Не оглядывайся! (СИ)

Через неделю пути они прибыли в столицу и она, вместе еще с другими «счастливчиками», оказалась на территории служебного двора королевского замка. Их всех записали, сводили в купальню, осмотрели врачеватели и накормили. Собрали в большой комнате и определили на работу. Ларе достались нижние комнаты гостевого крыла замка. Она выступала здесь горничной с уборкой и услужении гостям.
Вначале ей не хотелось здесь работать в таком качестве, хотелось вновь самостоятельности и занятий любимым делом. Она мечтала устроиться в театре или, в крайнем случае, в церкви, где могла быть музыкантом, но поняв, что это невозможно в своем теперешнем обличии, сникла и приняла временно такое положение.
Главное – она потеряла свою булавку вместе с тем бельем, которое оставила, когда ушла в купальню. Вместе с одеждой, снятой другими принятыми на работу в замке, слуги унесли и, вероятнее всего, сожгли, как объяснил ей один из помощников старшего над ними. Лара была в отчаянии. Теперь оставалось только найти Модруса или же выйти замуж за дракона, на что она кисло хмыкала и вздыхала.
- Кому нужна уродка, да еще и дракону. Видимо ходить ей теперь такой до конца своих дней.
  
Глава 15
 
Время проходило для девушки в тяжелой работе.
Она сначала пыталась найти хоть какую-нибудь информацию, про своего благодетеля Модруса, обращаясь к слугам и стражникам в замке, но те ничего не могли сказать. Предлагали обратиться к сотрудникам тайной канцелярии, но Лара понимала, что могут и не понять ее сказку о «добром хозяине», что придумала для оправдания своих вопросов. Поиски продолжала, но делала это незаметно.
Ни с кем не подружилась, так как не было такой, как ее Риска, а с товарками по комнате, где они жили по шесть человек, старалась быть вежливой, но сторонилась близости, ибо та предполагала откровенность, на что она не соглашалась. Вначале те пытались, приставая с вопросами, но потом отстали, приняв ее одиночество и закрытость. Обедали в общей комнате для прислуги. Кормили хорошо и Лара начала даже поправляться. И была уже рада тому, что уродлива – на нее не обращали внимание сластолюбивые представители мужской половины работников дворца, а тем более гости. Те, когда ее видели, кривили губы и просили заменить или же не видеть при себе. Тогда Лару определяли на другие работы, и она как-то приметила на чердаке, в дальнем строении дворца, запыленный старый рояль. Убравшись там и вытерев пыль с инструмента, она с нетерпением открыла крышку и пробежалась по клавишам. Рояль ответил ей легким звуком, слегка рассохшегося инструмента. Радости ее не было предела. Она даже заплакала, как будто нашла самую дорогую родную ее сердцу потеряшку. Подтянув к роялю сидение, еще раз прошлась по клавишам. И заплакала: ее пальцы слушались плохо. От грубой работы и теперешнего вида, когда и лицо и руки, да и все тело в целом, видоизменилось, ее пальцы почти не гнулись с той самой легкостью, как прежде и звуки, исторгаемые инструментом, были нечеткими и корявыми.
Несмотря на старость и вероятную погрешность, рояль все же принес девушке невообразимую радость и она, время от времени, пробиралась на чердак, который был в стороне от жилых помещений, и играла гаммы, разрабатывая пальцы. И уже через месяц своих уроков, могла исполнить то, что любила больше всего – любимого Бетховена.
Она играла «К Элизе», когда дверь на чердак приотворилась, и вошел человек. В полутемном помещении его не было видно, и Лара, увлекшись игрой, забыла все на свете. Тот, постояв, решительным шагом направился к девушке и положил руку к ней на плечо.
- Хорошо играете, дорогая, - услышала она голос за спиной.
Подскочив с банкетки, шарахнулась в сторону.
- Кто вы? – вскрикнула она.
- Я – королевский дирижер, - ответил тот, - Услышал музыку и решил посмотреть на исполнителя. Уж простите, что испугал вас. Как-то нехорошо получилось.
Лара пришла в себя и, с гулко бьющимся сердцем, подошла ближе. Перед ней стоял мужчина в возрасте, с залысинами на седой голове и смешно торчащими ушами. Будто специально созданными для характерного прослушивания. Вся его фигура выражала внимание к стоящей перед ним девушки. Лара присела.
 
- Лара.
- Винсент, - откликнулся тот и кивнул.
Она улыбнулась, услышав знакомое имя.
- Винсент ван Гог, - мысленно проговорила про себя и еще раз улыбнулась.
Ей понравился этот старик с оттопыренными ушами и веселым прищуром глаз. Она сразу почувствовала к нему доверие, как не раз ощущалось такое чувство к добрым людям в обоих мирах.
Расспросив девушку о ее попадании сюда и музыкальном образовании, он предложил попробовать себя в его коллективе. И если она подойдет, то и сменить работу.
- Мне нужны такие исполнители, - говорил он, заглядывая Ларе в лицо.
- Такие – это какие? – поинтересовалась та, внимательно прислушиваясь к интонации говорящего.
- Вы талантливы. И я достаточно опытен в таких делах. Не смущайтесь, - усмехался он, глядя, как та опускает голову, - Еще немного репетиций и вас можно выпускать даже с собственными концертами.
Лара задыхалась от радости, но старалась не показать виду и все же это прорывалось. Старик Винсент был удовлетворен, добившись согласия девушки и обещал, что вскоре он добьется ее перевода в свой коллектив.
- Смените работу, и оплата будет соответственно. Да еще и король услышит. А это многое значит и для вас, - уговаривал он.
Но Лара и без этого уже была согласна и даже благодарна ему и судьбе, что вновь дала ей надежду. Скоро она сядет за рояль и сможет заниматься любимым делом. И тут же опомнилась и ахнула.
- А как же я вот такая, - и она показала на себя, - будут же недовольны таким уродством. Запретят вам, не разрешат, - притопнула она в досаде ногой.
- Это мы еще посмотрим, - усмехнулся старик, - Здесь важно - как скажет король. Если ты ему понравишься, то другие заткнутся. Не волнуйся, владетель прекрасно понимает музыку и всегда благоволит музыкантам. Главное – ему понравиться игрой, а уж внешность не при чем. Поверь мне, старому музыканту. Я знаю нашего короля не один десяток лет. Его жена была прекрасным исполнителем, и он очень любил и ее и ее игру. Со дня смерти он только один раз мне рассказал, что слышал нечто подобное. На его именинах играла твоя тезка, тоже девушка по имени Лара, которая запала ему в сердце, как он потом мне рассказывал. Но он спугнул ее и очень жалел. А ведь хотел только пригласить в свой оркестр. То есть ко мне. Я тогда отсутствовал и не слышал ее, но полностью верю своему королю и его вкусу. Раз он хотел ту пригласить, значит, она действительно хороший музыкант. Так что не переживай, тебе тоже надо будет показать ему свою игру и он оценит ее и в этом я уверен. Готовься. Завтра-послезавтра я приду сюда же в это время с новостями. А сейчас прощай.
Он пожал Ларе руку и вышел. Девушка была ошарашена. Она долго молчала, вспоминая все то, что только что ей поведал старик.
- Выходит, что король хотел тогда пригласить к себе в оркестр? Так почему начал не с этого? Почему сказал, что хочет видеть ее фавориткой? Думал, что я быстрее соглашусь, стать любовницей короля, нежели простым музыкантом? Или она его неправильно поняла?
Лара сидела и ломала голову, но, не придя ни к какому выводу, решила подождать вестей от Винсента. Вдруг тому все же удастся убедить властителя и тот прослушает ее исполнение. Не узнает ее, только будет слушать игру. И тогда ее жизнь может полностью поменяться. С этими мыслями, уже вдохновленная, она вбежала в комнату и, пробравшись к своей кровати, тихонько улеглась.
- Скоро ее жизнь пойдет по другой колее, - улыбалась она.
Ждать ей пришлось ни день и ни два, а целых десять.
- Король был в отъезде по делам, связанным, с вторжением цидри, - объяснил ей старик, как только появился на чердаке, где с нетерпением его ждала Лара, - он согласился выслушать тебя и потом дать ответ. Тебе надо подготовить что-то для короткого прослушивания. Можно и тот музыкальный кусок, что слышал я тогда, при нашем знакомстве. Кстати, а кто написал его? Кто-то из местных композиторов, а может быть ты сама?