Отбор в академии стихий. Принцесса для высшего (СИ)
- Ты великолепно выглядишь, - Грет пытается меня подбодрить, чувствуя мою нервозность.
Уж лучше бы молчал. Мой наряд - это отдельная тема переживаний.
Лали нарядила меня в платье цвета расплавленного золота, с чудовищным декольте. Меня спасает только ожерелье из тонких и длинных пластинок янтаря. Надеюсь, они привлекут больше внимания, чем вызывающе открытый верх. В ушах янтарные серьги, на голове диадема. Я видела себя в зеркале и понимаю, что выгляжу сногсшибательно, если бы не это хангово декольте. Не привыкла я напоказ выставлять своё тело.
Но, отец, к которому меня привели перед выездом одобрил.
Может всё не так страшно? И я тихо отсижусь в его ложе вместе с Алией и
Гретом.
Все мои переживания сметаются новым ощущением. Я чувствую, как сокращается расстояние между мной и Румом и его сосредоточенность. Он собран и одновременно расслаблен. В его состоянии нет места волнению. Он напоминает снежного барса перед броском на ибекса. Пытаюсь включиться в его состояние. Но себя я вижу максимум в виде Несси перед прыжком на птичку. Невольно фыркаю от смеха и ощущаю его смешок в ответ.
Я настолько ушла в себя, в нас, что только краешком сознания отмечаю, как карета въезжает под главную трибуну. Грет помогает спуститься по ступеням, и я иду, не глядя по сторонам, туда, куда ведут меня провожатые. Понимаю только, что я с каждым шагом всё ближе к нему, моему любимому.
- Тея, - в голосе Грета предостерегающая нотка. - Будь внимательна. Мы идём не в ложу.
- А куда?
- Меня не предупредили, но скорее всего тебя именно сейчас представят...- он спотыкается, прежде чем произнести следующее слово, и выдавливает, - ... женихам.
- Ты бредишь? Каким женихам?
- Ну а как их назвать, если победителю обещана рука императорской дочери?
- Да как угодно, - меня передёрнуло. - Ты же понимаешь, что я ни за кого, кроме Рума не пойду.
Ну считай это чистой условностью, частью праздника.
- Хорошенькая условность..., - зашипела я.
Но в этот момент высокая дверь передо мной распахивается, и я оказываюсь в миниатюрном варианте тронного зала. Тронным его делает, собственно говоря, трон с сидящим на нём императором. Стены здесь украшены гобеленами, на которых что -то там нарисовано. Всё, что успеваю заметить - везде знаки четырёх стихий.
Император восседает прямо напротив двери, перед ним толпа людей. Трудно сказать сколько их, но точно несколько десятков. И я не вижу ни одной женщины в зале. По какой -то неслышной команде толпа поворачивается, и расступается, освобождая проход к трону для маленькой растерянной меня. Я должна пройти сквозь ряды настроенных на победу воинов.
Я уже понимаю, насколько наивна была моя мысль, что янтарное ожерелье отвлечёт внимание от моего нескромного выреза на платье. Я почти ощущаю, как испаряются янтарные пластинки под разгорячёнными взглядами, а ткань платья становится значительно тоньше. Кровь приливает к щекам, стучит в ушах.
Я делаю первый шаг и нахожу свою путеводную нить - ревнивый и одновременно восхищённый взгляд синих глаз. Впервые мне кажется, что он меня не раздевает, а наоборот, старается прикрыть. Или не кажется? На мгновение мне мерещится тонкая матовая пелена, которая пытается окутать меня. Но тут же растворяется. В зале около полусотни магов, и всем кроме одного, хочется рассмотреть меня во всех подробностях. Один против нескольких десятков, Рум явно не справляется.
А мне неожиданно эта ситуация начинает видеться не в пугающем, а в забавном свете. Я высоко поднимаю голову, распрямляю спину и по заветам Лали "грудь вперёд не вызывающе, но нежно", иду по проходу. Если всё во мне по -прежнему чуточку дрожит, то это может заметить только Грет, на руку которого я опираюсь.
На лица расступившихся мужчин я не смотрю. Вижу только глаза Рума, который стоит у самого подножия трона. К нему и иду.
Поднимаюсь на возвышение и занимаю место на невысокой скамеечке у ног отца.
Хмер, он теперь занял место Лейна, начинает говорить чуть ли не с середины фразы о правилах состязаний. Видимо, мой приход прервал его речь. А я украдкой с любопытством рассматриваю собравшихся в зале магов. Интересно, что я без труда определяю их стихию, и для этого мне не нужно проникать в их суть.
Маги воздуха кажутся самыми слабыми. Они все, как на подбор, жилистые и тонкие, если не сказать тощие. Крепких мышц не видно. Кажется, подует сильный ветер и их унесёт. То ли дело Лали. Тоже ведь воздушник, но её много.
А ещё вспоминается возбуждающая тяжесть тела Рума. Два дня прошло, а я всё ещё чувствую его на себе, стоит на миг забыться. НЕ -не-не, мне этих задохликов не надо. Я прикусываю нижнюю губу, чтобы не рассмеяться нервным смехом.
И деревенею, столкнувшись с нагло изучающим меня взглядом огромного мужчины. Это чамп, тут никаких сомнений, желтоватая кожа, чёрная борода, в которой
застряли крошки какой -то пищи и страшные голодные глаза. Он готов сожрать меня ими. Жуть какая. Прежде чем я успеваю отвести взгляд, он кончиком толстого языка облизывает свои губы. Он что, думает это соблазнительно выглядит? Да меня чуть не стошнило. И все чампы словно как родные братья, для меня они отличаются только ростом, да и то незначительно.
Маги воды выглядят не так страшно, как чампы, наверное, потому, что у всех глаза различной степени синевы, а это немного роднит их с Румом. И комплекция у них вполне нормальная. Вообще от огневиков их, по-моему, только цвет глаз и отличает. Вот только движения такие, словно они непрерывно перетекают и не только с ноги на ногу, но и внутри. За Румом такого не замечала. Может быть потому, что он рос у огневиков.
И я снова вижу его глаза и нахмуренный лоб. Рум заметил, что я изучаю чужих магов и начал ревновать. Ну мне же просто любопытно. И я отправляю ему волну тепла, разглаживая мысленно морщинку между бровями.
Тем временем Хмер заканчивает речь и низко кланяется императору. Звучит голос отца, усиленный магией, всего одна фраза: - Идите! И пусть победит сильнейший.
Я вздрагиваю. Сейчас, когда я вижу Рума не одного рядом с собой, а в толпе нескольких десятков мужчин, я начинаю переживать за исход состязаний. Но теперь уже он отправляет мне невидимую волну тепла и уверенности.
Глава 52. Состязания 1 этап
- Что они делают, Алия?
Мы сидим в императорской ложе. В центре отец, по правую руку от него Алия. Мы с Гретом ещё правее. Отец что-то говорит только что вошедшему Керну, и я, пользуясь моментом, задаю ей свой вопрос.
Пять высших магов внизу, недалеко от въезда на прозрачный мост. К ним выстроились в пять ручейков претенденты на трон и мою руку.
Высшие не более пары минут держат руку напротив хранилища очередного участника и пропускают его дальше, к месту старта.
- Ограничивают количество ударов, - поясняет Алия. - Ну и по силе их выравнивают.
- Как это?
Но отец уже закончил беседу с Керном, и Алия кивает моему брату:
- Расскажи ей.
Грет наклоняется ко мне:
- Ты же знаешь о трёх объектах применения магии?
- Конечно.
- Самый простой какой?
- Иллюзия.
- На первом этапе им и предстоит разобраться, где иллюзия, а где настоящая угроза. Каждому разрешается использовать всего девять сгустков энергии, девять магических щитов. А угроз будет не менее двух десятков и только девять будут реальными. Если использовать щит против иллюзии, то потом можно погибнуть от настоящей угрозы.
- А они смертельные?
- Да все девять.
В этот момент Алия поворачивается к нам.
- Эй, Грет, я просила тебя рассказать, а не запугивать девочку, и чуть тише добавляет: -Тея, не забывай о связи.
- А как? - я пытаюсь замедлить стук сердца. - Может мне лучше отвернуться или совсем уйти? Вдруг я ему помешаю.
- Отключись.
Хочу спросить, как это сделать, но тут же беру себя в руки. Я сама должна решать хоть какие-то из своих проблем. Мысленно отправляю волну тепла Руму, и закрываю иллюзорную дверь внутри себя. При этом, что интересно, я продолжаю его слышать. Чувствую секундное удивление, он словно ищет меня. Но потом успокаивается. Понял, что я не хочу его сбивать. Очень интересно быть на такой односторонней связи.