Первая Попытка (СИ)

— Это «кашаса» — наша тростниковая водка, — пояснила она.
— Нам нельзя! — практически одновременно воскликнули Лайза с Сашей.
— Хорошо, — качнув головой и понимающе улыбнувшись сказала Лусия Агилерас, взяв со стола бутылку с чем-то явно безалкогольным. — «Кажуина» — безалкогольная, вам понравится, — пояснила она.
Когда все взяли свои стаканчики, тётя Селесты удовлетворённо кивнула и, плеснув из своего стаканчика чуть-чуть на пылающие угли, отчего они вспыхнули голубоватыми огоньками, произнесла:
— Пусть тебе сопутствует удача в верхнем мире, Ана! — и опустошила свой стаканчик в несколько глотков, тут же схватив из сахарницы кубик коричневого сахара и закинув его в рот.
Селеста тоже плеснула немного на жаровню и сказала:
— Пусть тебе сопутствует удача в полях вечной охоты, мама! — и выпила залпом, тут же закусив долькой лайма.
Сергей посмотрел на тётю Селесты и так же плеснул немного на угли, зашипевшие и заискрившиеся голубыми огоньками. Несколько долгих секунд он подбирал слова, а затем произнёс:
— Удачи, Вам, леди Агизард, в полях вечной охоты! — и также выпил свой стакан.
Тростниковая водка мягко ухнула в желудок, а во рту у Сергея остался непередаваемый вкус рома. Сергей посмотрел нерешительно на тарелку с нарезанным лаймом, но всё же взял одну дольку и отправил её в рот. После чего чуть скривившись отправил туда же кубик тростникового сахара. Вот теперь всё стало более-менее нормально.
— Пусть Снежная Королева будет благосклонна к Вам и примет в свои объятия, леди Агизард! — произнесла Иллири так же плеснув на угли содержимое своего стаканчика.
Она в пару глотков выпила оставшееся и закинула в рот кусочек сахара.
Лусия Агилерас удивлённо подняла голову, посмотрев на Иллири, но говорить ничего не стала. А Селеста лишь тепло улыбнулась своей новой сестре.
— Да будут милостивы к вам Свобода и Удача, Леди! — произнесла Лайза, так же повторив ритуал.
Выпив содержимое своего стакана она аккуратно взяла с тарелки пару канапешек и стала их медленно жевать.
— Интересный вкус… — произнесла она задумчиво.
— Орехи кешью! — пояснила тётя Селесты.
Лайза кивнула, но говорить ничего не стала.
Следующей по кругу оказалась Мила, которая также плеснула немного на жаровню и произнесла:
— Да будет милосердна к Вам Дева Мария, леди Агизард! — после чего понюхала содержимое своего стаканчика и одним залпом выпила, почти сразу потянувшись за кусочком сахара.
— Да смилостивится над вашей душой Спаситель! — проговорила Саша, плеснув на угли.
Она большими глотками выпила содержимое своего стакана, но брать со стола ничего не стала.
— Да будет безоблачным ваше следующее перерождение, Леди! — проговорила Коиши, так же плеснув чуть-чуть на угли, а затем в пару глотков прикончив содержимое своего стаканчика.
После тоста Коиши за столом повисла тишина. А затем Иллири спросила:
— Леди Агилерас, расскажите нам о ней. Какая она была?
Тётя Селесты помолчала несколько долгих секунд смотря куда-то в пространство. А затем проговорила:
— Какая?.. Настырная! Вот самое первое, что приходит мне в голову. Несносная девчонка, которая вечно пыталась прыгнуть выше головы, хотя у неё это почти никогда не получалось.
Лусия Агилерас вздохнула, налила себе в стаканчик ещё кашасы, тут же выпила его практически залпом, а затем, захрустев кусочком сахара, продолжила:
— Она была пятой и последней во время родов, и соответственно, самой слабой. Её Величество никогда до этого не рожала столько, максимум троих. Даже Себастиан, родившийся четвёртым был сильнее Анны. Он хотя бы был везунчиком, а она просто середнячкой. И в тигриной форме она всем уступала. Наверное поэтому-то она и старалась всегда быть лучше остальных…
— Но ведь Селеста вовсе не слабая? — удивлённо произнесла Лайза.
— Да, Селеста унаследовала все стати своей бабки, — усмехнувшись ответила Лусия. — А вот её мать была не такой. Она была среднего роста и худая как щепка. Правда это давало ей невероятную гибкость и скорость. В этом с ней никто не мог сравниться.
 
— Значит она вовсе не была такой уж слабой? — уточнила Иллири.
— Ну, пожалуй, ты права, девочка, Ана не была слабой. Она даже, ни раз и ни два, побеждала в схватках своих сестёр и брата. Но всё равно королева относилась к ней с пренебрежением, называя «последышем». Может поэтому, она и сбежала с этим парнем…
— А она Вам про это ничего не рассказала? — удивлённо спросила Саша.
— Нет. Она очень мало со мной разговаривала после того как её изгнали. Она и до этого была скрытной, но тут превзошла сама себя. Может, если бы она всё-таки со мной поговорила, ей и стало бы легче… Но нет, она всё держала в себе.
Лусия снова наполнила свою стопку и выпила в три глотка. Она положила в рот кусочек лайма, при этом совершенно не поморщившись, и стала механически его жевать. Было понятно, что женщина сейчас роется в своих воспоминаниях.
Так они просидели некоторое время. А затем Лусия встрепенулась и произнесла обращаясь к Селесте:
— Я кое-что забыла, девочка. Прости. Давно нужно было это сделать, — с этими словами Лусия вытащила из воздуха ажурный перстень белого золота и протянула его Селесте. — Это перстень твоей матери, дорогая, её фамильный перстень, единственное, что у неё осталось от семьи.
Селеста осторожно взяла его, осмотрела с разных сторон, а потом сжала в кулаке, а кулак прижала к груди. Из глаз её закапали слёзы.
— Спасибо! Спасибо, тётя! Спасибо, что сохранили его для меня! — произнесла она тихо.
— Ну-ну… Всё хорошо, девочка моя, всё хорошо, — проговорила Лусия подвигаясь к своей воспитаннице и обнимая её.
Несколько минут ушло на то, чтобы Селеста успокоилась. А затем она попыталась надеть на палец перстень, но ей это не удалось, слишком изящной была рука у её матери, даже на мизинец перстень надевался с большим трудом.
— Не страшно, — произнесла Лусия после неудачной примерки. — Сходишь у ювелиру и он всё сделает, — проговорила она с улыбкой.
— Хорошо, — кивнув ответила Селеста снова сжав подарок к кулаке.
Они ещё раз выпили пролив по паре капель в жаровню. А затем Селеста отправилась в туалетную комнату.
Её не было долго. Очень долго. Уже успела выйти и рассчитаться девушка, сидевшая за столиком со своей подругой, а Селеста всё не появлялась.
Наконец, Сергей тихо попросил Сашу сходить посмотреть, что там случилось. И та кивнув выскользнула из-за стола и ушла. И буквально через полминуты выглянула из-за двери и помахала призывно остальным девушкам. Даже Лусия Арилерас поднялась со своего места отправившись со всеми.
Сергей встал рядом с дверью туалета, но заходить благоразумно не стал. Всё выяснилось через пару минут. Оказалось, что Селеста потеряла подаренный перстень. Он похоже случайно закатился в слив, потому что нигде на полу его не было.
Ещё несколько минут ушло на вызов управляющей, которая послала за сантехником. Сергей уже без опаски зашёл внутрь и посмотрел на раковину снизу к которой был прикручен белый пластиковый сифон практически такой же, что стоял у него дома в квартире матери. Подумав, что всё что нужно это просто открутить у него донышко, Сергей потребовал таз или ведро.
Уже через минуту он сидел на корточках и отвинчивал дно сифона. А ещё через десять секунд всё пахучее содержимое сифона упало в ведро. Перстня там не было.
Управляющая женщина лет сорока на вид, покачав головой глубокомысленно произнесла:
— Госпожа, вы уверены, что ваш перстень провалился в раковину?
— Ох… — вздохнув и понурившись вздохнула Селеста. — Я положила его сюда, на край раковины, — проговорила она показав на нишу для мыла в раковине с левой стороны. — Я помыла руки, а когда вновь посмотрела туда, перстня уже не было.
 
— А больше никого тут не было? — задала управляющая следующий вопрос.
— Ах! Да! Сюда заходила девушка! Она встала рядом и тоже стала мыть руки! — произнесла Селеста поражённо.