Хакер. Генезис (СИ)
На это я лишь отрицательно повертела головой.
— Думаю, что именно твоя необычная кровь помогла тебе остаться в здравом рассудке после преображения. — Задумчиво произнёс Золтан после десяти минут напряженного молчания. — Я не вижу в тебе жителя Аспорум, но твои глаза постоянно меняют оттенок. Почему?
— На Земле я выглядела немного иначе. Преображение изменило меня, но не сильно. Лишь зелёные глаза стали сизыми, напоминая мне, что я даже не человек.
— Ген синаффектусов не даёт тебе сойти с ума и наделил тебя сильнейшим даром. Твоя кровь позволяет тебе исцелять свои же ошибки. А дар достался, очевидно, по линии отца. — Золтан снова поднялся со скамейки и сел перед мной на корточки. — Вот почему ты другая. Ты не такая, как люди на твоей планете, менее эмоциональна, но всё же способна чувствовать в отличии от синаффектусов.
— Возможно. — Пожала плечами, устав даже удивляться.
И всё же есть один вопрос, на который я хотела бы получить ответ.
— Ты назвал Рейзи правителем Земли. — Осторожно начала я. — А он говорил, из какого времени он сюда перенёсся?
— 3221 год. Земля очень молодая планета, и отсчёт там от какого определённого события.
У меня в голове мозги по берегам разошлись от ужаса. 3221 год! С момента моего побега прошло более тысячи лет! И возможно, что сам Арабеск именно из этого года вернулся в моё время, чтобы создать нового синаффектуса. Получается, раз он всё же стал правителем, значит у них всё получилось, и моя смерть была напрасной.
Люди исчезли.
— Династия Рейзи ищет тебя здесь уже очень давно. Время меняет свою конфигурацию, когда перемещаешься черед Альвазавр. Для тебя на Земле пройдёт тысячи лет, а на Аспорум месяцев десять, не больше. А Рейзи перемещается путём дара, меняя местами прошлое, настоящее и будущее. Это очень опасный дар, потому как он может существовать сразу в трёх измерениях.
— Ты обещал мне помочь, если я тебе всё расскажу. — Напомнила я, пытаясь смириться с тем, что все, кого я когда-то знала, уже давно умерли и существует лишь в моём сознании.
Нет ни мамы, ни отца, ни Алины. Нет бывших одноклассников и директора. Нет больше Сени, Антона, Жени и Кирилла.
Никого больше нет.
— Значит, сделаю. Только нужно узнать, кто является информатором Арабеска. — Я вопросительно взглянула Золтана. — Не думаешь же ты, что он совершенно случайно забрёл на демонстрацию? Ведь его не было на экзаменах двух последних лет. Рейзи узнаёт об одарённых через информатора и сильнейших распределяет в горячие точки.
— Таким человеком может быть кто угодно.
— Именно. И узнать его мы должны раньше, чем Арабеск поймёт кто ты такая на самом деле.
— Он может понять это лишь взглянув в мои глаза. — Померкла я, когда волна паники снова меня накрыла. — После преображения мои глаза изменили цвет с зеленого, на сизый. И только сегодня некая часть меня видимо почувствовала угрозу и организм сам встал на защиту.
Я вскочила со скамейки, не контролируя собственные действия. Чувство загнанности заставляло меня рыпаться в разные стороны, как таракан, выискивающий выход из-под банки.
— Изменить твои глаза можно с помощью иллюзионистов. — Спокойно отозвался Золтан. — Есть у меня сильный иллюзионист, который делает по истине невероятные вещи. Если он будет находится в Академии всё, то время, что здесь пробудет Рейзи, его иллюзия будет на тебя хорошо работать. Как только контакт между вами прервётся, иллюзия тоже исчезнет.
Собственно, на том и порешили.
Золтан обещал договориться со своим знакомым иллюзионистом, а я тем временем вернулась обратно в уже восстановленный зал. Там, правда, никого уже не было, кроме списка прошедших демонстрацию и тех, кто её провалил. И провалившихся было немало!
Как я и ожидала, моё имя в списке прошедших демонстрацию стояло первым с припиской, что я обладаю бинарным даром. Шум, поднявшийся из-за этого, быстро настиг меня. Все, кто прежде насмехались надо мной и не верил в мою силу, сейчас продолжали перемывать мне кости, нисколько не страшась моего непосредственного присутствия.
— Да этого не может быть! — Шушукались они, заставляя меня уже кипеть от злости.
— Может она умеет внушать, поэтому комиссия и написала весь этот бред с двойственностью сил?
— Я сейчас так тебе внушу, что ты имя родное забудешь. — Рыкнула я позади девчонки, которая никак не могла смириться с тем, что сама оказалась едва ли не в самом конце списка. А всем известно, что чем ниже ты стоишь, тем слабее дар.
Девчонка эта резко развернулась и всё же отошла на шаг назад. Предусмотрительно.
— Бу! — Издевательски произнесла я, и вся шайка тут же рванула в стороны, как крысы на тонущем корабле.
— Поздравляю. — Донёсся до меня знакомый голос, который заставил настроение упасть ниже плинтуса.
И так было откровенно говоря хреново от всего, что сегодня произошло. А сейчас станет ещё хуже.
Разворачиваюсь лицом и вижу…
— Дэмители? — Выдыхаю я, совершенно не готовая к тому, что впервые в жизни не узнаю своего друга.
И да, он по-прежнему мой друг, хочу я этого или нет. Понимаю, что не дружеские чувства подтолкнули его к нарушению закона, но всё же я нисколько не жалею о произошедшем. Пока не жалею.
Дэми улыбается мне грустной улыбкой, но выглядит как-то иначе. После всего того, что я имела неосторожность наговорить ему. Но грусть, которую я увидела, как оказалась, была показательной. И не грусть была вовсе.
— А как же твоё пресловутое «Дэми»? Раньше тебя не смущал приказ Золтана называть меня как тебе заблагорассудиться. — Дэми другой. Он выглядит так, как человек, который принял решение.
Если честно, подобная резкость и даже хамство меня не мало поразили. Я, конечно, не ждала, что Дэми накинется ко мне с распростёртыми руками, но даже для него это немного слишком.
Дэми подошёл к стенду, совершенно не обращая внимания на другие фамилии. Его интересовала лишь первая строчка. Лишь я.
— Почему я последним узнаю о бинарности твоего дара? — Ресницы Дэми быстро порхают, а губы превращаются в узкую полоску.
Он злиться? На меня?
— Мы все об этом узнали только сегодня. — Ко мне снова возвращается желание особо не разглагольствовать.
— И теперь ты можешь лечить всех, кого пожелаешь? — Дэми оборачивается ко мне, убирая руки за спину. Поза принца, не иначе.
— Ещё не разобралась.
— А меня вылечить можешь? — Дэми подходит ко мне на один шаг. Всего один шаг, который приводит в ужас.
«Что ты задумал?»
— Я тебя не калечила, чтобы лечить. — Вспоминаю слова Золтана о том, что мой дар врачевателя работает, скорее всего, лишь для моей силы.
— Нет, родная, ты меня не просто покалечила! — Нарочито спокойным голосом отвечает Дэмители, делая шаг ко мне, который я не замечаю. — Ты меня изуродовала.
— Говоря яснее!
— Куда уж яснее?! — Зло усмехается друг. — Два года в школе ты не видела меня в упор. Даже после того, как заставил слушаться, как шантажом выискивал твои слабые места, чтобы надавить, ты после всего этого оставалась ко мне безучастна. Я столько раз просил тебя отозваться на мою помощь. Что тебе стоило её принять? Я так старался оберегать тебя. — Дэми выдохнул, на мгновение прикрыл глаза, и я увидела то, что предпочла бы никто не видеть.
Одержимость.
— Но стоило кронпринцу тебя поманить, как ты тут же расправила свои руки, надеясь, что он тебя защитит. Почему он? Почему не я?
Будь я обычной, возможно, что после таких грубых слов я бы врезала Дэми по морде. С оттяжкой, чтобы не только его щека, что ещё и моя рука звенела от этой боли.
— Я тоже задавалась этим вопросом. — Выдохнула я, разворачиваясь и подходя к окну.
— И что? Нашла ответ? В конце концов, ты гений. — Надо же, сколько сарказма! А я и не догадывалась, что мой друг то ещё ироничное дерьмо.
— Нашла. — Ответила просто, чем заставила Дэми резко заткнуться. — Я не знаю, какие цели преследует твой брат. И честно, они меня мало заботят. Единственное, в чём я уверена на его счёт, он со мной предельно честен. В отличии от тебя.