Лучший режиссёр, главы 101-200 (ЛП)

Майк повернулся к находившемуся сбоку работнику и сказал:
– Поставь возле Яна ту кинокамеру, после сделаем ещё несколько снимков.
Вскоре Ван Ян положил руку на чёрную кинокамеру и, глядя на фотографа, с улыбкой вымолвил:
– Майк, я снимаю тебя.
Майк, продолжая фотографировать, ответил:
– Давай, только, Ян, можешь добавить больше серьёзности? Знаешь, ты в последнее время со своим «Районом №9» очень серьёзен.
– Я так не считаю, в последнее время я постоянно навеселе, – с лёгкой улыбкой пожал плечами Ван Ян.
Чего ему не хотелось, так это становиться таким серьёзным, поэтому он договорился, что будет не в костюме, сейчас на нём была модная молодёжная одежда.
– Тогда добавить крутости, будь крутым! – предложил Майк.
Ван Ян всё-таки по его просьбе изменился в лице, как-никак это пойдёт на обложку журнала, а Майк являлся профессионалом. Он холодно произнёс:
– О’кей, крутость мне по душе.
В данный момент проводилась фотосессия для обложки нового выпуска еженедельника «Time», который выйдет через две недели. Это также будет второй раз, когда Ван Ян попадёт в «Time». Для него, впрочем, стало лёгкой неожиданностью это приглашение. Если бы его пригласили журналы «People» или «Vanity Fair», в этом не было бы ничего удивительного, но «Time» всегда был “крутым” для него. Почему именно сейчас прислали приглашение? Потому что «Район №9», скорее всего, станет самым кассовым фильмом с рейтингом R? Потому что фильм вызвал ночные кошмары у многих людей?
Как бы там ни было, Ван Ян принял приглашение, поскольку это была хорошая возможность ещё лучше раскрутить «Район №9».
Но по мнению Майка Грива и других людей, попадание волшебного юноши на обложку «Time» – вполне закономерное событие, иначе быть не может. Он впервые оказался на обложке этого журнала в сентябре 1999 года за счёт колоссального успеха «Классного мюзикла» и вызванного фильмом общественного резонанса. Вдобавок его называли “феноменальным волшебным режиссёром”. В то время на обложке «Time» был слоган: «Следующий король мира».
С тех пор прошло три года. Мальчик с цифровой видеокамерой уже давно проявил себя, и общественность его признала. Он не станет вторым Джеймсом Кэмероном, вторым Стивеном Спилбергом, вторым Робертом Земекисом… Он просто станет ещё одним великим режиссёром, волшебным режиссёром Ван Яном.
В течение трёх лет у него хватало причин, чтобы попасть на обложку «Time»: будь то снятый в 20 лет классический биографический фильм «В погоне за счастьем», всколыхнувшая общественность «Джуно» или номинация на «Золотой глобус» за лучшую режиссуру. Но этого так и не произошло.
А сейчас возник шедевр под названием «Район №9», погрузивший весь мир в депрессию; “пропавший” на два года волшебный юноша возвратился с шумом; глубокомысленный, великий, самый кассовый фильм с рейтингом R… Главные редакторы «Time» больше не могли оставаться равнодушными, иначе как это издание до сих пор могло называть себя “хранилищем истории”?
– Когда ты впервые что-либо снял?
Журналист Деннис Уоллер и Ван Ян сидели на диване в приёмной. Деннис второй раз брал интервью у этого юного режиссёра, но, если в прошлый раз вопросы были по типу “как чувствуешь себя после успеха?”, “какие планы на будущее?”, то теперь его, похоже, интересовали детство и взросление волшебного юноши. Это было биографическое интервью.
Ван Ян и сам сразу приободрился. Впервые что-либо снял? В голове всплыли старые чёрно-белые изображения, мальчик повсюду гулял с маленькой камерой… При воспоминании забавных случаев из прошлого, он невольно улыбнулся. Как такое можно забыть? Он, глядя на Денниса, ответил:
– В 12 лет, снимал на камеру Super 8 всякую всячину типа прохожих на улице. В то время ещё не было цифровых камер, так что меня изначально называли мальчиком с Super 8.
Услышав последнюю фразу, Деннис рассмеялся. Знавшие про волшебного юношу люди, разумеется, были в курсе о цифровом кино и «Паранормальном явлении», эти две вещи символизировали его, с их помощью состоялся его дебют.
 
Деннис быстро записывал в блокнот информацию, с улыбкой комментируя:
– Кажется, уже появился слоган для нового выпуска еженедельника.
Взяв чашку кофе и сделав глоток, Ван Ян с ностальгическим выражением лица ухмыльнулся и произнёс:
– Я к тому времени уже несколько лет мечтал стать режиссёром, а ту камеру Super 8 я купил на блошином рынке, модель Nizo 148XL, с белым корпусом и чёрным объективом, крутая вещь. А ещё купил две кассеты с 8-миллиметровой плёнкой. Боже! На это ушли все мои сбережения – 300 долларов.
Ван Ян, посмеиваясь, покачал головой и, вспоминая былое возбуждение, сообщил:
– Сейчас мне кажется, что меня надули, но я тогда был очень-очень рад и взбудоражен, ух! – он сделал жест, будто держит камеру в руках. – С появлением этой штуки я мог стать режиссёром, мог снимать кино! Все мои сбережения и надежды были туда вложены, а потому я намеревался как следует потрудиться. Я придумал историю, позвал несколько одноклассников, а потом…
– И что в итоге? Камера сломалась? – нахмурившись, осведомился Деннис.
Ван Ян уныло кивнул, сказав:
– После нескольких дней съёмок в ней раздался треск, и она сломалась. Думаю, она всегда была сломанной. Мне повезло, что она проработала хотя бы несколько дней.
Деннис показал сочувственную улыбку и спросил:
– И что же ты сделал? Пошёл чинить или обратился к родителям?
– Нет, я не люблю просить помощи у родителей, – улыбнулся Ван Ян.
В тот момент ему и впрямь пришлось несладко, весь его энтузиазм был подавлен.
Он, вздохнув, произнёс:
– Я остался без денег, поэтому решил сам починить. Я подумал, что если разобрать камеру и покопаться в ней, то станет лучше, но в результате только сделал хуже. Было очень обидно.
Деннис с интересом спросил:
– А то видео, снятое на Super 8, ещё осталось? Остались те две кассеты с твоей настоящей дебютной работой? Они бы дорого стоили.
Ван Ян усмехнулся и кивнул:
– Всё в Сан-Франциско. Хотя я и ненавижу эту дебютную работу, я не стал ничего выкидывать.
Деннис, быстро записывая информацию, сказал:
– Значит, съёмками ты начал заниматься давным-давно.
Ван Ян опять кивнул:
– Впоследствии, когда мне хотелось что-нибудь снять, я брал Super 8 на прокат. У меня записаны кое-какие короткометражки на 8-миллиметровую плёнку, – он пожал плечами. – А дальше вышло «Паранормальное явление».
– Как опишешь своё детство? – задал новый вопрос Деннис, заметив, что разговор на эту тему завершился.
Ван Ян, подняв глаза кверху и задумавшись, произнёс:
– Хм, моё детство? То есть промежуток времени до 12 лет? Описание тут короткое: это отсутствие Super 8, ха-ха!
Он посмеялся и всё-таки подробно ответил на вопрос:
– Ладно, детство у меня было беззаботное, занимался кунг-фу, каждую неделю смотрел кино, играл в баскетбол, гулял, а ещё дрался. Знаешь, в школе всегда есть какие-нибудь изверги, которые издеваются над другими, но, уж извините, я их не боялся.
– Когда я учился в школе, подобные негодники обычно били меня по голове, – с опаской вспоминая, посетовал Деннис и спросил: – Получается, у тебя было абсолютно счастливое детство?
Ван Ян изумлённо вытаращил на него глаза:
– У всех в детстве бывает что-то, что его раздражает и огорчает. И я не исключение. Но могу сказать, что я рос в радости.
– Хорошо, в таком случае… – кивнул Деннис и заговорщическим тоном с улыбкой спросил: – Какую роль сыграла Джессика в твоём детстве?
Когда Ван Ян впервые давал интервью журналу «Time», то поведал об их с Джессикой взаимоотношениях в детстве. В то время все считали, что пара скоро расстанется, а теперь уже прошло больше трёх лет. Опрашивая Ван Яна во второй раз, Деннис не забыл опросить его на эту тему.
– О! – воскликнул Ван Ян, будто его ударили током, строго выпрямился и сказал: – Какую роль? Не знаю, мне надо хорошенько подумать над этим вопросом, а не то ещё рассержу или обижу её. Приятель, эти слова не записывай!