже ночь. Прохладный ветер разносит мусор по дороге. Не так много людей хотят выйти на мороз, поэтому тротуары пустеют быстрее, чем обычно.
Рэйлан дал мне свой телефон. Я использую его, чтобы позвонить Данте.
Телефон звонит и звонит без ответа. Я собиралась спросить его, могу ли я заехать, чтобы оставить внедорожник, но я не хочу ехать туда, если его на самом деле нет дома.
Не думая, я направляюсь в сторону офиса. Это больше дом, чем моя квартира. И в отличие от нее, он не сгорел дотла.
Офисная башня выглядит такой же величественной и внушительной, как и раньше. Когда-то я испытывала такой восторг, проходя каждый день через двойные стеклянные двери. Думала, что когда-нибудь это будет кусочек города, которым я буду владеть.
Глядя вверх, я вижу, что два или три окна на нашем этаже все еще освещены. В моем собственном кабинете темно. Но дядя Оран, похоже, работает.
Я хочу подняться и сесть в кресло за своим столом. Я хочу напомнить себе, кто я и для чего я работаю. Я не чувствовала себя самой собой уже несколько недель. Снова опуститься в это мягкое кожаное кресло, все равно, что снова влезть в собственную кожу.
Я паркую машину Данте и направляюсь внутрь, машу рукой охраннику на стойке регистрации. Карл слегка приветствует меня и нажимает кнопку под своим столом, которая активирует лифт. Он привык, что я прихожу и ухожу в любое время суток.
Я протискиваюсь сквозь дорогие стеклянные двери с именами Гриффин, Брайар и Вайс. Как только Вайс уйдет на пенсию, я намерена, чтобы на этой двери было написано Гриффин, Гриффин и Брайар. Не может быть, чтобы я не получила партнерство сейчас, когда Джош ушел с дороги, а я — та, кто раскрыл его кражу.
Знакомый запах офиса сразу же поражает меня: бумага, чернила для принтера, духи с фрезией, которыми пользуется Люси, и лимонно-базиликовая полироль для мебели уборщиков.
Я чувствую прилив ностальгии, хотя меня не было здесь меньше недели.
Я включаю свет в своем собственном кабинете. Я ожидаю, что почувствую тот же прилив тепла, но вместо этого я замечаю, насколько суровым и холодным кажется это помещение. Книжная полка выглядит постановочно, как каталог мебели, а полированный рабочий стол настолько пуст, что можно подумать, что здесь вообще никто не работает. Все выглядит блестящим и дорогим, но лишено индивидуальности и тепла.
Это заставляет меня думать о доме на ранчо, где каждый предмет мебели и каждый элемент декора, кажется, рассказывает историю о человеке, который его сделал, и о людях, которые пользовались им на протяжении многих лет. Дом Бунов — это дом. Это просто офис, где я провела бесчисленное количество часов, работая в одиночестве.
Я все равно сажусь за стол, пытаясь вернуть себе чувство цели и драйва. Здесь я всегда чувствовала себя самой сильной и самой собой.
Мне нужно почувствовать это снова.
Я включаю компьютер, думая, что не хватает именно работы. Я должна погрузиться в свои старые проекты.
Но когда я начинаю разбираться с файлами, я понимаю, что половина моих проектов пропала. Удалены с моего компьютера без следа.
Прежде чем я успеваю порыться, чтобы найти пропажу, в мой кабинет заглядывает Анджела Пирс.
— Эй, вот ты где! — говорит она. — Мы скучали по тебе!