Последняя Арена (СИ)

— Его дело, — пожал я плечами. — У меня такое чувство, что теперь люди без интерфейса более желанная добыча для монстров, чем мы, — я увидел, что мой собеседник не понимает, о чем я говорю. — Ты их вообще убивал?
— Нет.
— Идём со мной, покажу кое-что, — я развернулся. — Чего замер? Идём!
Я подвел мужика к одному из трупов. Затем вскрыл шею и достал серебристую нить. Протянул её Михалычу, который стал одним цветом с зеленой жижей.
— Привыкай. Теперь так все время будет. И бери. Не стесняйся. Это мой тебе подарок. Точнее не подарок, а плата.
— Что это? — не понял кузнец. — И за что плата.
— За горячий душ, сытный обед и чистую одежду. Ну и твои навыки пригодятся. Надо будет заточить топор с вилами. Да и лопату поправить. А это то, что поможет тебе открыть истинное зрение, — я сунул мужику нож, а после приказал перерезать шнурок.
— Это что такое? — округлил глаза Михалыч. — Исчадия бездны. Уровень один. Почему я это вижу?
— Особенность нашего нового мира. Когда убьешь, — я задумался, подсчитывая, сколько нужно опыта до пятого уровня, — шесть монстров, будешь видеть намного больше. Откроется карта, часы, калькулятор и многое другое. Так или иначе, плату ты принял. Так что оказывай мне услугу. И давай пособираем живых людей? Они ведь тоже сдохли и попали в свои дома?
— Да. Почти никто не смог убежать. Монстры появились будто из воздуха.
— Из порталов, — поправил я, но после добавил: — Наверно.
Полчаса мы собирали жителей деревни. Многие ни в какую не хотели покидать своё безопасное укрытие. Разбираться с этим я поручил кузнецу. Терять время на уговоры — не моё.
Я заглядывал во все дома, но входа в данж нигде так и не обнаружил. Перечитал единственное сообщение, которое мне присылал игрок. Создавалось ощущение, что данжей должно быть понатыкано чуть ли не по несколько штук на один квадратный метр. Интересно, один я такой везучий или нет?
Вскоре провел краткий экскурс по интерфейсу, по способам борьбы с мутантами и по их разновидностям. Меня внимательно слушали все, даже Лена. Ожидал, что начнутся расспросы или недоверие, но нет: все приняли изменения. Мне даже показалось, что если бы я сказал, что я Дед Мороз, то и сейчас мне бы поверили.
Выживших людей осталось совсем немного. Кто-то после смерти улетел неизвестно куда. Других же зажали мутанты на точке возрождения. Третье — погибли сразу же, сутки назад. Зато каждый житель деревни смог перерезать хотя бы по одной нити.
Я сказал, чтобы все активировали артефакты фиксации в доме Михалыча. Это пока что было самой безопасной точкой в деревне. Люди собрали свои немудрящие пожитки: закрутки, инструменты, одежду — и сгрузили их в кладовой. Пока старожилы таскали вещи, я охранял их. За всё время к нам вышел только один монстр, которого я сразу же приласкал вилами.
Электричество ещё было, хотя, думаю, это ненадолго. Михалыч отправил меня в душевую с бойлером. Одежду же закинул стираться. Сказал, что за часа четыре в небольшой котельной всё высохнет.
Один автомат я взял с собой. Оставаться без средств защиты даже в безопасном укрытии я не собирался. Другой, оторвав от сердца, оставил дяде Ермолаю. Он вызвался охранять нашу крепость (патруль мы тоже распределили) во время ночи. Я сразу же предупредил, что заберу оружие к часам трём. Задерживаться надолго в этом доме я не собирался. Да и, признаться, одичал немного. Находиться с обществе большого скопления людей было некомфортно.
С удовольствием вымылся в обжигающей воде. После чего меня накормили горячим и вкусным ужином. Михалыч заточил мои инструменты. Лена, поразив меня в очередной раз, молча начистила оружие. При этом и слова не сказала, что претендует на него. Чудеса… Другие же старики старались мне во всем угодить. Я видел, что эти люди считают, что пока я рядом, то они в безопасности.
Мы сидели перед телевизором и гоняли чаи. Со стороны могло показаться, что ничего не изменилось, но это было не так. Кадры по всем каналам были шокирующими: повсюду стрельба, пожары, взрывы. Вот только не это было главным. Самое необычное — люди. Оператор с вертолета транслировал один из боев на крыше. На молодого парня бежало с десяток монстров. В его руках был огромный двуручный меч. Твари были уже в метре от человека, как вдруг он исчез и появился сзади противников. Сталь раскроила двух мутантов, будто они были сделаны из чего-то невесомого. Затем парень снова телепортировался и появился в другом месте. Всё кончилось за секунды.
 
— Это чегой-то, кино показываются, что ли? — спросил один из пожилых старожилов. Хотя из молодых тут остались только я с Михалычем.
— Нет, — подал я голос, смотря с прищуром в телевизор. То, что происходило на экране, не укладывалось в голове. С другой стороны, раз появились монстры и интерфейс, то ничего удивительно, что вместе с ними пришла и магия. Вот только непонятно, как её активировать.
— А где это тогда происходит? Уж дома больно чудные. Не нашенские.
— Это набережная Чхонгечхона, — пренебрежительно бросила Лена, но потом пояснила. — В Сеуле. А Сеул — в Южной Корее.
Спрашивать, откуда такие познания, никто не стал. Да и никакой разницы, в принципе, не было. Я открыл рейтинг и поморщился. Меня выкинуло из десяти тысяч лучших игроков мира. Если появились такие персонажи, которые с помощью системных умений валят монстров пачками, то ничего удивительно. А я попросту теряю время. Поднялся — сразу же погас свет.
— Всем спокойно, — донесся в кромешной тьме голос Михалыча. — У меня генератор есть. Сейчас заведу.
— Он шумный? — спросил я, копаясь в рюкзаке и доставая фонарь.
— С улицы не будет слышно.
— С тобой схожу. Заодно и вещи проверю, — я мог бы надеть и одежду кузнеца, вот только на улице стояла холодина. А та, которую я позаимствовал у охотников, была легкая, удобная и теплая. Да и мне по размеру подходила.
— Не высохли ещё. Торопишься куда-то? — пробурчал Михалыч, спускаясь по лестнице.
— Да думаю поездить по округе, — поделился я планами. — У монстров сейчас глаза светятся. Легко будет найти и различить.
— Ты же говорил, что и они хорошо видят в темноте. Опасно будет. Да и несколько менталистов где-то бродят. А они, по твоим же словам, умные.
— Буду осторожен. Да и я на транспорте. Соберу толпу, займу высоту и буду их уничтожать. Ты, кстати, тоже этим можешь заняться. Твой забор они не смогут преодолеть. Главное просмотри их уровни. Если все будут первыми, то можно не беспокоиться. И не забывай, что это не люди, хоть и похожи на них, когда стоят, — сказал я. После, подумав, спросил. — У тебя, случаем, сигнальных ракет нет?
— Да лежит парочка. Ты собираешься убивать этих зомби. Думаешь, тоже сможешь открыть магические способности? — хмыкнул кузнец.
— Да, не помешало бы, — признался я.
— Слушай, Андрюх, а ты чего сюда подался-то? Я не про наше спасение спрашиваю, а раньше. Ну, когда у тебя ноги не было, — пояснил Михалыч. — Я же сразу заметил, что ты бежишь от чего-то. Зазноба бросила? Или это личное?
— Тварь одна мне жизнь испортила. Очень сильно испортила. Вот и пришлось прятаться, — разоткровенничался я. — Но сейчас, думаю, закону не до меня будет…
— Скоро всё устаканится, — заверил кузнец.
— Нет. Ошибаешься. Даже если прямо сейчас уйдет вся эта хрень, то ничего по-прежнему уже не будет. Три четвертых населения не прошли инициализацию. Они долго не протянут. Для монстров они основная мишень и добыча, — я рассказал, что некоторые монстры выжидали именно такого человека, а на меня не обращали внимания. — Из-за потери людей все предприятия встанут. За этим последует развал государства. Армия захочет защищать не власть, а свои семьи. И в этом я её не осуждаю. Сам поступил бы также.
— Что-то ты больно хреновую картину рисуешь.
— Говорю, как есть, — я погладил бороду. Побриться что ли? Хотя нет. На улице холодна. Какая-никакая, но защита для лица. — К тому же не забывай, что эти лучи могли и во всяких тюрьмах появиться. Человек там умрёт, а потом окажется в месте, которое считает домом. То есть освободятся миллионы заключенных по всему миру. Начнутся грабежи, разбои, мародёрка и прочие прелести беззакония. Кто-то захочет отомстить обидчику…