Киберклан 90.200.10. Книга 1: Сабаи (СИ)
— Ты это! Предупреждай хотя бы! — прикрикнул я.
— Порядок, — ответил Зоркий глаз, — Повернись.
Легко, блин, сказать!
Держась за стену, которая никак бы меня не подстраховала в случае падения, я описал плавный полукруг на трещащей от натуги бочке. Уткнулся взглядом в стену.
Неожиданно почувствовал, как Зоркий глаз становится легче. Давящая на плечи тяжесть улетучилась, ноги товарища взмыли вверх, и я остался внизу один. Только и успел увидеть, как сапоги Зоркого глаза исчезают в открытой шахте воздуховода. Решётка свисала возле стены на одном винте.
Вот тебе и побег. А я ещё думал, что слепой станет обузой.
Он развернулся в вентиляции и подал мне руки. Я не без труда вскарабкался в трубу. Ноги скользили по стене, но я цеплялся изо всех сил, да и Зоркий глаз — даром что тощий — не подвёл.
Мы снова оказались в здании института, пусть и несколько экстравагантным способом. Едва я залез, как Зоркий глаз уже куда-то пополз, ловко перебирая ногами. В трубе было довольно тесновато, голову почти невозможно поднять, но зато есть пространство для манёвров в длину и ширину.
— Осторожно! — предупредил товарищ и полез дальше. Я полз следом на небольшом расстоянии.
В вентиляции было пыльно и душно. Продвигаться приходилось чрезвычайно медленно, поскольку малейший звук отдавался громким гулом. К тому же ещё и не видно ни зги. Пару раз я не заметил поворот и долбанулся лбом в стенку. Зато сквозь редкие решётки можно было глядеть, что происходит во внутренних помещениях здания.
Честно говоря, ничего интересного я не заметил. Чаще всего снаружи было темно. Кабинеты пустовали, свет везде был выключен. Мы ползли по некой хитрой траектории, время от времени сворачивая в боковой лаз. Нередко Зоркий глаз останавливался и лежал, не то прислушиваясь, не то принюхиваясь. И бормотал что-то себе под нос. Затем мы продолжали путь.
Длилось это недолго. Через несколько минут мы перебрались через дыру над чёрной пропастью — кто-то заведомо снял решётку посреди лаза. Но уже через несколько метров Зоркий глаз уверенно вынырнул наружу, через точно такой же люк, с той лишь разницей, что в нём виднелся свет.
Спрыгнув на пол, я поначалу оторопел. Комнату заполнял монотонный гул. Повсюду были люди. И не в колбах, а в креслах с откидными спинками. Того гляди встанут и схватят нас. Но потом я пригляделся и понял — не встанут. Во первых, ноги у них отсутствовали, а с ними всё остальное, что должно быть ниже пояса. Недостающие части тела заменяли странные незнакомые устройства в однообразных пластиковых корпусах. Снизу из прибора, выходили пучки кабелей, перетянутые жгутами. Магистрали бесконечных проводов стекали с кресла на пол, перемешивались друг с другом и устремлялись к стене, где стояли серверные стойки, издающие равномерное гудение.
Я подошёл ближе. Существо, которое в целом ещё можно было назвать человеком, на деле сохранило в себе минимум человеческого. Неестественная худоба, атрофированные мышцы, искусственная кожа плотно облегала тело. Но, судя по глубокой впадине в районе живота, все внутренние органы давно изъяты. Костлявые руки гуманоида покоились на низких подлокотниках, плотно зафиксированные ремнями. Через тонкий катетер в вену поступала тёмная жидкость из резервуара в изголовье кресла. Голова — череп, обтянутый кожей без прорезей для рта и глаз. Нос ввалился, но кислород продолжал поступать через трубочку. Костлявая грудь слабо вздымалась. На лысой макушке помаргивали многочисленные датчики.
Существо — как и его соседи по кабинету — весьма походило на органический источник питания, часть некой системы или механизма.
— Что это за место? — спросил я.
Зоркий ощупал прикованное к креслу тело, всплеснул руками и покачал головой. Одно было ясно — задерживаться здесь не стоит.
— Ладно, куда дальше?
Я отыскал дверь. Заперто, допуск по биометрическим данным. Иначе и быть не могло!
— Зоркий, тут тупик!
Но Зоркий ни капли не расстроился. И не торопился уходить. Он уселся прямо на пол, в своей привычной манере, словно собрался медитировать. И что у этого чудака на уме? Может он не до конца оправился после контакта с Вафу?
Я обошёл весь кабинет, в поисках чего-нибудь полезного. Увы. Только пять рядов кресел с людьми-батарейками, сервера и компактные системы жизнеобеспечения, гоняющие воздух по лёгким и кровь по венам. Сколько лет они так существуют? И как часто сюда забредает какой-нибудь Ларсон, чтобы смахнуть пыль с подопечных? Не похоже, что это помещение пользуется популярностью, и всё же риск оправдан только тогда, когда у тебя есть хотя бы основной план. О запасном уже и не мечтаю.
— Ты как хочешь, Зоркий, а я лучше вернусь в воздуховод. Там всяко безопаснее.
Зоркий покачал головой и ответил:
— Ждём.
— Кого ждём-то? Охрану? Или восстания машин?
Он лишь жутковато улыбнулся. Из глазницы свисал контакт с раскуроченным штекером, и снова сочилась буроватая жидкость. Ночные кошмары на ближайший месяц мне были обеспечены.
Но вдруг из вентиляции донёсся шелест.
— Говорят, тут водятся паразиты. Какие-то грызуны. Питаются проводами. Знаешь таких?
Никакой реакции от Кайоши. Шелест усиливался. Я отошёл от дыры подальше. Тут из лаза показались две тонкие бледные руки с длинными пальцами. Затем — зубастая физиономия. Этот хищный оскал — мечту частного дантиста — сложно было с чем-то спутать.
— О! — воскликнул я, — Грах! То есть, Гхар! То есть, блин…
— Можешь звать меня Хулуд, — дружелюбно отозвался ниддлеанец, вылезая из трубы. Он был весь выпачкан в пыли, одежда основательно изорвалась. Сапоги исчезли.
— Наконец-то я вас отыскал, — сказал Хулуд.
— Ты нас искал?
— Ну да. Я видел, как ты встретился со смотрителем, а потом Зоркий сказал, что тебя бросили к нему.
— Так это ты шуршал в воздуховоде там, в приёмной?
Хулуд кивнул.
— Куда мы теперь? И где остальные?
— Всех заперли внизу, кроме мужедевки.
— Заперли как нас?
— Ага.
— Так… Надо их вытаскивать.
— Да, придётся, — Хулуд потрепал Зоркого глаза по плечу, тот встал. — Идите сюда.
Он огляделся и указал на одно из распластанных в кресле тел:
— Используем его.
— В смысле? Как?
— Как открывашку. Нанобот сказал — должно сработать.
— А почему именно его?
— Этот с глазами.
Я присмотрелся. Действительно, у данной особи, кем бы она ни была, присутствовали органы зрения, прикрытые веками. И даже рот наличествовал.
— Надо его отсоединить и открыть дверь, — сказал Хулуд.
До меня начало доходить.
— Хитро придумано. Но как мы это провернём?
— С помощью него.
Хулуд достал из-за пазухи небольшого шестилапого зверька с короткой серой шерстью и огромным количеством маленьких красных глазок. Зверёк стрекотал, извивался и дрыгал лапками.
— Так это и есть тот вредитель?
— Да. Нижние уровни ими кишат.
— Ох!
Хулуд поднёс зверька к основанию распределительной коробки и дал ему зацепиться за кабель. В ту же секунду зверёк с хрустом вгрызся в пучок проводов.
— Отстегни ремень! — сказал Хулуд.
Я принялся высвобождать руку «батарейки» от пут. Осторожно вывел катетеры из вен. Затем повторил процедуру на второй руке, пока Хулуд перетаскивал прожорливую зверюгу за шкирку от одного узла проводов к другому. Вскоре из коробки торчали только огрызки медных жил. Пациент на все эти манипуляции никак не отреагировал, даже когда я вынул из носа дыхательную трубку.
— А теперь под руки, и понесли. Только аккуратно, — предупредил Хулуд, — Они хрупкие.
— Кто все эти люди?
— Как я понял — внештатные работники. Решают тут какой-то Парадокс Гитлера.
Больные ублюдки.
Мы подтащили бесчувственное тело к выходу. Оно, однако, оставалось живым. Я слышал над ухом сиплое дыхание. Тело оставалось тёплым. Где витал его разум и сохранился ли таковой — загадка.
Мы поднесли его к биометрическому сканеру. Я прижал безвольную ладонь к панели, Хулуд двумя пальцами раздвинул веки и нацелил мутный глаз на объектив.