Лип Смекер (ЛП)

Закончив спорить сама с собой, я сказала:
— Мы все закончили.
Я скомкала тряпку и бросила её в корзину для белья, как баскетболист, делающий трёхочковый бросок. Свист! Ничего, кроме корзины.
Логан выглядел впечатлённым.
— Отличный бросок.
— У меня сумасшедшие навыки, йоу.
— Так и есть.
Мой взгляд метался по сторонам, стараясь не потеряться в его глазах и не упасть на его промежность, зная, что клочок материи — единственное, что отделяет меня от страны добра и зла.
— Спасибо тебе за всю твою помощь, — сказала я.
— Это я должен благодарить тебя. Я был в восторге.
В комнате воцарилась тишина. Я не могла читать мысли Логана, но мои перебирали правдоподобные причины, по которым нам двоим стоило бы побыть вместе подольше.
Мои руки дрожали, поэтому я упёрлась ими в бёдра.
— И та-а-а-ак…
— Знаешь что? Мы так и не поужинали. Ты голоден? Потому что я умираю с голоду.
— Я бы поел. Но поблизости нет ни одного ресторана.
— Мы стоим на кухне. Здесь должно быть что-нибудь съедобное.
Ты.
Открыв шкафчики, Логан начал рыться в поисках еды. Я не сразу присоединилась к нему, потому что наблюдать за ним было веселее. В конце концов, я поддалась менталитету командного духа и присоединилась к поиску. Я безуспешно обыскала всю стену шкафов, когда мой подельник по преступлению сделал открытие.
— Один ноль в мою пользу, — сказал он, стоя перед открытым холодильником.
— Что у тебя?
Логан обернулся с широкой улыбкой, держа в руках блюдо с фруктами и сыром. Он подошёл ко мне гордый, как павлин. Затем он отошёл в другой конец комнаты и вернулся с двумя табуретками.
Он сел за стойку перед большим застеклённым окном и снял крышку с блюда:
— Садись, ешь.
Я заколебалась, напоминая себе, что он был врагом. Казалось, мне было очень легко забыть этот факт. Поскольку я устала и проголодалась, может быть, будет нормально, если я отложу свою враждебность на сегодня. Завтра я могла бы вернуться к своему полному отвращению к нему.
— Это должно кому-то принадлежать, Логан, — сказала я, запрыгивая на табурет.
— В холодильнике есть ещё один. Я позабочусь о том, чтобы завтра первым делом заменить вот это, — он отправил в рот квадратный кусочек оранжевого сыра.
Почувствовав мои опасения, Логан взял большую клубнику и подержал её передо мной:
— Давай, Лип, попробуй её на вкус. Все крутые ребята делают это, — ухмыльнулся он.
Мой взгляд переместился с его лица на клубнику и обратно.
— Ты обещаешь, что заменишь всё блюдо целиком?
— При первых лучах рассвета.
Я выхватила фрукт у него из рук и откусила большой кусок. Он был сладким, сочным и буквально взорвался у меня во рту.
Несколько минут мы ели в тишине. По мере того как шло время, я ожидала, что возникнет неловкость, но этого так и не произошло. Как раз наоборот. Это было удобно и волнующе одновременно.
Выглядя слегка смущённым, Логан сорвал красную виноградину и покатал её между большим и указательным пальцами.
— Могу я тебя кое о чём спросить?
Я кивнула с набитым Гаудой ртом:
— Валяй!
— Что заставило тебя выбрать «Мосты»?
Я была застигнута врасплох его вопросом. Помимо короткой поездки сюда со свадебного приёма, это был первый раз, когда мы были одни и нас ничто не отвлекало. Я приготовилась к тому, что он снова ударит меня фразой о предложении Харпер. В конце концов, именно поэтому он и пригласил себя с собой. Я затормозила, отправив в рот кусочек ананаса.
— Ты не обязана отвечать на это, если это слишком личное, — искренность в выражении его лица пробила бульдозером эту железную стену.
Глядя мимо него, я сказала:
— Оба моих родителя погибли в автомобильной катастрофе четыре года назад.
— Мне жаль. Они бы очень гордились тем, какая ты удивительная женщина.
Ответ Логана шокировал меня больше, чем его вопрос. Он смотрел на меня с восхищением, а не с жалостью. Мне нравилось, что он это делал. Всякий раз, когда люди узнавали о моих родителях, в их глазах всегда было столько жалости. Я ненавидела этот взгляд.
— Спасибо. Когда мои бабушка и дедушка впервые сказали мне об этом, я не поверила. Я не могла представить себе мир без них. До этого момента я не думала о смерти и не переживала утрату. Даже с домашним животным.
 
— Я чувствовал то же самое, когда умерла моя младшая сестра, — голос Логана был тихим, как будто он не мог решить, стоит ли делиться этой частью своей жизни.
Мой взгляд метнулся к нему. Боль в его глазах была душераздирающей. Мне захотелось соскользнуть со стула и обнять его. Но я сдержала этот порыв.
— Как её звали?
— Мэйзи. Ей было восемь лет, когда она умерла от лейкемии. В течение двух лет она проходила все доступные методы лечения. Последней была пересадка костного мозга. Я до сих пор отчётливо помню, как мои родители возвращались домой после приёма у врача, такие взволнованные и полные надежд. Мой младший брат Джош, мои родители и я — все мы прошли тестирование, чтобы выяснить, может ли кто-нибудь из нас стать донором.
Я не знала, когда его семья пострадала от этой трагедии, но чувство утраты Логана было ощутимым. И тут меня осенило. Это была та самая «вещь», через которую он прошёл в старших классах.
— Ты был её донором, — невольно прошептала я.
Когда его взгляд встретился с моим, я поняла, что была права. Захваченная моментом, я соскользнула со стула и обняла Логана. Его руки автоматически обхватили меня. Мы оставались в объятиях друг друга несколько секунд, молча даря и получая утешение.
— Это была не твоя вина, — слова вылетали из меня так, словно у них был свой собственный разум.
Его руки крепче обхватили меня. Я не была уверена в том, что происходило между нами. Но я была уверена, что моё сердце подсказывало мне поступить правильно.
— Её последний год должен был быть наполнен жизнью, а не смертью в больнице, — прошептал он.
Я отстранилась, но его руки остались на моей талии. Наши лица были всего в нескольких дюймах друг от друга.
— Иногда жизнь действительно может быть отстойной, — прошептала я.
Логан поднёс руку к моему лицу и погладил мою щеку костяшками пальцев. Его пристальный взгляд был прикован к моему. Я собрала все свои силы и навыки консультанта. Моё объятие предназначалось для того, чтобы утешить того, кому, как я знал, было больно. Это не должно было быть приколом. Я высвободилась из его объятий и вернулась на свой стул. Логан выглядел разочарованным, но у меня было чувство, что он понял мои действия.
— Как только прошёл шок от того, что случилось с моими родителями, я напрягла свой мозг, пытаясь разобраться во всём этом. Я не хотела верить, что это была просто случайность, что они оказались на том же перекрёстке, что и водитель-наркоман, который врезался в них. Это слишком больно, чтобы быть случайным.
— Ты когда-нибудь выясняла «почему»?
Глядя в пару заботливых голубых глаз, я сказала:
— Нет. Во всяком случае, пока.
— Сегодня я видел много счастья на лицах детей. Всё оно было помещено туда тобой.
— Не недооценивай себя. Благодаря тебе здесь было много улыбающихся девочек-подростков.
— Ты помогаешь этим детям на время забыть, какой тяжёлой может быть жизнь, потому что ты знаешь это не понаслышке.
— Ты когда-нибудь выяснял «почему» о своей сестре?
— Нет. Во всяком случае, пока.
Что-то произошло между нами в этот момент. Я не могла точно подобрать этому название. Может быть, родственные души. Всё, что я знала, это то, что эта ночь повернула в опасном направлении. Логан был не просто сексуальным парнем, который заводил меня со старшей школы. Он был человеком, который пережил взлёты и падения в жизни. Человек, который понимал боль потери любимого человека и её последствия.
— Почему ты здесь, Логан?
Не колеблясь, он сказал:
— Из-за тебя.
Мои брови нахмурились.
— Попробуй ещё.
— Ты мне нравишься, Лип Смекер.