Кто останется в хронике

Стук в дверь – пожаловал мой сопровождающий, по экстренному случаю с артефактом-порталом. Если свой уровень силы ниже второго, можно рассчитывать лишь на артефакты перемещений, довольно дорогостоящие, но в данном случае казенные.
Алиенд бледен, со следами пепла на одежде. Видимо, некогда было от них избавиться, или уже не было сил после борьбы с демоном. Белая сияющая магия окружила нас, затянула в воронку, и мы оказались на ещё одном острове посреди моря.
Башня Каменных Сердец – это тюрьма и дом для сумасшедших, располагающаяся тоже в Срединном море в подведомственной территории эльфов. Место ссылки.
Темные волны взволнованно врезались в скалистые берега, словно стремясь стереть это место с лица земли. Пара одиноких скрюченных сосен, выложенная серым камнем дорожка с прожилками зеленого мха, жухлая трава по обочине вперемешку с камнями.
И посредине – высокая, примерно с тридцать этажей круглая башня с тройкой каменных строений у подножья для работников.
Я здесь уже была дважды: один день на ознакомительной экскурсии нашего курса во время обучения в Темной Академии по договору с эльфами, другой раз – по просьбе Алиендра.
И вот теперь снова.
Но меня место не тяготило. После того, что я видела во время обучения черному зельеварению – это просто гавань тепла и уюта.
– Рассказывай, Страж, – говорю эльфу, осторожно ступая по неровной каменистой дорожке, приподнимая платье и внимательно смотря под ноги.
– Демон по всей видимости скрывался от своих, ты же знаешь, они могут погасить огонь, если кто-то начнет угрожать их безопасности. Не знаю, как он пересек границу, но наверняка потратил много силы, и это ослабило контроль. Выброс случился в Эленвилле, как ты поняла, чуть ли не в центре города. Может, он планировал найти ночлег, может, просто пережидал, но приступ его накрыл прямо в городском парке. Волна спалила к Темной матери три улицы, благо у многих были экстренные порталы. Но у кого-то их не было, а кто-то не успел вовремя среагировать.
– Как он жив после этого? – удивилась я.
– Нам не нужна война с демонами или, помилуй Темная мать, со Смешанными землями. Он не говорит, откуда он. Вообще мало что говорит. Неадекватен. Нам надо его вернуть своим, кровавые распри его рода сейчас не к месту.
Эльф сердито сжал губы, отчего те превратились в тонкую ниточку. Сомневаюсь, что он согласен с тем, о чем говорит. Излагает мне официальное решение властей. И верно, кто я такая, чтобы он хотя бы словом предал свой народ.
– Зачем вам я? – это действительно непонятно. Я не эльф и вообще из другого государства, если что.
Он насмешливо посмотрел на меня.
– С ним сейчас возятся три целителя, но безрезультатно. А ты – темная, Лесана. Черный зельевар и даже немного филигранник. Среди нас нет ни одного темного, ты же знаешь.
Да, эльфы темными не бывают, как и демоны светлыми. Глупый вопрос, могла бы и сама догадаться. Хотя…
– Ты же знаешь, я даже не мастер, – я скептически покачала головой, продолжая смотреть под ноги. Мы начали подниматься по темным ступенькам в башню, минуя Стражей, которые, видимо, нас ожидали и ни словом не задерживали.
– Ты всё, что у нас есть. Люди отказались присылать темного целителя или темного зельевара, даже слабого. Они тоже не хотят войны, если что-то пойдет не так. А ты почти своя, всё же полуэльф.
Ну да, ну да. Вот так моя сказка продолжает жить.
– Ясно. Веди дальше.
Мы начали подниматься по винтовой каменной лестнице наверх. Алиендр – впереди, а немного позади. На каждом этаже располагалась каменная площадка с серыми металлическими дверьми и выплавленными символами на них. И ни звука, кроме наших со Стражем шагов. Страшно от того, что происходит за этими дверьми, скрытыми пологом молчания. Страшно, что пленники не могут рассказать, если с ними что-то случится и нужна будет помощь. Но эльфы считают, что все здесь обитающие заслужили свою участь.
Пролете на двенадцатом или тринадцатом мы остановились. В холле стояли два эльфа-целителя, судя по нагрудным знакам государственной лечебницы. От них исходила волна силы, которую я уже научилась ощущать. Это значило, что они недавно магичили и я воспринимаю остаточный фон. Оба были мне незнакомы, и судя по одеждам, передо мной оказались целители высшего круга, с которыми я и не могла никак пересекаться, будучи той, кто я есть.
 
– Та самая темная травница? – сморщил свой тонкий нос один из них, тот, что был повыше и побогаче одет.
– Лесана Митринель – темный зельевар, – резко сказал Алиендр.
– Даже не мастер, – разочарованно покачал головой этот неприятный тип.
Алиендр не стал вступать в полемику (или вступаться за меня) и просто приложил руку к двери, открывая её.
Комната была крошечная. Каменные стены во въевшихся древних символах, узкая железная кровать с серым матрасом и пара стульев, видимо, появившихся здесь только с приходом целительской делегации.
На одном из стульев сидел ещё один целитель, пожилой, с белыми длинными волосами и практически прозрачными глазами, говорившими о его преклонном возрасте. Одет он был проще, чем остальные, но вряд ли уступал им в силе, скорее, скромность одежды была обусловлена пожилым возрастом. Тем не менее нагрудный знак имелся, украшенный драгоценными камнями.
На кровати лежал демон. Лет двадцати пяти или немногим старше, очень худой, с растрепанными черными волосами, острыми выступающими скулами и бледными губами.
Его руки, ноги и туловище были оплетены белыми сверкающими путами, не дающими ему шелохнуться. А на подоконнике маленького окна стоял артефакт-накопитель: белый куб, от которого тянулись нити к путам пленника. Куб был заполнен светлой субстанцией не более, чем на три четверти. Если мне не изменяет память, такие кубы заряжаются высшими магами и стоят они баснословно. Наверняка из главного эльфийского хранилища вещица.
– Лесана Митринель, темный зельевар, – представилась я коллеге-целителю, оставив позади этикет.
– Магистр О′Нерремиль, – кивнул мне старый маг, впиваясь пронзительным взглядом.
Старший род, значит. Серьезно эльфы обеспокоены из-за беглеца, получается.
– Как пациент? – я застыла у двери, не зная, что делать.
И зачем я только согласилась? Как я могу помочь Стражу с этим демоновым демоном?
– Неконтролируемые выбросы природной силы и внутреннего огня вследствие эмоционального стресса. До завершающей ступени инициации осталось четыре месяца. Он её не пройдет. Он уже на грани безумия. Свои бы его или прикончили, или потушили огонь.
– Так может и мы его…? – не удержался Алиендр.
– Страж Галланель, во имя Светлой матери, покиньте помещение! – сердито сказал старик.
Но Алиендр потоптался и остался, тем более магистр во время описания состояния демона сидел с закрытыми глазами, проводя скрытую диагностику.
– Что стало спусковым событием? – уточнила я.
– Какое это имеет значение?
– Имеет.
Магистр нахмурился и тем не менее ослабил путы в районе рта демона.
– Что с вами случилось? Почему вы сбежали? – Обратился он к демону, но тот продолжал пялиться в потолок, хотя уголок рта его дрогнул.
– Чем вы его накачали? – я подошла к демону и попыталась заглянуть ему в глаза.
– Я гашу эмоциональные всплески, чтобы продлить действие артефакта. Он сейчас мало что соображает.
– Снимите, – коротко сказала я, не особенно надеясь, что целитель послушается. Но он послушался.
Демон быстро приходил в себя… или в себя безумного, раззадориваемого готовым вырваться наружу внутренним огнем. Глаза зло засверкали, рот скривился, лицо приобрело красноватый оттенок, он попытался скинуть путы и не смог, и это привело его в бешенство. Зрачок стал красным и заполнил огнем всю радужку, пульсируя с каким-то диким ритмом.
– Я вас… спалю… темная мать… я вижу сердце… хочу к нему… пустите меня! Пустите меня! Пустите меня!
Демон забился в путах, лицо исказила гримаса гнева и одновременно боли.