Последняя Арена (СИ)
Я привязал лапником два кола. Ещё два — взял с собой и начал спускаться вниз. Вот тут прям вообще темень! Ни черта не видно. Хм. А, можем, проще было сделать дубину? Огреть такой разок-другой по черепушки и дело в шляпе. Подумаем… По пока работаем с тем, что есть.
Твари не замолкали ни не секунду. Они продолжали верещать, привлекая внимание других монстров. Толпа изрядная: голов тридцать-сорок. Главное, чтобы не получилось так, что я убью почти всех, а какой-нибудь последний запрятавшийся голубчик — меня. Будет очень обидно.
Я обхватил ногами ветку и нанес первый удар. Заостренная палка выдержала. Кол затрещал, но всё же пробился через довольно мягкий череп. Глаза существа поблекли, и оно завалилось на землю. Неплохо! Работаем дальше!
Какой-то ушлый мутант слегка подпрыгнул со вскинутой рукой. Я успел поднять корпус, но всё же коготь успел разодрать куртку и задеть предплечье. На мгновение повисла давящая тишина, а следом монстры взорвались восторженной бурей эмоций.
— Кровушку почуяли? А что, если…
Я задрал рукав и кое-как смог разглядеть неглубокий порез. Вот заодно и проверю, будут ли хоть какие-то изменения во мне или нет. Если начну обращаться в такое же существо, придется прыгать в лапы этих тварей. Вдруг превращение необратимо? А если умру, смогу возродиться рядом со своей хибарой. С одеждой и оружием что-нибудь придумаю.
Провел пальцем по рассеченному месту и смазал конец копья. Твари в предвкушении заклацали челюстями. Я поднёс кол к голове мутанта. Монстры принюхивались, но выбивать палку не торопились. В свете глаз смог разглядеть, как изо ртов высовываются длинные языки.
— Скажи: «Ааа», — протянул я.
Одно из существ раззявило пасть. Мимолетно пронеслись мысли, что кормлю его будто ребенка из ложечки. Да и выражение лица стало вопрошающем. Следом я, не раздумывая, сделал резкое движение вперед-назад. Острие пробило горло. Монстр упал под недовольный гул сотоварок. Ну да, их же я не покормил. Но ничего: сейчас исправим.
Снова поводил копьем перед мордами. Выбрал цель — нанес удар. На снег рухнула ещё одна потенциальная единица опыта…
На седьмой твари я лишился оружия. Существо вонзило клыки в ветку. Выдернуть не успел. Да и на дереве смог удержаться только благодаря ногам. Пришлось смачивать кровью очередное копье. Проверил рану — пока что ничего особенно. Просто царапина — не более. Да и благодаря холоду боли почти не было.
Теперь действовал более резко и уверенно. Короткий выпад — возвратное движение — падение монстра. Выпад — возврат — смерть. Снова смазать кровь — ткнуть в рожу твари — получить будущий опыт.
Когда осталось с десяток мутантов, я опять не смог удержать кол. Пришлось лезть наверх. Мысленно порадовался, что заготовил их с запасом. На высоте восьми метров на меня дохнул поток ледяного пронизывающего ветра. От свежего воздуха слегка закружилась голова. А быстро я смог привыкнуть к тухлятине! И что же будет летом? Хотя до лета ещё дожить надо.
Монстры теперь находились немного выше. Они лезли по телам погибших товарищей. На всякий случай занял новую позицию — от греха. Опять повторил процедуру со смачиванием.
Я вонзал копье в глаза, в рот, в головы. Вскоре повисла тишина, которую нарушали только потрескивание деревьев. Мутанты закончились. Прежде чем спуститься, выждал пару минут. Всё было тихо. Теперь главное, чтобы не явилась очередная страхолюдна. Хотя не должна — все, кто слышал вопли, уже сбежались сюда. Остальные монстры находятся далеко.
Спрыгнул на землю. На всякий случай приласкал еще несколько тварей и принялся за поиски лопаты. Место, куда она упала, я помнил, вот только там сейчас лежало с десяток тел — пришлось отволакивать их за ноги. Вскоре обнаружил черенок и наконец-то смог вытащить свое основное оружие. Теперь же предстояло не самое сложное, но самое мерзкое дело — отделение голов от тел. И нужно никого не пропустить. Лучше уж скидывать отрубленные части в одну кучу, чтобы потом не запутаться.
На небе появилась Луна, которая хотя бы немного, но всё же смогла осветить бойню. Я вонзал острие, оттаскивал труп, откидывал голову и принимался за новою тварь.
Когда остался последний мутант, я всё-таки решил проверить, что за странная нити находится в области горла. Представляя, что разделываю курятину, вспорол кожу и сухожилия. Податливая плоть легко поддавалась воздействию затупленного ножа. Подцепил лезвием тонкую веревку и вытянул её на поверхность. Описание интерфейса всё также гласило:
Исчадие бездны. Уровень — 1.
Я ожидал, что получу какой-нибудь ингредиент или что-нибудь в этом духе. Ну ладно: нет так нет. Крепко удерживая нож, надавил на себя — неизвестная субстанция с трудом разорвалась. Оповещение показало, что существо повержено. Вчитался в логи — сорок две твари. Неплохой улов. И почему я не вижу на постоянной основе свой уровень? Хотя в самом первом сообщении говорилось, что смогу просматривать личные характеристики только после разрушения алтаря. Ещё бы знать, что это такое и где он находится…
Ещё раз проверил, не упустил ли я какую-нибудь тварь. Вроде нет, всё чисто. Отправился к тому месту, где впервые встретил толпу. Вышел к дороге, на которой просматривались следы трех ног. Это, по всей видимости, охотнички постарались. Заметил разодранные куски одежды и вылизанные кости: а вот и покойный сосед-Димка. Не исключаю, что его, как и меня, пристрелили.
Обнаружил три тушки монстров. Тела, если не считать простреленных голов, были целы. Бессменная лопата принесла мне ещё три единицы опыта.
Неподалеку, выбиваясь из общей картины, стоял заваленный снегом бугорок. Я обошел его и увидел вход в землянку. Принюхался — дохлятиной не пахло. В кромешной тьме нырнул внутрь. Поводил перед глазами рукой, но ладони так и не увидел. Зато понял, как действовать дальше. Развернул в интерфейсе карту и приблизил её. Я снова увидел себя, но теперь проглядывалось и пространство в метре от меня. Сделал неуверенный шаг. Мозг, сменив ракурс обзора, беззастенчиво глючил. Разглядел туристический рюкзак. Залез в него. Вскоре рука нащупала продолговатый холодный предмет. Я улыбнулся и нажал на кнопку. Фонарный луч осветил пространство. А неплохо они тут устроились!
Землянка напоминала комнату: сколоченные нары и столы, пол устлан бревнами и лапником, в четырех углах болтаются ночники. Я нашел ветроустойчивые спички и зажег фитили. Так-то лучше.
Три рюкзака лежали под полкой, на которой громоздилась посуда. Четыре пары обуви стояли на досках над складной печью. Рядом валялись сухие дрова и розжиг. Маловероятно, что охотники захотят вернуться сюда в ближайшее время. Проверил клапаны, в которых обычно хранят документы — пусто. Огнестрела тоже никакого нет. Идти сюда им нет никакого смысла.
Я накидал поленьев, брызнул внутрь пахучим веществом и поднёс спичку. Костер занялся в считанные минуты. Хотя бы отогреюсь, а то уже ног почти не чувствую. Поставил чайник.
У самого входа обнаружил занавеску. Отодвинул и улыбнулся. На меня ровными рядами смотрели пилы, вилы, разнообразные лопаты, ломы. Взял топор. Даже на вид он казался качественнее того непотребства, которым я раньше колол дрова. Провел пальцем по кромке — тут же проступила кровь. На рукоятке ещё был ценник. Брови непроизвольно взлетели вверх, когда я увидел пятизначное число, начинающееся с тройки. И ведь не из золота сделан. Другие инструменты тоже были недешевыми. Прекрасно! Граблю богатеньких, которые без зазрения совести убили своего товарища. Раз могут себе позволить такие безделушки, тогда точно не вернуться. Для них это мелочь. Вот и славно. Будем считать, что я теперь при оружии!
Глава 6. Менталист
Настроение при всей сложившейся ситуации было прекрасным. Я, напевая под нос незамысловатые куплеты, разливал по термосам кофе. На печке грелись упаковки из индивидуальных рационов, коих тут было в избытке. Зафиксированная дверь внушала чувство безопасности. Горели ночники, даруя иллюзию включенного света. Руки крепко сжимали топор с широким лезвием. С оружием я ни на секунду не расставался. Рядом лежали вилы с алмазными острием — в случае чего сразу же смогу вогнать их в голову лезущему исчадию бездны. Ну вот нахрена вообще такие нужны? Для кого их делают? Для обычного сена и обычные сгодятся, а это — бессмысленные понты. Хотя сейчас мне эти понты были выгодны как никогда.