Я шагаю по Сеулу (СИ)

"А зачем их выносить?". Не понимает школьница. — " Они же неживые!".
И вот как объяснить ей, это выражение моего мира? Ладно переключимся на поведение местных нитизенов, оставив вопрос кореянки без ответа. О попытке ударить Лису палкой и дёрнуть Розэ за волосы во время отлёта группы в Японию я прочла в местном Интернете. Есть даже кадры съёмки. Но сработала охрана, нападавшие были схвачены, а затем переданы полиции. Так что, быть двойником — непросто. Надо постоянно быть начеку чтобы не получить рукой или палкой от какого-нибудь фаната или хейтера. Здешние нитизены более грубые и злобные, чем их аналог в моём старом мире.
О, пора прекращать рефлексию, нас зовёт Бон Су:
— Вопросы есть? — Мужчина внимательно смотрит на каждую из нас.
— Только один! — Американка изображает полупоклон, вызвав улыбку на лице стаффа. Это мы её вчера настропалили, что раз она не приучена к корейским традициям, пусть делает вид, что хоть пытается их выучить.
— Нам тоже надо будет так танцевать, как айдолы? — Американка с интересом ждёт ответа от менеджера.
— Нет! — Смеётся Бон Су. — Вы просто не сможете это, такому танцу учатся годами. Вот, например, твой оригинал, Розэ, провела в постоянных тренировках четыре года! Это не для вас. Вы будете тренироваться по общефизической программе, а диетологи и другие специалисты попытаются подвести ваши визуальные и весовые кондиции к тому, что есть у оригиналов. Видите тренажёры? Вот на них и будете отрабатывать свои упражнения. Я сейчас вам скину их список. Одно могу сказать: как только группа появится в Корее, у вас уже должны быть куплены наряды, приблизительно похожие на то, что они носят повседневно. Изображения одежды и обуви мы вам тоже дадим, поищите в магазинах. Кстати, у вас кроме зарплаты и перечислений от рекламы, в которой вы примете участие вместо оригиналов, появится возможность хорошо заработать на фотографиях. Тут многие сассены дают деньги, если айдол снимается вместе с ними. За такое, желающие платят полмиллиона вон. Так вот, заработанные таким образом деньги будут делиться между вами и агентством…
Тут звонит телефон Бон Су. Он отходит в другой угол комнаты, и с кем-то говорит.
— Слушай, Ен, а кто такие, эти сассены? — Тихо спрашивает меня Аллис на английском языке.
— Это группа фанатов, которые больше всего пристают к айдолам. Они так любят артистов, что гоняются за ними повсюду, делают пластические операции, чтобы быть похожими на своих любимчиков, и ещё много чего другого. Они самые приставучие и злобные, если им что-то не понравится в айдоле. Они опасны и для нас, двойников.
— О май Гад! — Американка закрывает себе рот ладошкой.
В это время к нам подходит Бон Су:
— Сейчас я поведу вас к директору, Ян Соку. Вызовите своих юристов, пусть приезжают. Агентство хочет дополнить договор некоторыми предложениями.
Мы сразу схватились за телефоны. Интересно, что там ещё выдумал этот Ян Сок?
Через час все собрались в кабинете директора лэйбла. Юристы поговорили между собой, и было оформлено дополнение к договору о работе двойниками. которое подписала вся наша четвёрка. Потом нам раздали уже готовые документы с большими цветными печатями. В нём были определены тарифы на разные случаи нашей деятельности в качестве двойников. Как я поняла, прочитав документ дома, в спокойной обстановке, за любое фото с сассеном прибыль делится в соотношении 70 % лэйблу, а остальное мне. Рекламные съёмки также будут оплачиваться по этому принципу. Нас везде во время мероприятий, как и настоящих айдолов, будут сопровождать охранники и прикреплённые к каждой девушке менеджеры. Будет и машина, если потребуется. Зарплата и премии будут перечисляться прямо на наши банковские карточки раз в месяц, обычно, это двадцать пятое число. Если нам во время мероприятий будут поступать предложения посетить хвестик или корпоратив какой-либо компании, надо сказать об этом своему стаффу. Решение о том, пойдём ли мы туда или нет, зависит от директора лэйбла. Мы его работники, и директор отвечает за каждый наш шаг. Поэтому, всё должно быть согласовано.
 
После подписания дополнения к договору, Бон Су повёл нас обратно в то помещение, где мы были. Как только мы расселись по стульям, менеджер спросил:
— Надеюсь, теперь вам всё понятно, как и за что вам будут платить?
Мы переглянулись, поклонились, и хором ответили:
— Да, господин стафф!
— Но есть один вопрос, который я забыла уточнить у господина директора. — Аллис смотрит на Бон Су. — Можно мне его вам задать?
— Если это в моей компетенции, то я отвечу. — Кивает головой мужчина.
— Извините, господин, Бон Су! А если нас отпустят на корпаратив, мы там петь и танцевать не должны? Вдруг хозяева попросят нас это сделать?
— Нет, вы будете в качестве почётных гостей. С вами будут фотографироваться, Но там тариф почасовой. Час стоит не менее миллиона вон. И в этом случае вы получите треть от заработанной суммы, как и записано в дополнении к договору. С журналистами вам лучше не пересекаться. Также отказывайтесь от участия в шоу, особенно, если их предлагает телевидение. Этот сектор оставлен для самих айдолов, заменить их в таком случае вы не сможете.
Мда, везде свои тонкости. Так, пока до этого далеко. Вроде, работа будет нелёгкой, скорее всего, утомительной, но и доход будет ощутимым. Ни я, ни девочки не возмущались озвученной в дополнении долей, ведь нам уже было известно, что айдолам дают не 30, а 10 % от полученного дохода, а они ведь танцуют и поют, мотаются по концертам и разным шоу. Потом я поинтересовалась у моего юриста, почему агентство согласилось на такой процент. Он мне сказал, что мы не айдолы, поэтому нами помыкать Ян Сок не может. Да, мы считаемся работниками компании, но не основными, а так сказать, "привлечёнными специалистами". А на этот случай в законодательстве страны есть специальные статьи, которые и устанавливают размер оплаты. Странно, хоть я и не специалист по Корее, но, по моему в нашем мире такого не было. Хотя, скорее всего, я ошибаюсь.
Через два часа, после подписания дополнительных договоров, мы мы ещё не начали заниматься на тренажёрах. Ждали тренера, а он попал в пробку. Предварительно нас взвесили, сняли мерки с наших тел. Американке придётся похудеть, так как её аналог тоньше в талии. У меня вес и рост соответствовали таким же параметрам Лисы. Мин А была немного ниже Джису, ей посоветовали какие-то витамины и диету. Мин Бо полностью похожа на Ким Дженни.
Наконец, пришёл фитнес тренер. Он раскидал нас по тренажёрам. Через час он нас заставил отжиматься от пола, а потом показал упражнения, которые нужны для накачки пресса. Их мы можем выполнять даже дома. Два часа занятий, и мы потные и уставшие идём в душ, а потом, переодевшись, посещаем столовую для сотрудников лэйбла.
На нас с интересом смотрят сидящие за столиками люди. Когда мы поели, и вышли из столовой, нас встретил Бон Су, и повёл в другое здание, сзади офиса. Там находилась студия звукозаписи «Блэклэбл». Нет, нас петь никто не заставлял. Просто, с помощью аппаратуры, выявлялось различие наших голосов и голосов настоящих певиц «Блэкпинк». Мы познакомились с Тэдди Паком, который оказался продюсером группы, композитором уже написанных для "Блэкпинк" песен в соавторстве с другими людьми.
Мой голос удивил его, так как соответствие с голосом Лисы было на уровне 95 %. У американки этот показатель оказался в районе 90 %, а кореянки соответствовали оригиналам на уровне 86–87 %. Специалисты решат, что делать с этими данными. Главное, мне ничего менять не надо. Я, практически, как сказал Тэдди, соответствую образу Лисы, и мне надо выучить её стиль поведения и разговора. Моим подругам придётся потрудиться намного больше.
То, что это так, показал случай. В студию пришёл какой-то айдол. Меня уже проверили, и я сидела на диванчике, а девчонки стояли вместе с Тэдди перед микрофонами, в соседней комнате, за толстым стеклом. Со мной вместе в небольшом помещении отдыха, где стояли столик и диванчики, находился Бон Су. Войдя в помещение, незнакомый мне и моей соседке по голове айдол, поклонился менеджеру, наверное, знал его, а потом посмотрел на меня.