Приятель фаворитки. Царственный пленник
Через полчаса мы достигли перекрестка дороги. Зант натянул повод.
– Направо лежит наша дорога, – сказал он. – Налево дорога к замку. Каждая около восьми миль длины. Слезайте.
– Но они нас настигнут! – вскричал я.
– Слезайте! – резко повторил он; и я повиновался.
Лес был очень густ, даже у самой дороги. Мы провели наших лошадей в чащу, завязали им глаза платками и встали около них.
– Вы хотите знать, кто они такие? – прошептал я.
– Да, и куда они едут! – отвечал он.
Я видел, что Зант держит револьвер в руке.
Ближе и ближе слышался стук копыт. Луна светила теперь ярко, так что вся дорога была от ее света бела. Почва была твердая, следов мы не оставили.
– Вот они! – прошептал Зант.
– Это герцог!
– Я так и думал! – отвечал он.
Это был герцог и с ним дюжий молодец, которого я знал хорошо, и который впоследствии имел случай узнать меня: Макс Гольф, брат Иоганна-ключника и телохранитель его высочества. Они настигли нас: герцог натянул повод. Я видел, что палец Занта с любовью обвился вокруг курка револьвера. Я думаю, что он охотно бы дал десять лет жизни за один выстрел; и он бы мог подстрелить Черного Майкла так же легко, как я какую-нибудь сову на кровле фермы. Я положил руку на его локоть. Полковник успокоительно кивнул головой: он всегда был готов пожертвовать удовольствием во имя долга.
– Которой дорогой? – спросил Черный Майкл.
– К замку, ваше высочество, – посоветовал его спутник. – Там мы узнаем правду!
С минуту герцог колебался.
– Мне казалось, что я слышу стук копыт! – сказал он.
– Не думаю, ваше высочество!
– Почему же нам не ехать к павильону?
– Я боюсь западни. Если все благополучно, зачем нам ехать к павильону? Если же нет, это западня, чтобы захватить нас!
Внезапно лошадь герцога заржала. В одну секунду мы тесно завернули наши плащи вокруг голов наших лошадей и, держа их таким образом, стали целить револьверами в герцога и его слугу. Если бы они нашли нас, мы бы убили их или захватили в плен.
Майкл еще обождал минуту. Потом вскричал: – Итак, к Зенду! – всадил шпоры в коня и карьером пустился вперед.
Зант поднял вслед за ним свое оружие, и на его лице появилось такое живое выражение сожаления, что я употребил большое усилие, чтобы не расхохотаться.
Минут десять мы оставались на том же месте.
– Видите, – сказал Зант, – они прислали ему известие, что все благополучно!
– Что это значит? – спросил я.
– Бог знает, – сказал Зант, мрачно хмурясь. – Но это известие привлекло его из Стрельзау с редкой поспешностью!
Тут мы сели в седла и поехали так скоро, как наши усталые лошади могли нести нас. Последние восемь миль мы не говорили больше. Наши сердца были полны страха. Все благополучно! Что это значит? Все ли благополучно с королем?
Наконец, появился и павильон. Пришпоря лошадей в последний раз, мы доскакали до калитки. Все было тихо и спокойно. Ни одна душа не вышла к нам навстречу. Мы поспешно спрыгнули с коней. Вдруг Зант схватил меня за руку.
– Смотрите сюда! – сказал он, указывая на землю.
Я посмотрел вниз. У моих ног лежали пять или шесть шелковых платков, измятых, изрезанных и порванных. Я вопросительно повернулся к нему.
– Это те, которыми я связал старуху! – сказал он. – Привяжем лошадей и пойдем!
Ручка двери повернулась без сопротивления. Мы вошли в комнату, где прошлой ночью происходила попойка. В ней еще были раскинуты остатки нашего ужина и пустые бутылки.
– Дальше! – вскричал Зант, которому его удивительное хладнокровие начинало изменять.
Мы кинулись вниз по коридору, по направлению к погребам. Дверь угольного погреба стояла широко открытой.
– Они нашли старуху! – сказал я.
– Об этом можно было догадаться по платкам! – уточнил он.
Тогда мы подошли к дверям винного погреба. Они были заперты и казались совершенно такими, какими мы оставили их утром.
– Все благополучно! – сказал я.
Но тут прозвучало громкое проклятье Зайта. Его лицо побледнело, и он снова указал на землю. Из-под двери расплылось по полу красное пятно и застыло там. Зант уперся о противоположную стену. Я дернул дверь. Она была заперта.
– Где Иозеф? – пробормотал Зант.
– Где король? – отвечал я.
Зант вытащил фляжку и поднес к своим губам. Я побежал обратно в столовую и схватил тяжелые щипцы от камина. В моем страхе и возбуждении я осыпал ударами замок двери и выпустил в него заряд. Наконец замок отскочил, и дверь открылась.
– Дайте мне свечку! – сказал я; но Зант все стоял, прислонившись к стене.
Он, конечно, был более взволнован, так как любил своего господина. За себя он не боялся – никто не видал его испуганным: но при мысли, что находилось в этом темном погребе, лицо всякого человека могло побледнеть. Я взял сам серебряный подсвечник со стола в столовой и зажег свечу; возвращаясь, я почувствовал, как горячий воск капал на мою голую руку, так как свеча качалась взад и вперед; поэтому я не имею права презирать полковника Занта за его волнение.
Я дошел до дверей погреба. Красное пятно, принимая все более и более коричневый оттенок, распространилось внутри. Я сделал два шага в середину погреба и поднял свечу высоко над головой. Я увидел бочки, полные вина; я увидел пауков, ползающих по стенам, я увидел также пару пустых бутылок, лежащих на полу; а потом, далеко в углу, я увидел тело человека, лежащего на спине, с широко расставленными руками и кровавой раной на шее. Я подошел к нему и, став на колени около него, поручил Богу душу этого верного человека. Это было тело Иозефа, маленького слуги, убитого во время охраны короля.
Я почувствовал руку на своем плече и, повернувшись, увидел глаза Занта, блестящие, с выражением ужаса, рядом с собой.
– Король? Боже мой! Король? – причитал он хрипло.
Я повел свечой кругом по всему погребу.
– Короля здесь нет! – сказал я.
VII
ЕГО ВЕЛИЧЕСТВО НОЧУЕТ В СТРЕЛЬЗАУ
Я поддержал Занта и вывел его из погреба, плотно заперев за собой расшатанную дверь. Минут десять или более мы молча сидели в столовой. Потом старик Зант протер кулаками глаза, тяжело вздохнул и снова стал самим собой. Часы на камине пробили час, и он, топнув ногой по полу, сказал:
– Они овладели королем!
– Да, – отвечал я, – все благополучно, как сказано в депеше к Черному Майклу. Что за минута должна была быть для него, когда раздалась пальба в честь короля сегодня утром в Стрельзау! Хотелось бы узнать, когда он получил это известие?
– Должно быть, оно было послано утром, – сказал Зант. – Они, вероятно, послали раньше, чем слух о вашем приезде в Стрельзау дошел до Зенды, я думаю, что вести шли из Зенды!
– И он весь день носился с ними! – воскликнул я. – Клянусь честью, я не один провел сегодня тяжелый день. Что думал он, Зант?
– Не все ли равно? Что думает он теперь?
Я встал.
– Мы должны вернуться в город, – сказал я, – и собрать армию в Стрельзау. Нам следует пуститься в погоню за Михаилом раньше полудня!
Старик Зант вытащил трубку и бережно закурил ее от свечки, которая горела на столе.
– Король может быть убит, пока мы сидим здесь! – настаивал я.
Зант курил минуту молча.
– Проклятая старуха! – вырвалось у него. – Она, вероятно, как-нибудь привлекла их внимание. Я вижу всю игру. Они явились, чтобы захватить короля – и, как я говорю, – каким-то образом нашли его. Если бы мы не отправились в Стрельзау, вы, и я, и Фриц, все были бы в раю теперь!
– А король?
– Кто знает, где теперь король! – заметил он.
– Итак, двинемся в путь! – сказал я, но он сидел неподвижно.
Вдруг он разразился своим хриплым смехом:
– Клянусь Юпитером, мы задали тревогу Черному Майклу!
– Поедем, поедем! – повторил я нетерпеливо.
И мы побеспокоим его еще немного, – прибавил он, пока хитрая улыбка расплывалась по его морщинистому загорелому лицу и зубы кусали кончик седого уса. – Да, милый мой, мы поедем обратно в Стрельзау. Король будет снова в своей столице завтра!