Темноволье

– Тюрьма в магическом кольце проклятой светлой стражи. Да проклянет их Тьма!
– Да проклянет! – горячо поддержал я эту мысль – Нет ли лазейки через стену?
– Отсюда нет… проклятая стена правосудия несокрушима для столь слабых как мы… Ох если бы еще жили темные титаны в наше время… эти крушители проклятого света…
– То есть никак?
– Попади внутрь кольца стены… и великий Крутован дотянется до тебя своими корнями… его шепот настигнет твои уши, Шмыг… я засыпаю…
– Подожди! Но как туда попасть?!
– А как попадают в тюрьму? Сохрани… сохрани мою голову, о темный друг…
– Да сохраню – вздохнул я, глядя как в глазницах угасают последние зеленые искорки – Где бы тебя подзарядить, а? И куда магопровод втыкать? Ладно…
Поднявшись, я забросил череп в тощий мешок, вытянул из кольца начавший угасать череп и торопливо зашагал к выходу, на ходу сверяясь с картой.
– В тюрьму так в тюрьму – пробормотал я и смахнул с щеки крупного слизня – И чего я тогда бегал от стражи?
Может воспользоваться советом Снесса?
Нет… сначала попробую все решить самостоятельно…
 
Глава третья
 
Сдался я красиво.
Но дешево.
Это если судить по внешнему невзрачному виду. Переодеваться я не стал, боясь конфискации и всего прочего. Предварительно я прочел несколько коротких, но емких гайдов по тюремному вальдирскуому бытию и знал, что стражи на время изымут каждый предмет и каждый элемент одежды, если он может хоть как-то послужить для побега. Раньше игрокам удавалось часто обманывать стражей и покидать тюремные камеры, но при этом охранники быстро догоняли беглецов уже в коридорах и водворяли их обратно, обучаясь при этом и не повторяя прошлые ошибки.
Но в моих целях побег не значился.
Я просто сдался. И сделал это действительно красиво.
Как только в приветственно распахнутые врата вошла плотная группа игроков, что явно была единым отрядом и выполняли какие-то квесты, судя по обрывкам их веселой беседы, я отлепился от скрывающей меня колонны, пристроился рядом с ними и беспрепятственно вошел в большой внешний двор. Само собой, я мог сдаться и раньше, но очень уже хотелось проверить свои возможности. Все вполне получилось – без использования навыков, магии или снаряжения мне удалось миновать двух стражников незамеченным.
Во дворе я отлепился от уже начавших на меня удивленно поглядывать игроков, подошел к сидящему за столом пузатому стражу и буднично произнес:
– Здрасте! Я вор Шмыговик, что сбежал из-под стражи. Вот постер о розыске. Сдаюсь.
Удивленное молчание длилось несколько секунд. Разлепив наконец губы, страж признался:
– Необычно. Очень необычно, чужеземец Шмыговик. Нечасто воры и беглецы сдаются добровольно в руки закона.
– А я вот сдался – улыбнулся я и с надеждой спросил – Можно меня в камеру?
– Не торопись в заключение. Возможно, ты не знаешь порядков, но для чужеземцев предусмотрен особый…
– Путь признания вины и ее искупления не тюремным заключением, а искренним покаянием и возмещением причиненных убытков – кивнул я – Знаю. Но каяться не собираюсь. И ничего возмещать тоже не буду.
– А вот это уже обычное поведение преступников – страж разочарованно скривился и начал вставать из-за стола – Стало быть ты не раскаялся в своих грехах?
– Не-а…
– За тобой числится много проступков, чужеземец Шмыговик. И я настоятельно советую тебе…
– Каяться не буду! – отрезал я, но глядя на мрачное здание узилища я уже не ощущал прежней уверенности и лихости.
Умеют же они создавать такие здания, что одним своим видом вызывают легкую дрожь. Мрачный серый камень, высокие стены, угрожающие каменные скульптуры на краях крыши, никаких окон и всего пара узких дверей на всем длинном фасаде…
– Не мне судить твою глупость. Следуй за мной. И не вздумай пытаться убежать.
– Я ведь сам пришел.
– Сам – признал спокойно шагающий к тюрьме страж – Но вдруг ты передумал?
– Была такая мысль – признался я, двигаясь за конвоиром – Но нет. Я не убегу.
– Каяться не хочешь… бежать тоже… зачем же ты сдался?
 
– А разве вор не должен сидеть в тюрьме? – удивился я и страж чуть не споткнулся, скользнув по мне еще более озадаченным взглядом.
– Мысль верна… но из твоих уст звучит насмешкой.
– И в мыслях не было. Закон есть закон.
Следующие пару минут мы молчали. Сначала прошли через приоткрывшиеся двери, оказавшись в небольшом помещении с минимальной безликой обстановкой. Я мысленно отметил, что мы вошли через левую крайнюю дверь. Из гайдов я знал, что в этом помещении у меня потребуют сдать все опасные предметы на временное хранение. Если предметы темные или краденные – их не вернут. Поэтому без всяких пояснений я подошел к еще одному столу, за которым сидела суровая женщина в стальных доспехах и развел руками:
– Мне сдавать нечего. Рубаха, штаны и босые пятки. А из опасного и рокового при себе лишь моя улыбка – я ослепительно улыбнулся, осветив радостным оскалом тускловатую обстановку.
Женщина в доспехах глянула разок на меня с таким безразличием, что я со своей дурацкой улыбкой ненадолго окаменел. Чуть оправившись, я попробовал еще разок:
– Моя улыбка топит сердца прекрасных принцесс и побуждает их к бунту. Так заприте же меня скорее и выбросьте ключ!
Взгляд был еще холодней и безразличнее. Как колом в сердце…
– При тебе нет ничего опасного – равнодушно произнесла она и указала рукой на следующую дверь – Как и в тебе самом…
– Обидно – признал я, поворачиваясь в указанном направлении – Вот прямо очень даже обидно…
– Камера номер шесть! – скомандовал стоящий в углу и не сразу замеченный мной страж громила ростом под два с половиной метра, но при этом человеческой расы. В руке у него было здоровенное копье, что едва не царапало низковатый потолок.
Десяток шагов… и я вошел в крохотный каменный мешок. Решетка с грохотом захлопнулась. Коротко оглядевшись, я пожал плечами и опустился на каменные нары у стены. Рядом со мной каменный кувшин с чистой водой – я уже глянул описание. На стенах живописно развешаны цепи пустых кандалов, есть пара решетчатых окошек, в углах густая пыльная паутина, кто-то шкребется в крохотных отверстиях в кирпичных стенах, с потолка нет-нет звонко капает. В общем вот она золотая классика средневековья. Еще не хватает дыры в полу для справления нужды, но тут без этого решили обойтись, заменив ее низким широким кувшином в дальнем углу.
– Прямо как математическая задачка – пробормотал я, переводя взгляд между двумя кувшинами – Из одного пьешь – в другой переливаешь. Вопрос – за какое количество лет отсидки вор Шмыг перельет необходимые для освобождения две тонны воды?
За левой стеной кто-то хрипло закашлял и только поэтому я не получил разрыв сердца, когда в одном из окошек появилась редкозубая бородатая харя:
– Эй! Есть че выпить?!
– Нету.
– Дай!
– Да нету!
– Найду тебя на улице и пришибу! Я Бокф Злой!
– Ну да – вздохнул я и прислонился стеной к стене – Договорились.
Ругнувшись разок, бородатый исчез и снова глухо закашлялся в своей камере. А я… я продолжил терпеливо ждать, надеясь почти на чудо.
Насчет заключения я особо не переживал. Прямо сейчас игровой кокон отслеживает все мои реакции. Если вдруг ему покажется, что я начал чувствовать себя взаперти слишком неуютно – а для многих людей это страшная пытка – то тут же что-то произойдет. Либо за мной придут, либо еще хлеще – аварийный выход. Но так и так меня не станут долго держать взаперти – ибо при этом мой игровой процесс тупо стоит на месте. Ничего не происходит. А в Вальдире для каждого игрока всегда должно обязательно происходить что-то интересное – это одно из их главных правил. Если не случится чего-то неординарного, то меня вскоре ждет суд, затем назначат какое-нибудь наказание, могут даже выдать особые квесты – причем квесты такие необычные, что некоторые игроки специально совершают мелкие прегрешения, чтобы выйти на эту гигантскую квестовую ветку. Меня она, кстати, тоже очень интересовала. Однажды я попытаюсь ее начать, но… надеюсь не сейчас, ведь на сегодня у меня совсем другие планы.