Невидимка (СИ)

Кёя в шоке следил за каждым моим действием. А я следила за ним. И в тот самый момент, когда этот Ник вышел у меня из ЧС, в личные сообщения стали поступать письма. Много писем. Телефон снова и снова трезвонил, давая знать, что ко мне поступило новое сообщение, но я их не читала. Просто отбросила сотовый в сторону, позволяя тому прыгать на полу от каждой последующей вибрации.
Я сделала хорошее дело. Теперь он на меня не злится? Нет ведь? А раз я сделала что-то хорошее, то и требую соответствующую награду. Хм… Что же мне попросить? Одних прикосновений будет маловато. Просить, так что-то стоящее! Тем более, второго шанса может и не быть. Парень ведь уезжает. Поэтому наклонилась к самому лицу Кёи, заглядывая в его серебристые глаза, и тихонько, почти нежно, спросила:
— Хибари-сан, можно я вас изнасилую?
  
Глава 37. Шанс на победу
 
Мне очень нравится Хибари Кёя.
Я понимаю это. Осознаю. Но испытываю сильную грусть, когда раз за разом получаю отказ. Даже сейчас, когда парень услышал мою просьбу, он ничего не сказал. Просто молчал, едва дышал и смотрел на меня, как на очередное чудо света. А что я такого сказала? Разве это не естественно, особенно, когда парень и девушка оказались в таком экстравагантном положении?
Парень мог с лёгкостью меня оттолкнуть, как пушинку. Перекинуть через голову и избавиться, словно от мусора. Но нет… Он лежал и даже не шевелился. А я же в свою очередь не рисковала пойти на большее. Ждала разрешения. Хотя бы небольшого намёка.
Ух, мне так хочется обнять его!
— Д… Дар, — начал Кёя, глубоко вздохнув и прикрыв глаза. Словно пытался сам себя успокоить. Но не прошло и секунды, как он неожиданно усмехнулся, чем озадачил. — Я знаю практически каждого жителя Намимори. Если не лично, то хотя бы косвенно, но… Ты всегда была какой-то не такой.
Хм? О чём это он? Это плохо? Ну, я знаю, что я не от мира сего. А от традиционной японской девушки во мне вообще ничего никогда не было. И всё же свезло столкнуться с таким парнем. Эх… Неужели вновь меня оттолкнёт? Да… Наверняка… Ладно, тогда лучше слезу с него, а то и правда как-то неловко выглядит. Хотя, мне вполне удобно. Ещё бы грудь его обнажить, вдохнуть аромат его волос, надкусить мочку уха…
Да, я точно хочу его не просто обнять!
Пора валить, иначе светит мне статья. Но только я потянулась вбок, как почувствовала, что меня обхватили за бёдра, задерживая на месте. Хм? Повернулась в сторону Хибари. Что он задумал? Разве не хотел мне отказать? Его светло-серые глаза сейчас казались тёмными, словно старинное серебро, что чернеет со временем. Прерывистое дыхание теперь было ровным, уверенным и спокойным. Но румяна на щеках никуда не делись. А губы… Они словно молили прикоснуться к ним. Или это лишь мои фантазии?
— Можешь делать всё, что хочешь, — неожиданно произнёс парень спокойным голосом. — Я не стану сопротивляться или отталкивать. Но сам при этом… ничего не буду делать. Моё положение ограничивает.
Положение ограничивает? О чём он? О том, что лежит на полу? Или о чём-то другом? Не понимаю… И он мне разрешил делать всё, что я захочу? Вот так просто? Это реальность или очередной мой пьяный бред? Ох, святые интегралы, ущипните меня системой вычисления!
Так или иначе, я не стала дожидаться объяснений. Да и не хотела их слышать. Конечно, в устах Хибари это звучало как очередной отказ. Ох, он так уже достал! Поэтому я просто наклонилась к его лицу и… поцеловала парня. Вначале робко и неуверенно. Боялась, что Кёя может передумать в любую секунду. Но почувствовала, как сам парень приподнял голову в мою сторону, отвечая на поцелуй и углубляя его. Позволяя быть жаднее, наглее и ненасытнее. Он словно советовал мне быть смелее. Ничего не бояться и рисковать.
Голова кружилась в ритме вальса. Мои руки сами собой вплелись в густые чёрные волосы парня, взлохмачивая его и причиняя лёгкую боль. Боль от того, что пальцы крепко сжимали пряди. Не хотела их отпускать. Скорее забрать себе. И не только волосы, а всего парня целиком.
 
Его руки лежали также на полу, однако краем глаза я заметила, что ладони стиснуты в тугие кулаки, так и ещё слегка дрожали. Словно он старался сдерживать себя. И был на грани. Что же он хочет? Столкнуть меня? Ну, нет! Я этого не позволю!
Мои же ладони спустились к воротнику Хибари, развязывая тугой узелок галстука. Кёя вновь приподнял голову, позволяя стянуть с него эту удавку. Далее пошли пуговицы белоснежной рубашки. После того каждого расстегивания пуговицы мои пальцы слегка касались кожи парня, и кожа покрывалась лёгкими мурашками. Мышцы под кожей напрягались.
Он такой красивый… У меня голова кругом! Я до сих пор не верю в то, что происходит. Хотелось прижаться к нему. Слиться во что-то одно, общее, невероятное… А также мне очень нравился его аромат миндаля. Я давно его заметила, но сейчас было позволительно не только заметить, но и…
До конца не осознавая свои поступки, провела языком по груди Хибари, вырисовывая влажную дорожку до ключиц и шеи. В этот момент услышала сдавленный вдох с примесью стона, который не удалось сдержать за устами. Ноги Кёи сами собой заелозили по полу. То поднимались, то с дрожью опускались, то вновь сгибались в коленях, слегка подталкивая меня вперёд.
Непонятно, чего он хочет. Убрать меня? Самому уйти? Подняться? Перевернуться? Что?
— Господи… — донеслось до моего уха в тот момент, когда я опустила ладонь по его торсу вниз к бедру. В голосе парня я услышала мольбу.
Ого! Это было действительно неожиданно. Хибари Кёя… молился?! Да никогда в жизни! Но это так! В этом бархатистом голосе звучала мольба, словно он на грани безумия. Это так сильно соблазняло, привлекало и подталкивало к дальнейшим действиям, что я даже забыла о том, где мы вообще находимся. Ладно, я вообще обо всём забыла.
Одна чокнутая фантазия сменялась другой. Сердце буквально вышибало рёбра из груди, но дразнить его было так приятно. И тут… видно, что-то пошло не так. В какой-то момент я обхватила руками вокруг его торса, мёртвой хваткой вцепившись в парня. Прислонилась щекой к груди Кёи и… уснула.
Да. Я уснула. С пьяными такое бывает.
Лишь только одна единственная мысль крутилась у меня в голове, которую успела озвучить:
— Пожалуйста, Кёя, будь моим.
Но ответом мне было только тяжёлое дыхание парня, опаляющее мне макушку головы и шею. Чувствовала, как он поднял ладонь, протирая себе глаза и избавляясь от капель пота, выступившего на лбу. И, возможно, я не уверена, он всё же кое-что произнёс, хотя это, наверное, был уже сон.
— Дар… Что же ты?.. Я всё-таки парень…
***
Очнулась я на диванчике в кабинете Дисциплинарного Комитета. Голова болела так, словно ей играли футбол весь чемпионат. Хотелось пить, а также в туалет. Но больше всего хотелось избавиться от этой чудовищной боли.
Так… Что я тут делаю? Ничего не помню… Помню, что пришла домой, посмотрела очередной бой роботов и… Точно! Кола! С виски… Хм, мне нельзя пить. Потом… Потом я куда-то пошла. С кем-то должна была поговорить… Чёрт, ничего не помню. Головная боль мешает вспомнить.
Но раз я здесь, то, наверное, на автомате пришла в школу, чтобы работать, так? Хм… Или нет? Тц! Мозги напоминают яичницу всмятку.
— Чёрт… — прошептала я, зажмурив глаза и приступая к массажу висков.
— Проснулась? — раздался мужской голос откуда-то со стороны, после чего прозвучали приближающиеся шаги. Равномерные и уверенные. Следом я услышала лёгкий звяк стекла, и как кипяток заполняет ёмкость с шипящей таблеткой. Ох! Неужели это?!
 
Открыла глаза и посмотрела на источник звуков. Как и ожидалось, это был Хибари Кёя. Парень как раз нёс в мою сторону чашку с растворяющейся внутри таблеткой. От головной боли. Да воскликнут небеса «Аллилуйя!» Прошу! Дайте! Дайте кружечку! Хотя бы глоток! Голова… раскалывается на части…
Но не успела я дотронуться до протянутой ёмкости, как Кёя ловко отодвинул чашку в сторону, наблюдая за моими мучениями.