Я шагаю по Сеулу (СИ)
— Это как?
— Когда обнаружили их трупы, оказалось, что девушка — известная фанатка БТС, и участвовала во всех их мероприятиях. Даже помогала реализовать мерч.
— Вот оно как!
— Да, теперь на могилу брата и сестры, а за их похороны заплатил лэйбл, в который входит БТС, приходят толпы фанатов этой группы.
— Красиво! Но я бы не хотела так умереть.
— И я! *
* Автор ничего не придумывал. Месяц назад в одном из полуподвальных помещений в пригороде Сеула полиция обнаружила трупы брата и сестры, имя которых пока не разглашается. Они окончили жизнь самоубийством семь месяцев назад, но тела были обнаружены только в июле. Брат с детства был болен редким заболеванием, а сестра работала, чтобы покупать ему дорогие лекарства, нужные для продолжения жизни. Но в прошлом, 2022 году, сестра лишилась источников дохода, и не смогла найти работу. Тогда, видя, что брат умирает, девушка, смыслом жизни для которой было помощь родному человеку, чтобы облегчить страдания больного, дала брату, и сама приняла яд. О причинах, побудивших её к такому поступку, она написала в оставленной записке. Такие случаи редко попадают на страницы корейских газет, но в этот раз один из полицейских, фанат БТС, опознал в погибшей девушке известную фанатку его любимой группы, посещавшую все фанмитинги айдолов. Теперь фанаты собирают деньги на похороны погибших брата и сестры.
Мда! Чего только не узнаешь. Что за вой у меня в голове? А, школьнице жалко самоубийц. Ладно, пойду, пройдусь в магазины по пути домой. Тем более. что на скамейке напротив меня, примостился какой-то мужик корейской наружности. Что-то он слишком пристально на меня смотрел. А потом взял, и сфотографировал на телефон. Вдруг, маньяк какой-нибудь? Делаем ноги!
Некоторое время спустя. Кабинет директора лэйбла «YG Инертеймент».
В просторной комнате друг напротив друга сидят владелец музыкального агентства, Ян Хён Сок и его компаньон, Тэдди Пак, которому принадлежит звукозаписывающая студия «Блэелэбл».
— Значит, нам нужны двойники! Видали, что произошло в Инчхоне!? Хорошо, что это благополучно завершилось, и девочки не пострадали. Но кто поручиться за то, что какой-нибудь фанат из-за избытка чувств, или, не дай бог, хейтер, не оскорбит или не ударит айдола? У меня такой уверенности нет.
— Но где нам взять копии артистов? Тем более, что у нас в «Блэкпинк» есть иностранка.
— Мда. Ты ведь о Лисе говоришь?
— Конечно. Не думаю, что мы сможем подобрать похожую на неё девчонку в том же Таиланде.
— Это верно. А что делать с Розэ? Хоть она и кореянка, но вот её лицо…
— Да, Слава Будде, но для Джису и Дженни мы нашли девиц, похожих на них, как две капли воды. Пока «Блэкпинк» в Японии, надо успеть решить вопрос с двойниками для Розэ и Лисы.
— Думаю, будет сложно, можем не успеть.
В это время звонит телефон Хён Сока.
— Алло! Аньён, Бин Су. Что у тебя? Неужели?!
Тэдди смотрит на компаньона. А у того брови взлетели на лоб, а глаза округлились до максимального размера.
— Перешли фото мне на телефон! Ты сейчас где? В Каннам Гу? Ведёшь объект? Ладно, не упусти! Да, получил! Действуй! Даю разрешение!
— Что случилось? — Заинтересовался Тэдди.
— Бон Су нашёл девчонку, очень похожую на Манобан! Он случайно зашёл в парк, ты же знаешь, что он арендует квартиру на Каннам Гу? — Тэдди утвердительно махнул головой. — Представляешь, садится он на скамейку, поднимает глаза, а она там сидит, напротив! Вот, смотри, вроде, похожа.
Тэдди разглядывает голограмму:
— Причёска немного не та, а вот лицо очень похоже.
— Ну, визажисты у нас есть. Если она ещё и по росту подойдёт, будет совсем хорошо! Вроде, эта девчонка такая же худая, как и Лиса.
— Одежда немного мешает, но, предварительно, на первый взгляд, да, конституция тела вроде та же.
— Я разрешил Бон Су познакомиться с этой девицей, предупредить, что она нам понадобится.
— А если откажется?
— Не думаю, деньги всем нужны. А попасть в любой лэйбл — мечта большой части школьниц. Но, не будем гадать, подождём звонка Бон Су. Значит, три кандидатуры на фантом "Блэкпинка" у нас есть! Осталась Розэ…
— А если их немного подучить, и не только в аэропорт выпускать, но и для рекламы использовать? А то ведь, зашиваемся, так много заказов на Лису и Дженни. — Осторожно предлагает Тэдди Пак. — Скоро такое положение будет и с остальными девчонками…
— Ты ещё скажи, чтобы их танцевать и петь мы запрягли! На такое они точно не согласятся. Одно дело — заменять айдола в аэропорту, пусть, на подиуме, а другое дело, сцена. да и фанаты нас заклюют! Они ведь сам знаешь, какие глазастые! Но общефизическую подготовку мы им точно дадим.
Почти рядом с домом Ен Лин.
Вот, блин. Прицепился! С парка за мной бредёт! Уже пару раз щёлкнул на телефон. Я проконсультировалась у школьницы. Она не знает, что и кто это может быть, и тоже боится. Одно ясно, что это не маньяк. Они так себя вести не будут. Чёрт, а он идёт прямо ко мне! Бежим!
— Девочка, постой! У меня к тебе есть важное предложение! — Доносится из-за моей спины. Остановиться? А вдруг, опасно? Хотя, тут полно народу. Не будет маньяк что-то делать при таком скоплении людей. Торможу. Подбегает запыхавшийся мужчина, и представляется:
— Ким Бон Су, менеджер лэйбла «YG Инертеймент». Вот моё удостоверение. — Мужик показывает корочку. Читаю. Действительно, похоже на правду.
Отерев пот платком с круглого лица, кореец предлагает:
— Вон там кафе, давай присядем. А то я уже устал за тобой гоняться!
Соглашаюсь, а сама спрашиваю свою соседку по голове, что это такое «Яга» или как там оно называется? Школьница поясняет, что это музыкальное агентство, под флагом которого выступает её любимый «Блэкпинк».
Странно, и что музыкантам нужно от простой школьницы? Как пояснила бывшая владелица тела, менеджеры разных музыкальных агентств ищут нужные им типажи школьников, причём не только в Еорее, но и в других странах. При этом ребёнок должен уметь петь или танцевать. Таких детей приглашают на отбор, но он обычно проходит в феврале, а не в начале лета. Потом из кандитатов отбирают трейни, из которых и комплектуются группы айдолов.
Но я петь и плясатиь не умею, играть на инструментах — тоже. Ладно, послушаем этого менеджера. Идём в кафе. Садимся за столик, Бон Су заказывает холодный лимонад, упарился, бедняга! Потягиваю, напиток через трубочку, жду, когда он начнёт говорить. Осушив стакан, и заказав ещё один, Бон Су включает телефон и говорит:
— Санджаним! Я её поймал. Будете говорить с ней сами? Хорошо! Бери мой телефон! — Мужчина передаёт мне аппарат. На его экране сидит важный кореец в кепке:
— Я директор лэйбла «YG Инертеймент», Ян Хён Сок.
«Это сам Кепка!»- Верещит у меня в голове школьница.
— А как тебя зовут, девочка?
Вроде, ничего опасного нет, да и кореянка знает этого хмыря на экране.
— Пак Ен Лин. — Осторожно говорю я.
— Ен Лин-ян! Хочешь попасть к нам в агентство? — Слащавым голосом предлагает этот Хён Сок.
«Да, да!». — Чуть ли не кричит у меня в мозгах школьница.
— Я не умею танцевать и петь, Ян Хёк-ссии, и не собираюсь стать айдолом.
Видно, что мой ответ не совсем понравился директору лэйбла, скорее всего он не ждал такого ответа, ведь тут все школьницы мечтают о такой удаче. Но он берёт себя в руки, и продолжает разговор:
— Мы и не потребуем от тебя этих умений. Ты нам нужна совсем для другой работы.
При слове «работа» у меня срабатывает рефлекс. Деньги от дяди, это хорошо, но иметь собственную копейку, ещё лучше! Вот, только, я ведь в школе учусь. Так и говорю Хён Соку.