Хозяин пустыни (СИ)

Пока же мне сложно.
Гнилая усталость сразила…
«Всё не так, как кажется на первый взгляд… потом поймёте это…ещё в день вашей свадьбы я почувствовала зарождение новой жизни – своей интуиции привыкла доверять… противоречия вас терзают – не позволяйте ненависти пустить корни… госпожа ни в чём не виновата перед вами, простите жену, у вас есть шанс стать счастливыми» – фразы Фатимы навязчиво звучат в голове: и как мудрые наставления, и как надежда на лучшее, и как приговор, если не исправлюсь, а именно это со мной происходит.
***
На удивление, Диана не противилась ехать в Катар, не спорила и не отстаивала права – молча согласилась с моими условиями. Притихла и предпочла не лезть с вопросами. Даже не пришлось тащить к самолёту, добровольно шла следом, обратно на свободу не рвалась и не умоляла отпустить. Подобная реакция показалась странной – как-то быстро смирилась со своей участью, а ещё я заметил, что напуганной и расстроенной она совсем не выглядела.
Да, поначалу страх и растерянность отразились в её глазах, но, скорее, от неожиданности увидеть меня спустя столько времени. И вряд ли жена спала бы сейчас, отдыхая, как ни в чём ни бывало, в расслабленной позе.
«Может, действительно, я небезразличен ей и что-то значу? Может, рассчитывала и надеялась, как вернусь однажды, а для нас не всё потеряно? Либо на фоне беременности и бушующих гормонов она поменяла мнение на тему наших отношений?» – так или иначе, Диана рядом… и я…
Что я? Хочется поверить всем услышанным словам, но пока не могу…
Присев возле неё, опёрся ладонями по обе стороны от её лица и внимательно изучаю, не в состоянии оторвать взгляда.
Изнываю от дикого жгучего желания прикоснуться по-настоящему: впиться в манящие пухлые губы жадным поцелуем, ощутить их сладость и нежность; зарыться носом в волосы, вдохнуть утончённый аромат; насладиться красивым телом, почувствовать в своей власти и утолить безумный голод истосковавшейся души. Неимоверно тяжело сдерживаться, чтоб не наброситься и не растерзать на части…
Она – моя слабость, зависимость сродни болезненной потребности, одержимость, персональный сорт наркотика, без чего ломает.
«А жена ли? – после всего» – как представлю, что Диана была близка с тем мужчиной, паршиво и тошно становится, сердце рвётся в клочья, наизнанку выворачивает от невыносимой боли и отчаяния, хоть кожу с себя сдирай живьём и вой душераздирающим криком.
Конечно, я понимаю, что их связывало общее прошлое… Впрочем, если она солгала, то пожалеет об этом миллионы раз. Лично я не изменял ей. Наверное, трудно поверить в это, учитывая мужскую физиологию, но за прошедшие месяцы у меня не было других женщин, даже в целях «справить нужду». Никого, кроме неё, не хочу – пленила собой и превратила в своего раба навеки.
– М-да… – я горько усмехнулся, думая, в каком положении оказался волею судьбы, а ведь старуха предупреждала.
Рассматривая Диану, губы сами растянулись в улыбке: она забавно сопит маленьким носиком и обнимает животик – ах, этот милый животик с бесценным сокровищем внутри. Беременность украсила её точёную фигурку, хотя вида я не подал, насколько новость обрадовала и обескуражила меня, стоило услышать о сыновьях.
Лишь бы это было правдой.
Точно. То же самое касается и детей: если и здесь обманула, играя на моих чувствах, понимая и зная, как я мечтаю о наследниках – а тут сразу два, тогда ответит за всё мои страдания и пощады пусть не ждёт. В данном случае, не пойду на поводу у эмоций.
«Да что со мной такое творится?! Сколько можно травить себя?! Хватит!» – противоречие на противоречии возникает: желаю одного, а гнусные мысли опять одолевают с удвоенной мощью, заставляя мучиться ещё больше. Это изощрённая пытка.
Разве так бывает, чтобы любовь и ненависть сосуществовали вместе? – или всё гораздо проще, и во мне, до банальности, говорит обида наравне с задетым оскорблённым мужским эго, поэтому продолжаю терзаться.
«Не повторяйте ни моих, ни своих ошибок, когда найдёте Диану. Вам не жить без неё» – в этом Фатима стопроцентно права.
 
Против истины мы бессильны.
***
Я так долго ждал нашей встречи… И зачем-то извожу себя тем, что уже нельзя изменить, бессмысленно и не имеет значения. Остаётся лишь принять, закрыв условную дверь в прошлое и никогда не возвращаться обратно, а главное – начать писать жизнь с чистого листа…
Умом всё понимаю, но планы расходятся с поступками.
«Как сделать так, чтобы всем было комфортно?» — два чувства борются во мне…
Смотрю на жену и никак не налюбуюсь ею, не надышусь – от осознания того, что Диана теперь со мной и никуда не денется, в груди становится горячо-горячо, голова плывёт в пьянящих ощущениях, а эмоции зашкаливают. Сижу рядом с ней и подобно верному псу охраняю сон. Сдерживаться неимоверно сложно, не могу устоять перед острой необходимостью прикоснуться к моей женщине, хотя бы с помощью невинного жеста взять немного тепла и заполнить едкую пустоту, поселившуюся внутри за последние месяцы.
Невесомо провёл пальцами по её щеке и губам, а потом переместил ладонь на животик и нежно погладил. И, каково было моё удивление, стоило почувствовать ответные толчки – лёгкие, плавные, осторожные. Как же приятно – словно дети приветствуют меня таким образом и знакомятся, а между нами устанавливается прочная связь.
Раньше я не трогал своих жён, когда те находились в положении, какого-то особого интереса это не вызывало, впрочем, как и желания участвовать в процессе вынашивания ребёнка, пусть даже подобным способом – всесторонней поддержкой. Ведь единственное, что от них требовалось – родить наследника. Больше ничего не волновало и не заботило.
А подарит мне сыновей Жемчужина, о чём давно мечтал. Двойная радость!
«Надеюсь, вы мои» – мысли об этом греют душу. Если она не солгала насчёт сроков, в чём убедиться несложно, то, выходит, беременность наступила незадолго до свадьбы. Но поверить ей на слово… нет…
Как только дети родятся, сделаю ДНК-экспертизу – и как бы ни было это намерение унизительным, в первую очередь, для женщины, по-другому не получится выяснить правду. Боюсь обмануться снова. Второго удара судьбы я не перенесу, что добьёт и уничтожит меня окончательно.
***
Увлёкшись поглаживанием животика, я не сразу заметил — в какой момент Диана проснулась. И лишь когда положила свои ладони поверх моих рук, обратил на неё внимание.
«Давно не спит? Как долго подглядывает за мной?».
– Малыши шевелятся, – она улыбнулась. Искренне, как показалось. Ничуть не боится – теперь отчётливо вижу это. Поведение спокойное и, как будто даже… выглядит довольной?
Неужели, всё устраивает? Происходящее сейчас – непривычно для меня, необычно наблюдать её в таком настроении. А ведь именно к этому я и стремился, чтобы реакция жены на моё появление — избавила от любых сомнений и вселила надежду на лучшее.
В итоге — я неожиданно для себя растерялся. Хотел отстраниться, но Диана опередила и не позволила мне встать. Выпрямилась и крепко ухватилась за мои запястья, не желая отпускать, что тоже поразило.
– Выслушай. Пожалуйста… – смотрит прожигающим насквозь взглядом.
Чувствую, как мгновенно попадаюсь под чарующий магнетизм насыщенных голубых глаз. Любимое лицо так близко... Нас разделяет всего каких-то несколько сантиметров: осталось склониться к губам и поцеловать. И всё-таки я убрал её руки от себя, отойдя в сторону, пока в состоянии совладать с собой – потом меня будет не остановить.
– Знаешь… – она облегчённо выдохнула и улыбнулась ещё шире, – а я рада, что ты приехал за мной. У детей будет настоящий отец.
«Пытается повлиять на моё мнение и усыпить бдительность сладкими речами?» – вот в чём причины внезапного порыва, и это вызывает одно раздражение, опять причиняя боль. Не я волную жену и точно не совместная семейная жизнь её интересует, страх движет – лишиться возможности воспитывать детей и видеть, как они растут.
– Я очень прошу: не разлучай меня с сыновьями, – «надо же, уже умоляет». – Сделаю всё, что пожелаешь. Только позволь быть рядом с нашими мальчиками, без них погибну… Это тебе я больше не нужна, а им необходимо материнское тепло и забота.