Киберклан 90.200.10. Книга 1: Сабаи (СИ)
Технотриллер чистой воды. Я спросил тихонько у Циклопа — что вообще происходит с Зорким глазом. Лоуренс ответил, что и сам знает не много. Зоркий служил в Гвардии ещё дольше него, как минимум лет пятнадцать. А до этого вроде побывал в плену у киборгов в эпоху Восстания. Там ему промыли мозги, а потом заменили левое полушарие протезом, попутно нашаманив ещё и аналоговые зрительные органы, полностью совместимые со старой зеркальной фототехникой. Зоркий глаз, впрочем, спасся и сохранил человечность. Что он забыл на Кибере — загадка. Впрочем, нашивки Этанару говорили сами за себя. Старый солдат — всё равно солдат.
Мы — трое салаг со скромными пожитками — смотрелись на новом месте бедными родственниками. В моём распоряжении тоже оказался захламлённый верстак с деталями винтовок и какими-то чертежами, но вскоре он опустел — Нанобот сгрёб всё в свои закрома. Я смог частично разгрузить чемодан. Портативный холодильник произвёл фурор. Циклоп сказал, что по уставу иметь такие устройства солдатам запрещается и полагается сдать его на хранение до конца службы, поэтому наш общий долг отныне — скрывать холодильник от посторонних и хранить его (и в особенности содержимое) как зеницу ока. Холодильник был польщён и угостил всех мороженым.
Ещё я попытался активировать устройство Сифри, но, увы, ни у кого не оказалось переходника для евровилки. Зоркий глаз задумчиво рассмотрел приставку, изучил разъёмы и замер, устремив к небу указующий перст.
Я ждал, что он сейчас изречёт что-то очень мудрое. Но Циклоп расшифровал его жест:
— Точно! Запитаем от экрана.
И взглянул на потолок и присвистнул — а экрана-то и не было! Свет в комнате обеспечивали настенные лампы. Но это оказалась лишь видимость.
Циклоп привстал на краешек стола, нащупал что-то на потолке и потянул на себя. «Потолок» обвис и оказался маскировочным полотном, под которым всё это время находилась панель экрана, целая и ярко светящаяся.
— Спать мешала, — пояснил Нанобот.
Но сделать ничего мы не успели — раздалась команда на выход для всех командиров отделений.
Лоуренс всплеснул руками:
— Начинается!
— Давай, чувак. Не подведи! — Нанобот хлопнул друга по плечу. Циклоп схватил со стола чертёжный планшет, прихватил на ходу какую-то диковинную штуку с кристаллической батарей и ушёл.
— Куда это их? — спросил Натан.
— Наряды на следующую неделю раздают. Заодно попытаемся пропихнуть начальству новую тактику и защитим Кроху от утилизации.
— Кроху?
— Это мы так челнок называем. Он в два раза меньше новых, теперь такие только в учебке и остались. Остальные капец здоровые, на двенадцать голов. Кто-то на производстве решил, что удвоение — это круто.
— И как, стоило того? — поинтересовался я.
Пьер пожал плечами:
— Потери удвоились, результат налицо, гы-гы!
Циклоп вернулся быстро и с пустыми руками, но в хорошем настроении.
— Взяли на рассмотрение. Ремонт одобрили, временно. Сказали, что в крайнем случае оставят Кроху в учебке. Это чтоб мы не зря батрачили, если проект завернут.
— Добро, — кивнул Нанобот. — А что по нарядам?
— Полевое слаживание.
— Оооо, зашибись! Надоело уже тут торчать. Или погоди… — Нанобот подозрительно сощурился, — надеюсь, не на этих сверхзвуковых гробах?
— Сегодня — нет. Потом на неделе — придётся. Для общего развития.
— В составе двух отделений? — уточнил механик.
— Увы, — Циклоп покачал головой. — Рано или поздно всё равно это случилось бы. Ну да ладно. Сегодня всё равно играем по своим правилам. А, кстати, о гробах…
Он повернулся ко мне:
— Дуй к Серверу РЛС, Стопарь. Видеть тебя желает.
Я насторожился. Не нравился мне этот ящик.
— Зачем?
— Почём мне знать? Только быстро давай. У нас плотный график.
Я пулей помчался в кабинетик, где стоял Гроб. Сервер, по-видимому, тоже был при параде — на корпусе под монитором сверкали две медальки Кибернетических войск. Я представил, как этот чёрный ящик, верхом на электрообогревателе и с наношашкой наголо ведёт в бой армию бесстрашной кухонной техники. И начал думать, что фуражку ему отнюдь не в шутку пририсовали.
— Вызывали, сэр?
— Рядовой Сабаи?
— Так точно!
— Входя в кабинет, рапортуйте по форме!
— Извии… То есть, виноват, сэр! Рядовой Сабаи по вашему приказанию прибыл, сэр!
— Хм. Ладно, на первый раз проявим снисхождение, из-за вашего недуга…
— Какого-такого недуга? — грянул за спиной стальной голос.
Я обернулся и вытянулся в струну: в кабинет вошёл интендант.
— Вольно, рядовой, — полковник вошёл и прикрыл за собой дверь. — Так о каком недуге речь?
— Согласно показаниям, острая форма финансизма, — доложил сервер. — Двадцать процентов личного состава поражены этой болезнью. Данные о симптомах…
— Да это не болезнь, сэр! — вмешался я.
— Все заражённые так говорят. Это первый симптом.
— Ага… Ясно. Старшина, отбой.
— Есть, сэр!
Экран моргнул, гудение плавно утихло.
Полковник хмыкнул и повернулся ко мне:
— Ну-с.
— Здравия желаю, господин полковник, сэр! — я выгнул грудь колесом, чтобы выглядеть боевитее.
— Вольно, Сабаи, вольно. Забудем ненадолго про звания, на расшаркивания времени нет. Будем просто Каташи Закиро и Майкл Сабаи. Так ведь тебя зовут?
— Нет, сэр. Микайо, — нехотя выговорил я.
— Ты выдумал себе другое имя?
— Это только для посторонних, сэр. Друзья и домашние знают меня как Микайо.
Я соврал. По имени меня называл только учитель Вафу, фанат старой школы. Подозреваю, что именно он подправил мои данные в прошении о зачислении. С детства ненавидел своё имя — с подачи одноклассников. Вас когда-нибудь дразнили бревном? А пнём-бревном? Вот.
— Тогда, если позволишь, я присоединюсь к ним. В конце-концов, все бойцы мне как дети.
Вот спасибочки! Я подавил смешок и кротко кивнул.
— Но, ближе к делу, — Закиро доверительно понизил голос. — Я рассмотрел рекомендации от твоего наставника, магистра Довафу. Он считает тебя одним из самых перспективных своих учеников, в чём я лично не сомневаюсь. Через эти стены прошли многие выпускники мастера. Некоторые из них вписали себя в историю Кибера как безупречные воины и истые хранители ценностей клана Этанару. Сам я, как видишь, тоже…
Он подставил левое плечо с гербом Этанару — символ бесконечности, вписанный в алое око Нихона. Ну, кто бы сомневался!
— Не люблю хвастать, но я служил в этой самой роте, под началом генерала Этанару. Праправнука первого Патриарха. Спустя время, правящая семья поручила заботу о Кибере мне.
— Для меня большая честь служить Гвардии и нашему клану, — я поклонился. Этого требовал этикет.
— Не сомневаюсь, ещё послужишь! Для учеников Довафу всегда найдётся достойное применение. Скажи, как у тебя обстоят дела с шаманскими практиками? Сколько ступеней ты прошёл?
— Э…
Я замялся. Как бы это потактичнее сказать? Вафу выпер меня из своего техномагического кружка раньше срока. Занятно, что в рекомендации он об этом умолчал, да ещё и наградил меня эпитетом «перспективный». Впрочем, он это и мне талдычил до шестнадцати лет. «Микайо, ведь ты действительно бревно! Но при должном упорстве, мы выстругаем из тебя нового мастера нейролингвы, не меньше!»
Он снимал с меня стружку за стружкой, в старшей школе и в университете, но речи о перспективности и высвобождении моей шаманской сущности звучали всё реже. Потом меня поглотила беззаботная студенческая жизнь, и мы с Вафу разошлись как в море корабли. Примерно так я себе это и представляю: я — роскошный лайнер, уходящий в свободное плавание, а Вафу — начальник верфи, разбивающий мне об корму символическую бутылку шампанского. В реальности битьё об корму точно было.
— Семейные… обстоятельства, сэр, — вымолвил я. — Они не дали мне пройти испытание Нулевой ступени. Так что мои навыки… носят действительно перспективный характер.
Интендант снисходительно улыбнулся, но я заметил искорку разочарования в его взгляде. Он сказал: