Тонкости укрощения теневых драконов. Тварья Академия (СИ)
– Я не помнила об этом до того момента, как вы не показали этот плод, магистр, – попыталась привычно вздернуть головы и высвободиться, но проклятая слабость не дала.
– Это воспоминания не ваши, я верно понимаю? – Блестящие глаза. Горячая ладонь. Другая – на талии.
Вот только не стоит даже на миг поддаваться. Владыка и беглая магичка. Смешно. Если бы не было так грустно. Если бы не пропасть между нами – воспитания, взглядов, прошлого и собственных поступков – не была так громадна.
– Мои. Простите, не могли бы вы отпустить, магистр? – Главное – не дразнить его. Не привлекать внимания. Не вызывать азарт – твари очень азартны, как я уже поняла.
– Хорош-шо, – недовольное шипение.
Мне кажется, как будто змей вокруг меня хвостом бьет.
Отпустили. Заставили прислониться к стволу дерева. Удостоверились, что адептка не падет прямо сейчас к его ногам хладной тушкой. Выжидательно смотрит – где мой ответ? А продолжение? Но я не собиралась больше ничего добавлять. Хватает того, что он понял – я не местная. И пока не выдал. Хотя – что значит – не местная? Я его догадок не подтверждала. За прошедшие годы я стала более чем похожа на местную жительницу, практически полностью отбросила то, что связывало меня с Землей, забыла, вытравила как могла.
– Кина, как тебя зовут на самом деле? Кто ты такая? Я не взламываю твой мозг и не отдаю приказ заключить тебя под стражу лишь потому, что полностью уверен – наша связь, увы, истинна, она не может быть подлогом магов, и я точно знаю, что ты не желаешь мне зла. Иначе, моя дорогая девочка, мы бы разговаривали с тобой совсем в другом месте… и совершенно иначе, – кривая усмешка на чужих губах.
Таким я его ещё тоже не видела. Не осознавала всей силы того, кого спасла и кто спас потом меня. У местных поклонение сильным – в крови. Я не умела уважать за одну силу, но приняла правила игры. Не выделяться. Не вызывать повышенного интереса. Не показывать, что умею хоть что-то непонятное, незнакомое, отличное от способностей людей.
Почему же с лордом Сейлиром все сразу полетело под откос? Ладонь обожгло болью, вызвав невольный вскрик.
– Что происходит? Ки? – Сильные пальцы ухватили запястье, он мгновенно определил каким-то образом, что причиняет мне боль и неожиданно осторожно обхватил ладонь, поднося к своему лицу.
Я сглотнула, наблюдая за тем, как могущественный менталист и, кажется, тот самый кошмарнейший тварий Владыка обнюхивает и едва на зуб не пробует мою ладонь.
– Так, прелесть моя, – на меня подняли взгляд. Жесткий. Ледяной. Требующий ответа. Я под ним как будто оцепенела, понимая, что промолчать не получится, – а теперь четко и по делу. И не думай, – кривая усмешка. От уголков глаз разбегаются черные ручейки, что пугает едва ли не до икоты, – что сейчас получится промолчать. Кто. Тебя. Покусал?
Ладонь красная, но ни следа от укуса. Только виднеются теперь какие-то странные темные пятнышки.
– Ещё раз, – с нажимом. Чужое лицо нависает надо мной, солнце над головой отчего-то скрывается, в кронах гудит слишком холодный для утренний теплой погоды ветер, а по телу то и дело пробегает дрожь. – Кто?! Кто, Кина?
Блестят острые нечеловеческие зубы в приоткрытой пасти, капает слюна… ой нет, это все разыгравшееся воображение. Слюнями меня пока не поливали, к счастью – а то вдруг они тоже ядовитые?
Ну и что я тут могу ответить? Только правду. И ничего кроме правды – почти как в суде.
– Вы, Владыка, – и только сказав это, тихо прикрываю рот.
Я же не могла знать… Ни Тэля, ни кошака вредного сдавать не хотелось. Вот только мужчина как будто нисколько не удивился такой моей осведомленности. В черных воронках глаз жило какое-то пугающе-нежное чувство, как будто меня, как грифона, хотела сначала отшлепать по попе – а потом почесать перышки.
– Ранение. Ну конечно. А я ещё гадал – почему так быстро и четко установилась наша связь, а я тебя укусил… – темная усмешка. – Разве тебя не учили, что не стоит тянуть руки, куда не следует?
Он что думает, что я в его зубах ковырялась?
– Вы были слишком прытким раненным, магистр. Я просто уже не знала, что и думать, сначала рука не беспокоила, и только спустя некоторое время начала дергать и чесаться. Но…
Но я думала, что мне мерещилось. Но я не любила просить о помощи посторонних и быть должной. Но не хотела обращаться именно к нему. Чужой взгляд потемнел – магистр все понял.
– Надумаете покончить жизнь самоубийством, адептка Вартек, говорите сразу. Тогда я не буду тратить на вас свои силы и время, – вопреки ледяному тону, пальцы ощупывали и поглаживали пострадавшую ладонь нежно и осторожно.
Темные искорки сорвались с чужих пальцев – пульсирующая боль притихла, все как будто заледенело.
– Почему самоубийством? – Выдохнула.
– Да потому что, непослушная моя девочка… – мужчина прикрыл глаза и выдохнул. По скулам пробежали желваки, – забудь. Это последствия укуса, в рану попала часть моей силы. Но мою сущность далеко не каждый даже взрослый маг может вынести… тебя спасло то, что ты моя…
– Кто? – Наши взгляды столкнулись. Может, наконец, мне расскажут, что это за связь?
– Маленькая любопытная адептка, – лениво оскалился нелюдь, – мне нравитс-ся, что ты не боиш-шься меня, но и раздражает… тоже, – в темных глазах снова сверкнуло какое-то легкое, едва уловимое чувство.
Дыхание щекотало запястье, чужие руки были горячими…
– Исчерпывающий ответ, – и не сказать, что я была такой уж бесстрашной, и опасалась я местных, но почему-то именно рядом с лордом Сейлиром молчать не хотелось. Инстинкт самосохранения как будто отшибало.
– Другого пока не будет, – смешок, – не хочешь говорить о своем прошлом, Кина – я узнаю сам. Не желаешь рассказать о своих проблемах – я все равно узнаю, – меня резко, рывком одной рукой приподняли, а другой провели пальцами по отклеившемуся каблуку, словно приваривая его назад, – и решу их. Но даже не думай сбежать от меня, Кина. Тебе не понравитс-ся то, каким я могу быть… Поверь мне.
Острые когти пощекотали линию подбородка – и отпустили.
Мужчина словно закрылся, захлопнулся изнутри, как моллюск в ракушке, но я успела заметить эту невероятную тягу, почти потребность оказаться ко мне ближе.
– Я вам не нужна, это лишь магия, – ответила как можно спокойнее, – а мне не нужно такое отношение… Мне уже сказали, что вы не любите женщин. Не знаю, что вас заставляет обращать на меня внимание – и знать не хочу, но играть своей жизнью я не могу позволить, тирлесс. Если у вас есть хоть немного жалости ко мне…
Мне показалось, что на этом слове нелюдь готов расхохотаться, но и его реакцию, и мою прочувственную речь бессовестным образом оборвали.
Сверху упал странный зверек, похожий на снежно-белую белку-летягу с алыми глазками и тремя черными полосами на крыльях.
– Ста-арший, сейчас твоих адептов жрать будут! Ой, что это ты тут делаешь? За самкой ухаживаешь? – Взметнулся пушистый хвост.
Я прикрыла глаза, стараясь не засмеяться в голос. Мне только кажется, или сейчас из кого-то начнут делать пушистое чучелко?
– Дашхе данес! – Прошипел мужчина.
Ухватил меня за руку – миг. Как будто смазанной картинкой промелькнула тропа – и вот мы уже на небольшой поляне, где вся наша группа дружно пятится от стайки очень симпатичных на вид, похожих на плюшевых мишек, но весьма угрожающе топорщащих иглы на спине существ.
Глава 9.4.
– А ну на место, – обманчиво мягкое шипение – и присмиревшие мишковидные дикобразики пятятся. Увы, недалеко.
Одного отлавливают твердой рукой, заставляя пригладить иглы и показывают тепленькое мягкое пузико и бежевую шерстку на лапках:
– Это кхаргисы, адепты. Не слишком полезные, почти неразумные, но обладающие одной приятной отличительной чертой – из их иголок, которые опадают весьма часто, получаются великолепные заготовки как под оружие, так и под артефакты – устойчивые к магии, неломкие, и удивительно четко находящие свою цель – в случае в оружием. К тому же яд на их кончиках весьма сложно обнаружить и вывести, – почти мечтательно оскалился лорд Сейлир.