Стань моей свободой (СИ)

— Ты где, моя несравненная Лиссет? — Я не знаю, что ей сказать, но и пропустить Олесин звонок не могу. Она — то единственное, что осталось от прежней меня. — Помнишь, мы собирались встретиться завтра?
— Не помню, Олесь. — Брошенное на спинку кресла платье раздражает не хуже валяющихся на тумбе серёжек. — Я вчера уехала из города.
— Уехала? — В голосе Олеси появляется насторожённость. — Лиссет, что-то не так?
Что не так? Да всё. Я не должна была соглашаться на предложение Андрея. Не должна его мучить. Семейная жизнь это вообще не моё и ситуация с Яном прямое тому подтверждение.
— Алиса, ты опять?
— Смотря что ты имеешь в виду, — с тяжёлым вздохом я опрокидываюсь на кровать.
— Слушай, я понимаю, что свадьба для тебя — стресс похлеще банкротства, но снова срываться в загул…
— Я тебя умоляю, какие загулы! — фыркаю я, прикрыв глаза. — Я уже не в том возрасте, чтобы бегать по клубам и обжиматься по углам.
— Моя девочка… Спустя столько лет и всё ещё моя!
— Тогда почему ты сбежала? — Олеся как всегда проницательнее всех.
— С чего ты взяла? Я уехала, ответственно всех предупредив, а то, что так быстро… Ты же знаешь, мне надо всё и сразу. Вчера пришли варианты аренды для «Саркани» и я бы всем вам нервы истрепала до следующих выходных!
— И предложение Андрея здесь совершенно не при чём, — насмешничает она. — Дорогая, ты меня за идиотку держишь? Если уж тебе так страшно, позвала бы нас с полусладким, и мы бы на раз решили твои проблемы.
— Я не… Да чтоб тебя! — Я рывком поднимаюсь. — Олесь, прекращай. Я не хочу об этом говорить, тем более, здесь и сейчас. И вообще это не телефонный разговор.
— Не телефонный разговор, — задумчиво повторяет она, и следующие слова звучат уже гораздо мрачнее: — А помнишь ли ты, моя Лиссет, когда говорила это в последний раз?
— Позавчера? — недовольная вспышкой, я пытаюсь перевести ответ в шутку.
— Не позавчера. — Прижимая к уху телефон, я через всю кровать тянусь за бутылкой воды. Угораздило же поставить её так далеко! — Ты снова в него вляпалась?! — от мощного рыка прямо в ухо рука дергается, и я роняю воду на кровать.
— Какого ты так орёшь? — Надо было ей идти в певицы вместо архитектурного. Сейчас бы может в опере пела, а не материлась, десятки раз перерисовывая макеты мажористых клиентов.
— Этот му… Ян снова здесь, да?! — едва не шипит она.
Да. Не знаю. Может быть. Соврать? Ей не получится.
— Давай встретимся во вторник и поговорим? — Со вздохом предлагаю я, понимая, что Олесю это вряд ли устроит.
— Только не говори, что ты с ним! — неверяще выдыхает она.
— Совсем рехнулась? — Я устало потираю переносицу. И вздыхаю, признавая поражение. — Да, Ян в городе, и что? — О том, что сейчас мы в одной гостинице я не скажу даже ей. — Ты прекрасно понимаешь, что это не первый и вряд ли последний его визит.
— Пра-авда? — издевательски ахает Олеся. — А скажи мне, откуда ты знаешь, что он здесь?
Кстати, интересный вопрос. Ян наверняка часто сюда летал, раз уж в городе у него какой-то бизнес, но за эти года мы прекрасно обходились без встреч.
— Вы виделись, — с мрачным торжеством констатирует она. — И ты серьёзно веришь, что в этот раз обойдётся? — усмехается Олеся. — Я по одному только голосу понимаю, что ты снова дёрганная, невротичная и снова уходишь. Причём не столько от ответа, сколько в себя. И я не дам тебе променять адекватного Андрея на этого потасканного разведённого козла!
— Олесь, — вздыхаю я, — на кого я по-твоему… Что ты сказала?
— Ты сорвёшься, — мрачно отзывается Олеся после продолжительного молчания и в этот раз где-то глубоко внутри я с ней согласна.
— Откуда ты знаешь?
— Лиссет…
— Откуда? — Мне не надо уточнять, о чём я, а ей нет смысла строить дурочку.
— Поинтересовалась, — презрительно усмехается Олеся, — буквально пару месяцев назад. Как знала, что его потащит…
— Заканчивай, — отрезаю я, снова чувствуя идиотское волнение в районе желудка. — Мне плевать на его жизнь, но запретить ему к себе приближаться я не могу. Зато могу не лезть на рожон.
 
А пару часов назад я занималась совсем не этим. Ужинала, ага.
— Позвони Андрею! — приказывает Олеся. — Ты знаешь, что сейчас самое время.
Зря она это. Очень зря.
— Так позвони сама, раз ты о нём такого высокого мнения, — вкрадчиво предлагаю я. — Вы отлично сойдётесь на любви ко мне, заодно будет что обсудить после дружеского секса. Или меня вы уже обсудили и нужны новые темы для разговора?
— Алиса…
— Или ты поэтому интересовалась Яном? — осеняет меня. — А что, расскажешь Андрею, что я тут трахаюсь с давней любовью и сразу же утешишь. Ты же всегда такого и хотела — сильного, надёжного и не выносящего мозг!
— Ты ведь уже без тормозов, Алиса, — тихо слышится в трубке.
— Зато у вас с Андреем их на целую роту, — зло усмехаюсь я. — Поздравляю, вы нашли друг друга!
Сбросив вызов, я выключаю телефон, ничком падаю на кровать и закрываю глаза. Осознание приходит позже, и я со стоном дёргаю себя за волосы. Чёртов Исилин! Если он не уедет в свой Питер в ближайшие дни моим нервам конец. И многолетней дружбе конец.
И свадьбе, с большой долей вероятности, тоже. Просто потому, что я должна порхать восторженной бабочкой по ресторан, ювелиркам и свадебным салонам, а вместо этого сижу в средненьком номере средненькой гостиницы.
И вспоминаю, вместо того, чтобы представлять идеальную жизнь с Андреем.
Дом. Холл. Лифт.
Огромный, пафосный и зеркальный. И Ян, прижимающий меня телом к его стене.
— Очень тесно, — хмыкает он в ответ на мой взгляд.
— Очень, — отзываюсь я, представляя, как коснусь языком бьющейся на шее жилки.
Коридор. Дверь…
Была же дверь? Плевать.
Потому что печати сорваны, фитили догорели, а весь мир может катиться ко всем чертям!
Ян не ждёт.
Я прижата спиной к стене, брюки затерялись где-то в районе туфель, но единственное, что я чувствую — его.
И умираю от одного-единственного движения, под аккомпанемент его хриплого рыка.
Умираю и понимаю, что мне мало. И не только мне.
— А теперь давай по-взрослому, девочка.
Ну как может уносить от одного только голоса? Видимо, может.
Опираясь спиной на стену, я сбрасываю туфли, скидываю брюки и отправляю туда же куртку. Всё, что на мне сейчас — кружевное бюстье и блузка, которая была завязана узлом. До того, пока я её не развязала.
Ян всё ещё полностью одет, но меня это не волнует. Я прохожу дальше, оставляя его за спиной.
Гостиная должна быть большой, но в темноте плохо угадываются размеры. Диван, пара кресел. Мне на плечо ложится рука. Очень вовремя. Не поворачиваясь, я удерживаю её на плече и веду Яна к дивану.
— Я так похожа на девочку? — насмешничаю, разворачиваясь.
— Ты ни на кого не похожа.
Комплимент и мы оба это понимаем.
Рубашка остаётся где-то там, и я снова, с нескрываемым удовольствием, глажу его шею, грудь и живот. Фантастика, но впереди ещё интереснее и я легко толкаю его на диван.
И также легко снова сажусь на Яна, увлекаемая его руками. Вот только сейчас нам ничего не мешает и его ладони издевательски медленно скользят по моей спине, обводят ягодицы и я задыхаюсь стоном, когда одна его рука не останавливается на завоёванном.
— Мы куда-то спешим? — роняю я сквозь сорванное дыхание, и рука исчезает.
Более того, Ян показательно откидывается на спинку дивана, положив туда же обе руки. Ненадолго. Потому что когда его целую уже я сама, он не может сдержаться, вжимая меня в своё тело ещё сильнее.
А я не могу оторваться. Целую и прикусываю, наслаждаясь каждым хриплым вздохом, отзывающимся глубоко внутри меня.
— Алис-с-са! — Ян дёргается, когда я добираюсь до самого главного.
Сегодня меня впечатляет в нём абсолютно всё.
Его ладони снова лежат на спинке дивана, пальцы добела сжимают обивку, но он всё же приподнимается, когда я стаскиваю с него брюки. Вместе с бельём. Мы же хотим по-взрослому…