Инквизиция и кошка 3: Неупокоенный дух (СИ)

— Ри, пока тут крутится Эмбер, Солая вряд ли тебе будет что-то говорить. А если и будет, то непонятно и коротко, — обратился ко мне ифрит. — Я пока могу ответить на общие вопросы по школе.
— Меня исключили уже?
— Нет, — расплылся в улыбке Андроктонус. Солая синхронно с его отрицанием мотнула головой. — Тебя сейчас активно изображают Вилла и Курт. Знаешь, эти двое делают успехи в учёбе, — непринуждённо рассмеялся после своей последней фразы ифрит, видимо «успехи» там были на самом что ни на есть интимном поприще.
— Надеюсь, они меня ещё не опозорили на всю школу, — заметила я, не очень-то радуясь такой замене.
Эмбер выплыла из-за двери, неся на подносе горячую еду. Расставив на столе тарелки, она вновь ушла на кухню. Солая, проводив её подозрительным взглядом, взяла вилку и начала с явным аппетитом ковырять дымящееся жаркое.
— Да ладно. По сравнению с мясным пиром, который ты устроила на пару с профессором Юнгом в прошлом году, не сравнится ни одна шалость десятилетия.
— Здесь нечем гордиться, — отрезала я. — Если было бы возможно избежать жертв, так бы и сделала. Да и вообще… Убил их Юнг.
— Но ты спровоцировала. Солая мне всё рассказала, — возразил Андроктонус. 
— Солая тоже не всё знает. И рассказывать я вам не буду. 
Чай тоже не заставил себя долго ждать. Хозяйка Эмеральда услужливо поставила на стол чашку с золотыми ободками, молочник, заварник и большой чайник с кипятком, тоже фарфоровый. Периодически бросая на Солаю испуганные взгляды исподтишка, она осведомилась: нужно ли что-нибудь ещё? Получив отрицательный ответ, женщина быстро испарилась из столовой, прочь от доводящей до мурашек инквизиторши. А может, Эмбер просто проявила тактичность и вежливость, не став приставать с разговорами, кто знает.
— Солая, как вы меня нашли? — убедившись, что Эмбер ушла, спросила я. — Если к встрече с Ильдусом я могла быть хоть как-то морально готовой, то ваше появление с Андроктонусом — настоящая неожиданность.
Инквизиторша, не торопясь, прожевала жаркое. Медленно поднеся ко рту безупречно-белую салфетку, медленно промокнула губы, избавляясь от остатков соуса. Закончив с этим, она закинула ногу на ногу, откинувшись на спинку стула и наконец снизошла до ответа:
— Я следила за Ильдусом. Когда всё закончилось, я вернулась в филиал и сказала ему, что ты рано или поздно появишься на месте побоища. Хранитель был наготове. Подозреваю, он просто заметил тебя ещё в городе, а подкараулил в артели. Ты ведь уже гуляла по Мей-Йилье, не так ли?
Я кивнула. Мысль зацепилась за фразу «я вернулась», инквизиторша должна же была сказать «мы»…
— Подожди, а Марианна?
— Она мертва, — невозмутимо сказала Солая. — Зира тоже. Когда появилась Агата, я позвала её. Эта замечательная женщина даже не успела появиться из портала, как чёртова ведьма схлопнула его, оставив половину Зиры в артели, вторую половину…
— Я не хочу знать подробностей, — я поджала губы, услышав скорбные вести. Зира всегда сияла добродушием эдакой деревенской тётушки, у которой всегда вкусные пирожки. Воспоминания о ней у меня остались ещё с мелового леса, где мы все дружно валили деревья. А Марианна хоть и была заносчивой рыжей стервой, но своей. Жаль.
— Ты бы тоже там осталась, не подставь вместо себя фантома, — выдернула меня Солая из сожалений. — До меня дошло только на третий день, что ты жива.
— Надеюсь, ты завалила эту тварь. — Сейчас меньше всего хотелось слышать, как мне повезло. За месяцы в стеклянном шаре я познала все адские пики сумасшествия, а теперь всё перевернулось так, что выбора у меня не было.
Солая покачала головой.
— Она ушла, — мрачно ответила инквизиторша. — Попутно умертвив всех старателей подпольной артели. За этой дрянью впору посылать отряд из нескольких десятков таких, как я.
— Ты разобралась, что она забыла в этой глуши?
— Полагаю, деньжат собрать хотела. Где бы не жила Агата, её привычки остаются неизменными: роскошь и веселье. Как ты понимаешь, для этого нужны средства. Золото оно везде золото, но водится оно в большом количестве только там, где люди творят дела. Подозреваю, она имела расчёт на то, что инквизиция не пронюхает о её делах здесь, на окраине.
 
— И поэтому она договорилась с Ильдусом? — высказала я мысль.
Солая кивнула, поясняя:
— Знаешь, я бы могла раньше догадаться. Невод Сапраила заклинание старой школы, сейчас его даже близко нет в общей программе обучения Гильдий. И в вашей школе, кстати, тоже. Старая ведьма уже вызывала вопросы, но я проигнорировала. Непозволительная беспечность…
— То есть, ты сожалеешь? — я была искренне удивлена тем, что Солая в кои-то веки признала собственную ошибку. 
— А ты всерьёз думаешь, что я никогда не ошибаюсь? — величественно вздёрнула подбородок вверх Солая. — Да, не заметила опасности. Да, погибли Марианна и Зира, мне жаль, что так случилось. Но никто из нас не может предвидеть своего будущего.
— Кстати, о будущем… — робко начала я. — Я дала клятву тому, кто меня освободил, что помогу ему с одним делом. Поэтому прямо сейчас вернуться в ряды инквизиции не готова.
Упор я сделала на слове «клятва», ибо «пообещала» — звучало бы неубедительно, а я взяла на себя полную ответственность с сонм Хильд.
— И сколько времени тебе нужно? — не стала хвататься за голову Солая и, казалось, она даже не была удивлена.
— Я не знаю. Возможно, пары дней будет достаточно, а, может, и месяца мало.
— Мы особо никуда не спешим, — наконец подал голос Андроктонус и с как-то неуверенно, исподлобья глянул на Солаю, мол, правильно говорю?
Бывшая отшельница не дёрнула и мускулом на лице, но спустя несколько секунд неловкого молчания, видимо, тщательно обдумав, что будет говорить, изрекла:
— Ты сейчас в школе не нужна. Мы здесь для того, чтобы попросить тебя не показываться там ещё некоторое время. Можешь делать что хочешь. Исполнять клятвы, заседать в библиотеках или гулять по чужим мирам. Одно условие: осторожно, ты нам ещё пригодишься. Живая.
— У меня нет тела, если ты заметила.
— В этом нет никакой проблемы, — заявила инквизиторша. — Как только придёт время, я помогу тебе его обрести.
Меня так и жгло желание спросить, каким образом можно легально достать новую тушку. Даже не столько для себя, сколько для двух Хильд, которые находились в телах фантомов. 
— Может, ты мне сразу расскажешь?
— Чтобы ты начала воплощать в материальное другие Сущности? Ты думаешь, я не знаю, как тебя может занести?
— Меня не занесёт! — возразила я.
— Ещё как. Чем больше могущества, тем больше сносит крышу. Пойми уже, кошка, что далеко не зря мир устроен так, что мы получаем знания постепенно. Вот посмотри на Андроктонуса. Он тоже хочет тело. Ты представь, какой из него получится маг? Представила? А теперь ответь на вопрос, кто его будет сдерживать? Если он умудрился из искренних побуждений заставить Мелоди спалить преподавателя, то всё, что получит от него наш мир — это хаос и разрушение. Совершенно случайно можно породить нового тирана. Надеюсь, ты меня поняла.
— Значит, ты не откроешь мне заклинание?
— Нет, конечно. По крайней мере, не сейчас.
Мне стало обидно. Какое-то зерно истины в словах Солаи имелось. Но, чёрт, как же неприятно осознавать то, что тебя признают безответственным ребёнком.
— Ты даже не спросишь, что я пообещала?
— Нет, — отрезала Солая. — Я даже знать этого не хочу. — Ну… ладно. Не хочет так не хочет, карты в руки. — Нам пора уходить. — Инквизиторша сунула руку вниз, и из потайного кармана в складках юбки вытащила свёрнутый в трубочку свиток. Не вставая со стула, разорвала его и, зловеще мне подмигнув, провалилась вместе со стулом в портал, открывшийся ровно за её спиной.
 
— Знаешь, Андроктонус, кажется, она только прикидывается чёрствой и мудрой.
— Даже не сомневайся, — ответил ифрит, медленно приближаясь к порталу. — Рад был тебя видеть.
На прощание он махнул мне рукой и исчез в нутре магической прорвы.