Спасти футболиста (ЛП)

Я посмотрела на экран, мое сердцебиение участилось, когда я увидела там номер Имоджен. Я не получила никаких новостей по поводу своего заявления на Денверский День Пожертвований и надеялась, что она звонила, чтобы поделиться хорошими новостями.
— Привет, Имоджен, какой приятный сюрприз, — сказала я, вздрогнув от воя сирен вдалеке. Это было не совсем профессионально — или безопасно — вести такой разговор, но мое расписание на этой неделе было перегружено. Если я не услышу новостей от нее прямо сейчас, то пройдет несколько дней, прежде чем у меня появится возможность поговорить с ней.
Как бы там ни было, но я уже опаздывала на встречу в приюте с онкологом-ветеринаром, организовать которую у меня ушло несколько месяцев. Я собиралась обсудить возможность того, чтобы эта женщина-врач присоединилась к команде докторов «Неизбежного Спасения», которые предоставляли свои услуги и делились опытом на безвозмездной основе, и если я отменю ее, то рисковала упустить свой шанс.
— Знаешь, Хейзел, когда ты приняла мой совет, то ты на самом деле послушалась его! — раздался в трубке смех Имоджен.
Я нахмурилась, но тут что-то щелкнуло.
— О, ты должно быть имеешь в виду статью о рейде в питомник для щенят и о том, как «Неизбежное Спасение» приняло к себе большую часть собак, извлеченных из-под обломков.
Это было всего лишь небольшое упоминание о приюте, но это лучше, чем ничего. В таких случаях помогает любое внимание. Особенно потому, что я, как обещала, не наняла стажера по работе в социальных сетях, чтобы увеличить вовлеченность приюта в этой сфере. Между разрушительным присутствием Криса и моими собственными спорными эмоциями, у меня не было никакого времени, чтобы составить техническое задание для проведения этой работы и создания публикации, не говоря уже о поиске самого кандидата.
— Да, та история — это на самом деле неплохо, но я имею в виду тот факт, что Крис Лалонд из колорадской команды Blizzards работает волонтером в твоей организации, — ее голос повысился на октаву, когда она прошептала его имя, словно была какой-то старшеклассницей, которая во время обеда призналась, что сексуальный парень из старших классов подмигнул ей. С другой стороны, если учитывать то, как Крис действовал на меня саму, то я не могла осуждать ее.
— Ох, верно, Мистер Печально Известный Принимающий, — сказала я, сильнее надавливая на педаль тормоза и чуть не врезавшись в бампер впереди стоящего автомобиля. Мои колеса вывернулись в опасной близости к краю разделительной полосы, и кровь застучала у меня в ушах. Крупные хлопья снега сыпались с неба и прямо прилипали к дороге, совершенно не помогая тому, чтобы уменьшить мою тревогу — то, что в самом начале больше смахивало на пыль, быстро переросло в настоящую метель.
— Возможность заполучить такого известного представителя — это огромный успех, Хейзел! — воскликнула Имоджен, возвращаясь к своему более приятному, деловому тону. — Просто невозможно переоценить то, насколько важна популярность в наши дни.
— Мы задействуем каждого добровольца, который переступает порог нашего приюта — «Неизбежное Спасение» и так испытывает нехватку персонала, — сказала я, в то время как движение каким-то волшебным образом начало приходить в норму. Только ощущение увеличения скорости успокаивало меня.
— Несмотря на то, что у Криса множество талантов, самая главная его ценность в его известности. Используй это для своей выгоды, — настаивала она. — Фонд все утро получал звонки от людей, которые хотели посмотреть на твой приют — и в особенности на Криса — на тот, что включен в список Денверского Дня Пожертвований. «Неизбежное Спасение» официально попало в список некоммерческих организаций, которые будут рассматриваться.
— Правда?
Имоджен усмехнулась.
— Хейзел, недавний скандал, связанный с Крисом, возможно плохо отразился для него в профессиональной сфере, но давай будем честными по отношению к женщинам Денвера, потому что он по-прежнему самый сексапильный в этом городе и самый желанный холостяк. Только одно его имя уже принесет пожертвования. Поэтому эксплуатируй его, хорошо?
 
Обычно я была бы против такой идеи, особенно, если это касалось лично меня самой, но я решила не возражать, потому как Крис самолично поощрил бы Имоджин в своей манере «Эксплуатируй меня, детка». Однако, как бы сильно Крис не вынуждал людей думать о себе определенным образом, манипулировать им таким вот образом казалось лично мне неправильным.
Я наконец-таки проехала ту аварию, участников которой сместили на обочину, и объехала толпу зевак, которые глазели на все это. Я перестроилась на правую полосу, и когда вырулила из поворота, чтобы выехать на трассу, я ударила по тормозам и вызвала еще один затор, потому что на моем съезде прямо передо мной был рекламный щит.
— Что за черт…? — сказала я, до конца не уверенная в том, что это не было галлюцинацией. Или что возможно снег не позволял мне нормально видеть.
— Все в порядке? — спросила Имоджен, в ее голосе прозвучало беспокойство.
— Все хорошо, — пробормотала я, до конца не веря своим глазам. На этом рекламном щите была размещена фотография улыбающегося Криса Лалонда, без рубашки и в джинсах, низко сидящих на его бедрах так, что были видны мышцы, которые проходили по обеим сторонам его живота, к тому же он лежал на кровати в окружении дюжины щенков. Единственное, что может сделать эту картинку лучше, — это если вы тоже присоединитесь к нам — именно эта фраза была написана на самом верху рекламного щита. Внизу мелким жирным шрифтом были выведены слова: «Приют и клиника по реабилитации собак «Неизбежное Спасение» в настоящее время принимает заявки на усыновление».
— Имоджен, могу я перезвонить тебе? Кое-что произошло, — я пообещала позвонить ей завтра, а потом положила трубку и быстро проделала оставшийся путь до приюта.
Когда Крис заявил, что собрался ухаживать за мной, я думала, что он имел в виду что-то общепринятое и неоригинальное типа цветов, купленных в магазине, или дифирамбов. Но чтобы такое? Весь город под названием Денвер смог бы увидеть это, и он это знал. Он полностью отдавал себе отчет в том, какую значимость имело его одобрение, а еще то, какую известность это могло бы принести моей организации.
У этого человека было больше наглости и больше запáла, чем я могла представить. Ублюдок. Когда только он нашел время на то, чтобы спланировать съемки такого размаха? Прошло всего пара дней, с тех пор как он явился с печеньем. К тому же, разве он не был занят тем, что готовился к предстоящей игре своей команды против the Saints?
Я припарковалась около приюта и словно ураган ворвалась в офис, где меня приветствовали звонки множества телефонов. Похоже, что рекламный щит уже работает.
Крис сидел в моем кресле, закинув ноги на стол, запрокинув назад голову и с самодовольным выражением на лице. Его свитер был задран достаточно высоко, чтобы обнажить загорелый кусочек кожи, и я старалась смотреть куда угодно, но только не на эту тонкую полоску волос, которая тянулась от его пупка прямо вниз. И все же я сглотнула, представляя, как эти мышцы ощущались бы под кончиками моих пальцев, под моими губами.
«Завязывай с этим, твою мать».
— Как прошла твоя поездка до работы? — спросил он, и его ухмылка стала еще шире. — Позволь мне предположить, что ты разрываешься между желанием кастрировать меня или поцеловать снова. Но прежде чем ты выберешь вариант А, вспомни о спасении щенят на плакате.
— Я привожу в порядок собак каждый день, Крис. И я совсем не брезглива. Или пуглива.
 
И, черт возьми, если бы я не поддавалась очарованию.
***
Войдя в фойе «Неизбежного Спасения» двумя днями позже, с коробками с рецептурными препаратами в руках, я едва не споткнулась о маленький пушистый комок, загораживавший проход. Я посмотрела вниз, мои глаза широко распахнулись, когда Оливка подняла на меня свою маленькую головку, фыркнула, а потом перевернулась на спину, чтобы подставить свой живот под солнечные лучи, которые падали из окна от пола до потолка, при этом кончик ее хвоста постукивал по полу.