Загадка Меривезера

– Если бы я знала, что ты ненавидишь аптеки, я бы сказала, что мы встретим его у церкви. Место не имеет значения – просто, чтобы не ранить чувства людей и не заставлять их завидовать… ну, сам знаешь.
– Боюсь, что не вполне понимаю.
– Это из той же области, что и то, о чем я рассказывала тебе, когда пришел Тони. Освальд и Пол кажутся довольно ревнивыми, и они все еще думают, что очень мне нравятся. А Хелен… я люблю Хелен, но я не понимаю ее. Ей не нравится Тони. Совсем. И он не нужен ей ни для Дот, ни для чего еще. Но ей не нравится, когда Тони мил со мной. Если нам случается оказаться наедине, она всегда присоединяется к нам или присылает к нам кого-то еще. Это не просто совпадение, и все ухудшается тем, что нас осталось совсем мало.
– Мистер Шарван ближе к ее возрасту, чем к твоему, – заметил я. – И у нее есть шарм, и она – вдова…
– Но как я только что сказала, ей не нравится Тони. Я, и правда, не понимаю, почему она позволила ему остаться в Меривезере. Обычно если ей кто-то не нравится, такого не происходит. Она может выбирать. У нее уйма денег, и уже есть список жильцов для новой пристройки, когда та будет готова. Дай подумать, на чем я остановилась?
– Ты начала с нежелания ранить чувства других. Прости, но почему ты не решила эту проблему, просто-напросто не заводя никаких общих дел с мистером Шарваном?
– Разве ты не понимаешь, – терпеливо объясняла Вики, – что как раз этого они и добиваются от меня? Но в этом нет смысла. Почему? Тони мил, и мне жаль его.
– Чувство жалости ты расходуешь на Пола Кизи, – напомнил я. – И, как я помню, тебе было жаль Освальда Флипа.
– Да, конечно. Мне его жаль. Ты не можешь винить меня за то, что я сочувствую людям, которые несчастны. Как я сказала, может это и сантименты, но я ничего не могу с этим поделать, так что не стоит винить меня в этом. Кэнди, я же не виню тебя за то, в чем ты не можешь помочь. В последнее время мне кажется, что ты любишь меня не так сильно, как раньше.
Каковы были мои шансы? Каковы были бы шансы кого угодно, кто противостоит очаровательно-разъяренной Вики? Вечером, в пятнадцать минут девятого, мы с племянницей подъехали на ее машине к углу между Льюис-авеню и Двенадцатой улицей.
  
Глава VI
 
– Но я думала, он будет здесь, – сказала Вики, нахмурившись и присматриваясь огромными карими глазами к пыльным и жарким улицам.
– И часто ли тебе приходится ждать его на углу? – спросил я.
– Так было только раз, – ответила она. – Это было два месяца назад. С тех пор я не встречала его. Потому я и подумала, что этим вечером он появится заранее.
Пять минут спустя я предположил, что нам не стоит больше ждать запоздавшего джентльмена. Вики объяснила, что если мы сейчас уедем, то у Тони не останется возможности вовремя попасть на радиостанцию. А она не привыкла подводить людей. Лучше она подождет. Она отвезет его на «Эй-Би-Си». Она высадит его там и больше не будет с ним разговаривать.
Спустя еще пять минут я заметил, что Вики начала бледнеть, и сменил тактику:
– У него может быть уважительная причина, – сказал я и вздрогнул от нервов.
– Это невозможно. Меривезер совсем недалеко. Он подпитывает свое тщеславие, заставляя девушек ждать его. Сегодня днем у нас он должен был встретиться с Дот и пойти с ней выбирать принадлежности для рисования. Ты видел, что он не пришел и через час. Нет, он заставляет нас ждать, чтобы унизить нас. Вчера вечером он поцеловал меня. Я думала, что он мил. А он – просто бестия, и я бы хотела убить его. [16]
Ни один Ван Гартер не гордился фамильной вспыльчивостью. Думаю, все мы чувствовали: полностью отдаваться эмоциям было бы нежелательно. Все мы беспокоились из-за этого и старались не угодить в тюрьму, а если у кого-то из нас пробуждался гнев, мы находили удовлетворение в том, что он вызван злом, причиненным другому человеку. Итак, сидя в знойной машине, я решил, что было бы неплохо напомнить Вики об этих строках семейных анналов. 
 
– Ну вот, самое время ворошить эти заплесневевшие истории, так? – возразила она. – И ты не знаешь, о чем говоришь. Этим вечером было назначено не свидание, это была проблема.
Мы молчали, и никто из нас не заговаривал до половины девятого, когда Вики объявила: «Отправляемся домой», – и нажала на педаль.
Когда мы выехали на извилистую дорогу к вершине холма, на котором располагался Меривезер, я сказал:
– Должна быть причина. Погоди. Возможно, из-за жары ты обнаружишь его больным, или с ним приключилось какое-то происшествие. Будет причина, и уважительная.
– Да, – удивленно согласилась она, – на это должна быть причина. Если он не болеет дома и не поет на радио (а он не может петь там, ведь он не встретился с нами), то, думаю, нам следует побеспокоиться, что с ним, и разыскать его.
Если бы у меня была наклонность к импровизированным молитвам, думаю, я бы тотчас же высказал бы слова благодарения. Но победная песнь оказалась бы преждевременной.
Когда мы с Вики вошли в холл, я увидел, что Хелен Бейли и Сара Парнхэм спускаются по лестнице. Они поприветствовали меня, так что мне волей-неволей пришлось подождать, пока они спустятся, пожать им руки и осведомиться о том, как у них дела.
Мне нравилась Хелен Бейли. Она была спокойной, хозяйственной и гостеприимной. У нее были и смелость, и здравый смысл, и чувство юмора. Около десяти лет назад она прибыла в Сэтори-Бэй, купила Меривезер и перестроила его, превратив в пансион. Думаю, еще через пять лет она будет владеть процветающим отелем; а еще через пять лет – сетью отелей. На вопрос о секрете ее успеха в столь сложном бизнесе она как-то ответила: «Крепкий кофе, острые ножи. Пользуйтесь скидками и держите рот на замке. Вот и все». Да, она мне нравилась, и я восхищался ей. Тем вечером мне понравилось ее крепкое рукопожатие, особенно на контрасте с вялой рукой Сары Парнхэм.
Вики спросила равнодушным голосом, словно ей было все равно:
– Дома кто-нибудь есть?
– Ни души, – ответила Хелен. – Сара убедила меня, что в кино будет прохладнее. Пойдемте с нами? Мы все четверо поместимся в моем автомобиле. Или мы могли бы поехать на пляж. Мистер Ван Гартер, за обедом Тони Шарван сказал, что видел вас у Вики, и я решила, что вам стоило бы отвезти ее на побережье, чтобы освежиться.
– Хелен, большое спасибо, – ответила Вики, – но дядя устал после дороги, и я думаю, он бы предпочел остаться здесь и отдохнуть.
Она развернулась и прошлась до гостиной – к радиоприемнику, стоявшему по ту сторону арки.
Я открыл дверь для леди и поклонился. Надеюсь, что я не вытолкал их на крыльцо, но не могу быть в этом уверен. Я мог слышать шипение радио. Видел, как Вики настраивает его. И в тот самый момент, когда я закрыл дверь, прогремел голос Энтони Шарвана:
– ...Я ж, пока она молилась, целовал её как мог
По дороге в Мандалай … [17]
– Так это он специально, – рассердилась Вики. – Я убью его.
– …Где, прорвавшись из Китая, буря небо взорвала…
– Вчера вечером он ухаживал за мной. Я думала, что мне это нравится. Я убью его.
– …А потом, обнявшись крепко, шли смотреть – щека к щеке…
– У него есть теория. Он рассказал о ней Дот. По его мнению, ни одна женщина не полюбит мужчину до того, как тот не унизит ее, и она не смирится с унижением. Я убью его. Слышишь? Я убью его прежде, чем лягу спать.
 
Тем вечером, прежде чем кто-либо из нас уснул, мы нашли его мертвым в третьей комнате слева по коридору.
  
Глава VII
 
Безусловно, лицо, которое первым добровольно призналось в убийстве, вовсе не является настоящим виновником. Также безусловно, что лицо, которое громко угрожало убийством, вовсе не является виновным, если произойдет убийство. Хотя судьи и присяжные почему-то думают иначе. Также, поскольку мы занялись этим делом, то безусловно, что вы, как настоящий любитель детективного жанра, понимаете: убийство мог совершить кто угодно – от проживавшей на чердаке кривоногой служанки до самого Кадуолладера Ван Гартера, который может писать эти строки, находясь в тюрьме, чтобы очистить свою совесть или, например, для переписки с адвокатом. Но Виктория Ван Гартер вне всяких подозрений. Иначе говоря, она признала вину, имела мотив, возможность, соответствующий темперамент и в тот момент намеревалась совершить убийство – и благодаря всему вышеперечисленному она должна быть исключена из списка подозреваемых. Вот и хорошо. И, пожалуйста, забудьте, если сможете, что во всей нашей группе Вики была единственным лицом, возражавшим против приглашения Линн Макдональд. Так что с этого момента подозрительный ум или недоверчивый глаз не должны даже смотреть в сторону этого ребенка.