Загадка Меривезера

 
 
  
Глава XLII
 
Вики сложила письмо и, бросив его на край подноса с завтраком, принялась разглядывать солнечный зайчик на потолке, куда его отбрасывало лежавшее на покрывале зеркальце.
«Она задумалась, – решил я. – Когда она заговорит, то скажет нечто мудрое». Так и произошло.
– Давай поедем в Тулон, – сказала она. – Навестим семью генерала и возьмем с собой Дот. Достанем ей много красивых платьев и мужа.
– Чарльза? – спросил я. Чарльз был сыном генерала.
– Нет! – быстро и яростно ответила Вики.  – Есть много других мужчин.
– Отлично! – я одобрил ее предложение, едва сдерживаясь, чтобы не вскочить и не сплясать победный танец под солнечным зайчиком на потолке.
Вики играла с письмом и молча смотрела на меня. Как мне показалось, в ее взгляде был упрек, так что я возобновил разговор:
– Сегодня утром один из полицейских, тот самый, «любезный», принес соболезнования миссис Парнхэм. Она приняла его, и, по словам Освальда, он задержался на целых два часа.
– Если у тебя будет возможность, сообщи ему, что она хорошо обеспечена. И кстати, говоря о сыщиках, не хочу надоедать, но мне хотелось бы знать, как Линн Макдональд узнала насчет Сары Парнхэм.
– Мисс Макдональд рассказала мне, что она выяснила о вине мисс Парнхэм, по меньшей мере, в какой-то степени применив дедукцию: та была единственной женщиной в доме, у которой были залатанные шелковые перчатки.
– Ну, если сегодня утром ты так настроен, – начала было Вики.
– На ручных часах мистера Шарвана остался отпечаток от пальца в перчатке, но ткань была залатана, и стежки отпечатались на стекле, – пояснил я. – Кажется, что шелк перчаток был рельефным, и это было видно потому, что палец был влажным из-за пота, вызванного жарой и нервами. На клавишах пишущей машинка сохранился тот же самый тканевый узор. Поскольку полицейский пользовался пишущей машинкой, многие из следов были стерты им же самим. Но, печатая свою копию, полицейский пропустил тире, и на клавише с ним нашлись отпечатки ткани. Мисс Макдональд нашла сложенные, заштопанные, испачканные потом перчатки в ящике комода мисс Парнхэм. Хотя на часах отпечаталась лишь подушечка пальца в перчатке, но размер этого пальца соответствовал ширине отпечатка пальца Сары Парнхэм. А на клавише пишущей машинки остались лишь следы от ткани. Если я захочу, то позже я смогу увидеть фотографию.
– Маленький круглый объект, – пробормотала Вики. – Часовое стекло. Клавиши машинки. Разве мы не говорили?
– Но у меня сложилось впечатление, что она нашла отпечаток на часах еще до того, как пришла в дом и поговорила с тобой.
– Да, но она могла бы и не знать, что он имеет значение, если бы мы не сказали ей о маленьком круглом объекте.
– Довольно странно, что именно ты дала мисс Макдональд ключ к мотиву Сары Парнхэм.
– Очень странно, – подтвердила Вики, – ведь я не делала ничего подобного.
– Дело в твоих словах о поварихе. Прежде она была убеждена в вине Сары Парнхэм и полагала, что та убила миссис Бейли, чтобы скрыть первое убийство. Линн Макдональд обнаружила, что мисс Парнхэм потеряла место, и что она беспокоится о будущем и финансах. Но мисс Макдональд не понимала, каким образом смерть Тони Шарвана могла бы принести хоть какую-то пользу Саре Парнхэм. Во вторник вечером ты сказала, что мисс Парнхэм решила оставить школу, чтобы управлять Меривезером для Дот, и еще ты сказала, что Меривезер – доходное место. Продолжив, ты заговорила о том, что случайно услышала о новой поварихе. Мисс Макдональд услышала слово «случайно» и ухватилась за него – это был необходимый ей ключ, отворивший ход ее мыслям.
Сара Парнхэм пошла в комнату миссис Бейли, чтобы убить ее, а мотивом было место управляющей Меривезером. Мисс Макдональд представила события в комнате миссис Бейли – в точности так же, как они описаны в письме Сары Парнхэм. Мисс Макдональд ошиблась лишь, предположив, что Сара Парнхэм сказала миссис Бейли, будто мистер Шарван пытался совершить самоубийство; или, например, он, вооружившись, прятался в комнате, поджидая миссис Бейли. Впрочем, ничего из этого не годилось Саре в оправдание – ведь ни одна из этих историй не объясняла то, почему она держит в руках пистолет. И обе истории требовали объяснения, как она сумела отобрать оружие, при том что она была явно слабее мистера Шарвана.
 
– Только отпечаток перчатки и теория, – заметила Вики. – Просто жуть, не так ли?
– Полагаю, и мы могли бы думать в этом направлении. Мисс Макдональд говорит, что смогла бы обнаружить вину Сары Парнхэм и без того отпечатка. Да и он был найден лишь случайно.
– Теперь, когда все закончилось, она может так рассуждать, – заявила Вики. – Но все из-за маленького круглого объекта. Она объяснила, как она смогла бы это сделать без него?
– Да, хотя я не уверен, что помню все подробности. Во-первых, мистер Шарван назначил на вечер две важных встречи. Он был найден убитым в доме. По словам мисс Макдональд, в таких случаях требуется тщательно расследовать все, что кажется необычным. По ее мнению, то, что песню дважды повторили на радио, было необычным. Полицейский полностью записал разговор между Дот и Полом Кизи, в котором Дот заявила, что Тони Шарван всегда опаздывал, в том числе и на радио после того, как он устроился туда. То, что тем вечером он не ел, натолкнуло мисс Макдональд на мысль, что он мог быть приглашен на ужин. Когда она заговорила с тобой, ее мнение подтвердилось. Как я сказал, у него были назначены две важные для него встречи, но он не попал на них. Почему? Потому что он был убит прежде, чем вышел из дома. В семь часов его видели Дот, Освальд Флип и Эвадна Парнхэм. Из дома ему нужно было выходить где-то в восемь. Следовательно, у нас есть приблизительное время убийства, решила мисс Макдональд. Примерно с восьми часов и до нашего появления в доме были только мисс Парнхэм и миссис Бейли – они сами в этом признались. Миссис Бейли была убита в воскресенье. У нас осталась одна мисс Парнхэм.
– Но почему рассматриваются только домашние? – спросила Вики. – Это мог быть грабитель. Отец Дот…
– Мисс Макдональд решила, что теория о внешнем убийце опровергается, поскольку миссис Бейли спокойно прилегла в гостиной, выпив таблетку снотворного. Мисс Макдональд подумала, что это доказывает, что миссис Бейли знала, кто убил Тони Шарвана, но не боялась убийцу. То, что у нее не было страха, также означает, что она считала убийство непреднамеренным. Несчастным случаем. Мисс Макдональд была раздосадована тем, что и не задумывалась об этом, пока ты не дала ей ключ. Случайно.
Она почти с самого начала считала, что эти две женщины постарались сделать все так, чтобы это казалось самоубийством. В то время они были одни в доме. А на время указывает то, что он так и не пришел в назначенные места. Встретив нас, мисс Парнхэм и миссис Бейли пригласили нас в театр и спешно покинули дом. Когда они вернулись, мисс Парнхэм настояла, чтобы миссис Бейли не подымалась наверх одна; и, несмотря на нервный срыв Дот, миссис Бейли ждала нас на лестнице, а не в коридоре у двери дочери. Она старалась не оставаться без спутников. А когда она поднялась к дочери, то в первую очередь высказалась о том, что Дот не должна оставаться там одна. Так как Эвадна Парнхэм и Дот собирались на второй сеанс, миссис Бейли и Сара Парнхэм были уверены, что вернутся домой первыми. Мы можем себе представить их потрясение, когда они увидели, что в доме уже более часа находится кто-то еще.
 
– Да, – ответила Вики.
Она вздохнула и продолжила: 
– Помнишь, как тем вечером Сара мыла посуду? Она не отстегнула манжеты и не откатила их назад. Ясно: она прятала синяк.
– Угу, – согласился я. – А в воскресенье, когда мы с мисс Макдональд пошли к ней (предполагалось, что мы разбудили ее), на ней было платье с длинными рукавами, а не какая-либо другая одежда, более пригодная для сна. Также мисс Макдональд говорит, что поведение Сары Парнхэм в тот день было излишне совершенным – в этом и была ошибка. Отрицание плохих новостей (как она и поступила) – естественная реакция, и она знала об этом, как и о том, что ей должно недоставать подруги. По мнению мисс Макдональд, все это было наигранно и отрепетировано. Ее длинные и подробные записи были еще одним примером излишнего совершенства. Бесхитростность, которую она им придала, была совершенно не свойственна ей. В них она восхищается убийством. А также там говорится, что многие люди «слишком слабовольны» для убийства, а Хелен Бейли – робка. Очевидно, она считала убийство проявлением не трусости, а силы и храбрости – качеств, которыми она восхищалась и которыми в записях она наделила себя. Там говорится, что в Меривезере она – единственная женщина, способная на убийство; учитывая обстоятельства, это был хитрый ход, как и то, что она не спешила говорить о времени, пока не дошла до алиби миссис Бейли.