Тонкости укрощения теневых драконов. Тварья Академия (СИ)

  
Глава 3. Моя нечаянная гадость.
 
Вот и сегодня в трактире «Хмельной Жайр» было шумно. К сожалению, в последние дни шум мне не казался ни уютным, ни успокаивающим. Я ощущала, что все эти люди постоянно смотрят на меня, что чужие взгляды запросто могут прожечь дырку в форме служанки, а шепотки разносятся далеко за пределы малого зальчика.
Нелегка участь попаданки, к тому же не умудренной опытом матроны, а бывшей студентки филфака.
Вот тебе, дорогая, и волшебный новый мир! Вот тебе и тело юное (покрасивше местами, чем мое прежнее), и магия загадочная, от которой не знаешь, как избавиться, и ухажеры… которые попытались проделать кое-что не слишком приличное, о чем и говорить-то не принято, и попали под раздачу моей магии – а нечего нервную девушку пугать и издеваться!
Как же, как же, я почти верю толстой краснощекой тетке Даоне, которая, тряся тройным подбородком и фальшивыми драгоценностями, уверяет, что её сыночек всего-то хотел честь великую завалящей ведьме оказать да просватать её, а та, неблагодарная такая, магией своей злобной зашибла кровиночку!
А остальные мамаши – аж три дебелые тетки, подружки её, подпевают да народ пытаются науськать, ещё немного – и сама поверю в то, что на  завтра ем младенчиков, на обед закусываю девственниками (где их найдешь?!), а на ужин у меня почтенные матроны. И потолще, потолще…
И теперь я уже неделю как  на осадном положении – спасибо трактирщик, дядька Боргул, не гонит, чует свою вину, да старшая наша экономка, тетушка Мо, вступилась. Одним словом – жизнь стала не сахар. Врагини мои чуть ли не в городскую стражу послали весточку, мага требуют для разбирательства!
Посмотрела на свое отражение. За неделю – ни кожи, ни рожи, как моя бабуля говорила ещё там, на далекой Земле. Худенькая шатенка с едва заметным медным отливом в волосах (пришлось краситься), взглядом мрачного чертенка и тощими лапками, торчащими из-под передника. Красотка!
– Опять раскисла, моя малютка! Нет чтобы хвост задрать и гордой походкой вперед, так их всех, темный люд! И бояться нечего!  – До отвращения бодрый и почти мечтательный голосок вырвал меня из размышлений.
Миг – и из-под шкафа вынырнула хитрая зеленая морда, а потом показалось и остальное зеленое и крылатое тельце моей пушистой кары за все прегрешения, того самого рурга Маульши, или попросту Муля. Да-да, того самого, с которым мы дивно погрелись той  злополучной ночью в темном лесу.
Муль действительно оказался волшебным существом – тварью, как говорили местные. Тварью вредной, ехидной, незатыкающейся, но именно он был тем единственным островком спокойствия, который помогал мне пока держаться на плаву.
– Муль, уймись! И не светись, ещё не  хватало, чтоб народ точно магов вызвал или экзорцистов каких местных!  – Шикнула.
Бесполезно! Зверь был настроен более чем серьезно, вооружен когтями, усами и оптимизмом и готовностью покарать всех обидчиков его крошки (это про меня, да). «Его пошлость ваш король», где только такого поднабрался?
  
Глава 3.1.
 
–  Ой, не боись, детка, жемчужинка уст моих, все будет пучком! – Заверили меня, заставляя поперхнуться. Надо следить за языком, когда общаюсь с этим паршивцам! Хотя… да не выражалась я так при нем, я приличная девочка! – Этим грязным крестьянам ни за что не постичь мои великие замыслы!
Я бы поспорила, ну да ладно.
– Муль, ты что придумал, а? Мне здесь как-то надо продержаться, – запнулась на этой мысли.
В самом деле, продержаться до чего? Понятно, что многие деревенские нынче настроены мягко говоря недружелюбно, скоро трактир убытки начнет нести, да и вызванные стражи приедут, и что тогда? В тюрьму  посадят? Узнают, кто я такая, и сдадут родственникам этого тела? Зачем я вообще вернулась в трактир, когда надо было ноги уносить? Но куда их уносить-то без вещей, холодной, голодной, растерянной? Все мы задним умом крепки!
– Держаться, ага. Дождешься, что эти идиоты  на тебя все  беды за последние два года повесят, я ж как будто людей не  знаю! – Очень натурально всплеснул лапами салатовый нахаленыш.
 
Мысленно я с ним согласилась, но…
– Муль, устала я просто, – призналась, сдув прядь волос со лба.
И правда умаялась, а сколько нервных клеток в бою с тараканами скончались?
–  Э-эй, что за упадническое настроение?  – От возмущения зверь аж на задние  лапы встал, передними опираясь о мои ноги. – Ты что это, сдаться решила? На чью милость только, позволь-ка спросить, а? Думаешь, тебя там полюбят-приголубят что ли?
– Да не думаю я ничего, только и выхода нет, пойми уже. Сама сдурила. Надо была бежать хоть в первый день, пока все в растерянности были, да только сама прикипела к этому месту. Трактир мне домом стал, я тут всех знаю…
– Тебя тут нынче тоже хорошо знают, даже отлично, зайка, только почему-то не шибко любят, – резко оборвала мои метания ехидная  тварюшка, – вот что, крошка моя, сегодня отработай, а потом на свой чердак возвращайся. Дураки туда не полезут (пробовали), а у нас свои методы, знаешь ли.
В который раз я поразилась тому,  что понимаю волшебное существо. Вроде и пищит – не говорит, а чужие слова все  равно прямо в голове  рождаются.
– Красо-отка, ты меня слышишь, а? – Мявкнул зараза громко, я аж чуть не присела!
– Кинка, в зал! – Зычно кликнули меня. Голос трактирщика звучал недовольно. Ещё  бы, уже и гости начали шептаться, что у него чуть ли не преступница и убивица профессиональная  работает.
Вот  что слухи-то делают! Скоро окажется, что я одной левой целой орду сметаю, а правой прихлопываю!
– Бегу, дядька! – Откликнулась.
Мимо пронеслась Олика, наша новенькая служанка, вздернула нос при виде меня и пухлые  губки покривила.
А сама-то на днях обжималась с какими-то наемниками, да с ними же в комнату поднялась,  да не с одним! Стыдобища! Ещё  на меня огрызается.
– Кин, за пятый столик тащи заказ. Медушицы кувшин, да смотри не пересласти, хлеба свежего, ржаного и тарелку сладостей! У  нас купец проезжий с  дочерью маленькой, уважить надо!  – Баргул был как-то подозрительно суетлив и глаза прятал, на меня не смотрел.
В душу закрадывались неприятные подозрения. Никак избавиться все-таки решил от служанки-то приблудившейся? Стала проблемной слишком, а тут каждый сам за себя.
С недобрым предчувствием  я поспешила на кухню, потирая чешущуюся руку. Быстренько надиктовала заказ нашей поварихе, выслушала порцию вздохов о бедной девочке (то бишь обо мне)  и посидела в тепле и  тишине почти пять минут, пока поднос готовили.
– Ты заказ-то сделаешь – и уходила бы, детка, – вдруг негромко заметила повариха, поправляя чепец, – Баргул, шельмец, кажется, нарочного утром ранним принимал из города. Там чуть ли не целый отряд едет, говорят, даже магусы. Они разбираться не будут, детка, что к чему. По мне  – так поделом эти треухам тваревым, земля их больше не носит – и к лучшему! Да только не все так  думают…
Настроение упало ещё ниже. Ну и куда я побегу, а?
– Кинка! – Рявкнули из зала во всю мощь легких.
Пришлось одернуть передник, подхватить поднос и бежать сломя голову.
Я как раз протиснулась между двумя слишком близко стоящими столами, как вдруг перед носом выросла внушительная фигура. Резко дернула меня на себя, хватая за руку. Хорошо хоть поднос-артефакт, заряжен бытовой магией на полную, иначе  бы уже грохнула весь заказ об пол! А так зеленоватая дымка окутала его, заставляя повиснуть в воздухе.
– Смотрю, навья дочь, ты умеешь находить себе приключения, – раздался отвратительно знакомый голос.
  
Глава 3.2.
 
– Смотрю, навья дочь, ты умеешь находить себе приключения, – раздался отвратительно знакомый голос.
Сердце дрогнуло. Глухой плащ с капюшоном упал на ближайший стул, мявкнул громко под ногами приблудный черный кот, а  я не могла отвести глаз от чернеющей бирюзы чужого взгляда. Этот мужчина… тот, кого я недавно спасла, притащила в трактир, буквально отогрела. Тот, кто стал источником моих неприятностей.