Клянусь, я твоя (СИ)

Мой палец плавно нажимает на дверной звонок. Сердце бьётся как сумасшедшее, когда изнутри дома раздаётся переливчатое звучание дверного звонка. Его Кейн починил сам, починкой фасада и крыши он тоже занялся самостоятельно.
Спустя полминуты дверь открывается, и я вижу мило растрёпанного Кейна в домашней одежде. Вопросительное выражение на его лице в считанные секунды сменяется широко распахнутым взглядом. Что ж, сюрприз безусловно удался: он явно не ожидал увидеть меня. Я успеваю запомнить это выражение его лица перед тем, как расплываюсь в улыбке и изо всех сил бросаюсь в его объятия. От него пахнет мятой, кофе и Кейном, удивительное сочетание, которое сводит меня с ума. Мне кажется, что мы уже целую вечность не виделись. А ведь прошло всего несколько дней...
- Кимберли, - выдыхает Кейн, обнимая меня, ласковым дыханием трепля мои волосы. Он притягивает меня к себе, жадно втягивает носом воздух и целует волосы, раз за разом оставляя пламенеющие следы своих губ. Я жмусь к нему крепче и прячу лицо на его плече, позволяю себе ненадолго раствориться в моменте, чувствуя себя до краёв наполненной счастьем. Мой любимый здесь, а я в его теплых объятиях. Все хорошо. Почти...
Я целую его в плечо, в знак поддержки, того что я рядом и через силу отстраняюсь, обеспокоенно всматриваясь в его лицо.
- Как она? - тихо спрашиваю я.
Руки Кейна все ещё покоятся на моей талии, его взгляд немного хаотичен и слегка подуставший. Только сейчас я замечаю ярко выраженные темные круги под глазами - он не спал всю ночь. И даже несмотря на это, его глаза искрят яркой небесной синевой, меня до сих пор поражает их удивительная глубина.
- Лучше, - Кейн едва приподнимает уголки губ, ласково убирая прядь волос от моего лба. - Врач только что уехал. Выписал ей жаропонижающее и ещё какие-то таблетки, оставил инструкцию, померил температуру, только я... - Кейн сглатывает, в глазах его неподдельная обеспокоенность. - Кажется, я не уверен, что все делаю правильно.
Это не удивительно. Неоткуда ему знать такие вещи. Их мать вместо того, чтобы интересоваться своими детьми, днями напролет таскала в дом бутылки. Кейн не знал, что такое игра в баскетбол с мальчишками во дворе, или обычная беззаботная прогулка с друзьями. Он сознательно предпочел друзьям малышку.
Потому что кроме него о ней некому было позаботиться.
  
35
 
- Эй, малышка, привет, – я осторожно наклоняюсь над кроватью, присев на самый краешек, отодвинув кусочек одеяла, и глажу влажную от пота щечку. – Это я, Кимберли.
– Кимми! - ребенок быстро спохватывается вверх, ее дыхание получается тяжелым и с хрипом. - Ой, - малышка запинается и тут же заходится тяжелым кашлем, от чего мою грудь больно сдавливает. Видеть это маленькое невинное создание бледным, как мел, и измученным болезнью просто невыносимо для меня, но я стараюсь не подавать виду, держа положительное настроение.
– Ну-ка давай, залезай обратно под одеяло, – бодро командую я, помогая ей лечь назад.
Я тянусь к своей сумке и раскладываю все нужные мне средства, купленные дорогой в аптеке, и заодно объясняю:
– Мне мама, когда я болела в детстве, делала вот такие компрессы на грудь, кашель проходил на ура, не сразу конечно, но к вечеру должно стать легче. Мы сейчас быстренько сделаем компресс и измерим температуру, а ты иди пока завари травяной чай, я оставила его на тумбочке в эркере.
Я осторожно вкладываю в ротик малышки леденец от горла в виде конфеты, которые тоже купила по дороге, и поднимаю лицо, замечая, что Кейн все еще стоит. Вид у него слегка потерян, он словно застыл в каком-то отрезке времени и никак не может понять, как он туда попал.
- Ну же, иди, Кейн, - ласково произношу я, улыбаясь ему. Зайченок опять начинает слабо хрипеть, заставляя обратить к ней внимание. Через несколько секунд я слышу плавную поступь шагов и осторожный стук двери.
Когда Кейн возвращается с кружкой горячего травяного чая через минут пять, малыш уже мирно сопит. Я успокаивающе поглаживаю ее животик, возможно, это тоже подействовало, как и теплый компресс. Заметив Кейна, я прикладываю палец к губам, укрываю Оливию плотнее и бесшумно иду к выходу, потянув его по пути за ладонь. Выходя из комнаты, я осторожно прикрываю за собой дверь, Кейн тут же выдает болезненный выдох и качает головой, в его руках кружки больше нет.
 
– Это я виноват, – журит себя он. - Не надо было ей давать то мороженое. Но она так просила, что я не смог устоять...
Я легонько провожу кончиками пальцев по его щеке.
- Милый, не кори себя, твоей вины здесь нет. Я дала Оливии лекарство, ей уже немного полегчало. Не волнуйся так, это обычная простуда, она скоро поправится.
Кейн ласково ловит мою ладонь, он держит кончики моих пальцев в своей теплой руке, и теперь я вижу в его глазах искрящуюся любовь, а на губах искреннюю улыбку.
– Знаешь, Ким, теперь я уверен, что наши будущие дети в надежных руках. С такой мамой они точно никогда не будут болеть. Извини, я не хотел тебя смущать.
Он говорит это, потому что видит, как стремительно разрумянились мои щеки, я качаю головой и смущенно отвожу взгляд, задавливая улыбку. Мне хочется провалиться сквозь землю от стыда, я не хочу, чтобы он видел меня такой. Но он не дает мне уйти, Кейн находит своим лбом мой лоб и притягивает меня вплотную к себе.
- Я скучал, Кимберли, - ласковый шепот в губы растекается горячим пламенем по моему телу. – Ты скучала?
– Да. Я очень, очень скучала, – я хватаюсь за эти слова, меня мгновенно уносит куда-то ввысь, и я тянусь к нему навстречу, ловя короткие, нежные поцелуи губ. Мне становится так хорошо, тепло и уютно, кажется, что лучше в этом мире не бывает и не может быть. А затем Кейн отстраняется и я резко спускаюсь с небес на землю, слыша его недовольный, покрытый легкой укоризной голос.
– Ты сегодня снова с этим хлюпиком занималась?
Я тяжело вздыхаю и неодобрительно раскачиваю головой. Ну зачем же он так?
– Кейн, во-первых, он не хлюпик, а во-вторых, мы просто друзья. И в третьих, это благодаря ему я сейчас здесь.
- Так я его еще должен поблагодарить или как? – удивление в его голосе просто поражает меня.
– Кейн, тебе обязательно сейчас всё портить? Мы в последнее время и так редко видимся, я не хочу растрачивать наши встречи на ненужные ссоры.
– Прости, – выдыхает он, перехватывая меня, делая еще одну попытку, когда я не поддаюсь. – Ну прости меня, Ким. Я просто не могу справиться со своей глупой ревностью. Твоей вины здесь нет. Ну не верю я ему, Ким, хоть убей. Откуда мне знать, что завтра он не побежит сдавать тебя твоим родителям или ещё чего-то похуже?
– Не преувеличивай. Стэн не такой.
- Как знать.
– Кейн, хватит уже, мне нужен только ты! - чуть не выкрикиваю я. – Неужели ты этого не видишь? Почему ты мне не веришь? - в отчаянии проговариваю я.
– Дело не в этом, – голос Кейна становится тише, он ласково втирает слезинку, побежавшую по моей щеке. Он бережно сжимает мои ладони у своих, глядя мне в глаза. – Я верю тебе, Ким. Верю от первого до последнего слова. Но не ему. Вдруг он начнет к тебе приставать, а меня рядом не будет...
Мои губы разъезжаются в нежной улыбке. Дурак, ну какой же он дурак.
– Ты напрасно боишься, Кейн. Стэн на такое не способен, я знаю его с пелёнок. Да, он горазд на громкие слова, но на деле... В общем, нам не о чем волноваться, уверяю тебя.
Кейн не отвечает мне, он молчит долгое время и я не могу понять, что он решил в своей голове.
– Иди сюда, – наконец звучным, низким голосом произносит он. И этого уже хватает, чтобы мне начисто снесло крышу. Я подаюсь вперед и тону в его крепких руках. Мы стоим и обнимаемся, слушая стук наших сердец, я сцепляю руки у него за спиной и утыкаюсь головой ему в плечо.
– Совсем скоро мы будем так же танцевать на моем выпускном, – не знаю, зачем я это ляпнула. Ведь мы даже не танцуем сейчас, хотя да, выпускной действительно вызывает у меня улыбку. Потому что я знаю, верю всей душой, что скоро все изменится и обязательно к лучшему. Грудь Кейна сотрясается от короткого смеха.