Ева-онлайн (СИ)

Поездка получилась… познавательной. До посёлка Ал добирался два дня. Пришлось накрутить более трёхсот километров, объезжая завалы корабельных корпусов и природные препятствия в виде скал, холмов и оврагов. И большинство их были непроходимы не то что для техники, но и для пешехода — либо чрезмерно опасны для проезда, либо крайне трудоёмки для передвижения напрямую. Ал воочию убедился, что радиус в полста-сотню километров от города для большинства пеших собирателей — предел, дальше идти можно только с безумным риском для жизни! Да и на колёсах двигаться в одиночку опасно — багги сам по себе немалая для свор собирателей ценность. Могут и отнять попытаться… Впрочем, по дороге к Коллектору Алу встретилось только полдесятка человек — одна компания из трёх собирателей и двое одиночек-новичков — и все пятеро двигались из города на промысел, дальше всех забралась троица. Новички вообще ушли не далее четырёх часов ходьбы… В поселение Ал въехал спокойно, из обсуждений в сети уже зная, куда именно ему нужно. Лавки перекупщиков образовывали свой собственный «квартал», точнее улочку, и на этой улочке не принято было устраивать никаких разборок с перестрелками. За соблюдением спокойствия следили обе банды, да и прочие местные могли при случае объяснить отмороженным беспредельщикам правила поведения в городе. Торговцы были не менее, если не более важным звеном в финансово-экономической жизни Коллектора, нежели собиратели, а потому пользовались, при соблюдении неких общих правил, определённой экстерриториальностью.
Торговцы прекрасно понимали свою важность для существования аборигенов, и свой статус старались поддерживать — не только силой, но и… репутацией. Например, среди них не принято было надувать клиентов-собирателей слишком сильно, торг за найденное если и вёлся, то обычно в размере пяти — десяти процентов от изначально называемой стоимости. Причём таковой эта стоимость была в любой лавке, вне зависимости от взаимоотношений между самими торгашами! К тому же, между интересантами больше развит способ меновой торговли — не за креды, а за какие-либо услуги или товары. Стабильной популярностью пользовались лечение в медкапсулах, снаряжение, оружие — и прочие необходимые собирателям вещи или услуги. Практически все перекупщики были связаны коммерческими интересами с космическими торговцами (напрямую это не афишировалось — но и не сказать, чтобы сильно скрывалось), соответственно, «достать» могли очень многое, хотя и по живодёрским ценам! По устойчивым слухам, можно было даже приобрести вполне приличную нейросеть и базы знаний из Центральных Миров — если бы кто-то захотел такое купить и нашёл на такое редкое приобретение кредиты, а заодно решил, что подобное необходимо ему на Свалке. Да, как ни парадоксально, но вкладывать бешеные по местным меркам средства, в несколько сот тысяч (по меркам Централов Содружества — уровень средненького корабельного техника или техника-универсала, или медтехника, или пилота на малые и средние корабли — такой кредит перечисленными специалистами отрабатывается лет за двадцать-тридцать в самом худшем случае) в саморазвитие — выглядело совершенно бессмысленной тратой средств. Всё равно, что в земном средневековье обучать специалиста по настройке карбюраторов и инжекторов или профессионального электросварщика, или в девятнадцатом веке какого-нибудь веб-дизайнера или сисадмина. Зачем на планете-мусорнике профессиональные пилоты космических кораблей, инженеры или высококлассные операторы роботизированных производственных комплексов? Зачем нейросети марок «управленец», «учёный», «исследователь»? Мало того, что они стоят безумных денег — так ведь и использоваться такие девайсы смогут процентов на пять от силы! Какой смысл приобретать электронный микроскоп — если достаточно обычной оптической лупы?! Собственно, никто и не заказывает здесь нейросети выше третьего-четвёртого поколения… и тех много. А дешёвки — они и есть дешёвки, с ними только и остаётся жить тут и гордиться тем, что в местном болоте ты не самый мелкий головастик. Замкнутый круг… Поэтому торговцы и предлагали местным обитателям сетки в основном военного образца — «абордажник», «десантник», «территориал» или «патрульный» — выпуска минимум пятидесятилетней давности (модель же могла быть и двухсотпятидесятилетней), по цене в пять-семь тысяч кредов (та самая тройная накрутка, плюс-минус — впрочем, в Центральных Мирах такое вообще даром отдали бы — если бы где-нибудь нашли подобные раритеты и желающих такое установить), что было пределом мечтаний большинства аборигенов. И базы знаний к ним соответствующие, только в гражданских версиях, для ЧВК от силы, и тоже полувековой давности минимум. Для лидеров «компаний» были ещё сети вроде «младший офицер» и «офицер-тактик», вдвое дороже…
 
Когда Ал, предварительно сняв с физиономии подобие противопылевой маски, в которых на открытом воздухе передвигались все аборигены (кто богаче — в респираторах, кто беднее — в платках/«шемахах» или просто тряпках) — некое местное подобие вежливости, входить в помещение с открытым лицом — открыл дверь в магазинчик одного из популярных в посёлке торговцев, некоего Знатока Зиги Лаге, тренькнул колокольчик. Не над дверью, как в земных лавчонках — но что-то дзынькнуло точно. За прилавком через пару секунд проявился молодой человек невнятной наружности, с блекло-серой кожей, чёрными как маслина глазами и крупными мохнатыми — ага, настолько волосатыми, что это уже имело право именоваться шерстью — ушами. Нос у него тоже был весьма впечатляющ… Ал коротко кивнул и поздоровался:
— Желаю благополучия, уважаемый торговец.
— И тебе того же, искатель. — раздался сзади голос. Ал медленно повернул голову и увидел у какого-то стеллажа более старшую, если не сказать старую, версию молодого человека за прилавком. Явно родственники, если не по прямой линии, то как минимум из одного семейного клана — ну, и соплеменники, разумеется…
— Меня зовут Алексей, уважаемый Зиги Лаге. И нет, я собиратель.
— Нет, так нет. — равнодушно согласился Зиги. — Значит, собиратель… да. И что именно привело тебя ко мне… в первый раз, если не ошибаюсь?
— Как и всех прочих, желание продать ненужное и купить необходимое. — пожал плечами Ал.
— Ты философ, это редкость… среди гардианцев. — отметил хозяин, а гость мысленно выругался. Привык беседовать с искином, а то, что общий язык Содружества совершенно отличен от гардианского, даже не вспомнил! Этак можно и по голове получить, ляпнешь что-то не то или не вовремя… Торговец между тем продолжал, но уже на языке Содружества:
— Давно тут не появлялись гардиане. Я уж и забывать стал понемногу ваши рычащие слова, да… Так что тебе нужно, Альек… Альес… Прости, я могу называть тебя — ну, скажем, Ал?
— Как тебе будет удобно, — кивнул Ал — а насчёт того, что мне требуется… Может, сначала посмотришь, что есть у меня? Нужно мне точно больше, чем я могу себе позволить. И стоит ли сейчас пересказывать этот длинный список? — решил и дальше играть роль меланхоличного философа Ал.
— Хм, разумный подход, да и сказано… красиво. Я уж думал, ты скажешь, что всего, что тебе нужно, нет у меня. И это было бы правдой, мне кажется. — располагающе улыбнулся торговец. Ал вновь пожал плечами:
— Это было бы слишком самонадеянно и невежливо. Я же не видел твоих складов, знаю о тебе только по сети. Откуда мне знать, что у тебя есть и чего нет? Я знаю, что есть у меня — и сам бы тоже никогда не сменял флягу на планетарный танк.
Торговец захохотал дробным смехом и, отсмеявшись, выговорил:
 
— Ситуации бывают разные, уважаемый Ал…ек, но мне тоже трудновато представить себе такую, в которой упомянутый тобой обмен может состояться. Ты даже не против, если я не буду выговаривать твое полное имя — что ж, благодарю, память уже не та, что раньше… Где твой товар? — сменил он личину «доброго соседа» на маску «делового человека».
— В багги, на улице. — пожал плечами Ал, получивший только что свое короткое имя. Спорить с торговцем было заведомо бессмысленно, его статус позволял и не такое — в отношении нищего собирателя.