Ведьмочка для ректора Боевой Академии (СИ)

И спросила вдруг:
– Почему он от своей, той, истинной-то отказался, дядька Симеон?
Глава 43 
Дядька Симеон разом остановился. Медленно повернулся и сказал:
– Эх, Ведянка… Вот про это не у меня спрашивать-то надо.
– Тайна, да? – я нахмурилась и тоже остановилась.
Дядька Симеон вздохнул и нехотя ответил:
– Да не то, чтобы тайна. Кому надо, те знают. Только не тот я человек, который про это тебе сказать должен.
Я вздохнула:
– Неужто у самого ректора-то мне спрашивать, дядька Симеон? Страшновато ведь.
Магистр анимагии только руками развел:
– Тебе-то страшновато? А кто у нас ведьмочка, боевая да бедовая? Вон, к личу кинулась как к родному, – ухмыльнулся вдруг дядька Симеон.
Ну да. Оно всегда так и бывает-то. Сначала страшно ужас как, а когда пройдет - так и посмеяться можно. Но одно дело лич этот, существо страдающее, а другое - ректор-то.
– Страшно, ага, дядька Симеон, – вздохнула я опять.
– А придется, Ведяна, – вздохнул и магистр. – Не хочу я через третьи-то руки тебе передавать историю эту.
Я кивнула:
– Да я, дядька Симеон, немножко знаю. Только не все. И не понимаю многого.
– Знаешь-то откуда? – нахмурился магистр.
Я замялась. Вот дернуло ж меня знание-то свое показать. Не про книжицу ведь дядьке Симеону рассказывать.
Покосилась на него да промолчала.
А дядька Симеон, вот до чего догадливый оказался, прямо сам на свой вопрос и ответил:
– Чай, в гримуар свой раньше времени залезла?
Тут у меня глаза чуть из орбит не вылезли-то.
Дядька Симеон только вздохнул да пояснил:
– Ведяна, ты ж ведьмочка. Всем известно, что у вас родовые книги имеются, гримуары. Чего ж удивляешься так?
А я вот даже не столько про гримуар удивилась-то. Я про это вот его “раньше времени”.
– Дядька Симеон, ну ладно, про гримуар, может, вам и известно.
– Только откуда вы узнали, что там охраняющее заклинание-то, на время поставленное?
Я нахмурилась и подозрительно на него посмотрела.
– Ну ты и ведьмочка необученная, – покачал головой магистр. – Чего тут знать-то? Сразу понятно, что время не пришло. Чего б тогда ты у меня спрашивала-то? В гримуаре прочитала б уже. Небось, Эржбета про все подробно расписала там.
Я уныло кивнула головой. Расписала. Да только до тех подробностей книжица меня не допустила.
– Что, до совершеннолетия закрыла доступ-то? – понятливо спросил дядька Симеон.
– Ага, – вздохнула я. – Или когда источник в силу полную войдет. – Или вот инициация моя будет.
– Ладно, дядька Симеон, – я закинула рассыпавшиеся волосы за спину. Тяжелые, черные, красивые они у меня. Блестят как, локонами упали, правда, спутанными. Но все равно красиво ведь…
– Но хоть про маму мою да отца, это вы можете мне сказать? – я умоляюще посмотрела на магистра.
Он нахмурился и недовольно сказал:
– До дому дойдем сначала, Ведянка. А то с твоим-то везением как бы еще один лич по дороге не попался. А там и видно будет.
Да чего там видеть-то… Я понурилась. Не хочет он мне ничего говорить. Знаю я этих оборотней. Они упрямые прямо ужас. Если решили чего, то не добьешься.
Так и плелась сзади дядьки Симеона. Дошли мы до домика моего. Дядька Симеон понятливо остановился, не стал на крыльцо-то подыматься. Я вперед прошла да дверь открыла:
– Заходите, дядька Симеон, – вздохнула да отошла в сторонку, его пропуская.
Вот теперь все правильно. Ведь когда ведьмочки дома нет, защита сразу работать начинает. И кто его знает, что будет тому, кто зайти-то решит. Хорошо еще, если, как вот тогда Тильдушку, просто откинет и не пустит к дому-то.
Дядька Симеон кивнул и зашел внутрь. В домике тишина да пустота. Рыськи ни следа. Я скорее в комнату да на стол посмотрела.
Уфф…
Нету книжицы. Пусто на столе. Слава Светлой матери, отправил фамильяр ее на место.
 
На душе полегче стало. Вот совсем она от рук-то отбивается.
Подавай ей Лаврика, и все тут. Странности какие.
– Так, Ведянка, – дядька Симеон протиснулся в комнату.
Все-таки домик на таких, как он, рассчитан-то не был. Уж больно высок да широк магистр.
Он тяжело вздохнул и покосился на меня из-под заросших бровей:
– Помню, помню я твой вопрос. Да только разговор-то этот долгий. А в Академии вон что творится…
Дядька Симеон запустил громадную ладонь в копну своих волос:
– Так что, ты, это… Из дому сегодня ни ногой. Тут ты в безопасности, полной. Сама понимаешь, бабуля твоя защиту создавала-то.
А мне пора, дел невпроворот.
Я только вздохнула и рукой махнула. Неужели и правда придется все-все спрашивать у самого ректора-то?
До совершеннолетия я точно не дотерплю. Одна надежда, что источник окончательно проснется. Про инициацию сейчас я и думать не хотела. Все-таки это для ведьмочки самое-самое-то важное…
Да только вот боюсь я, что у меня все никак у других-то ведьмочек.
Ведь у них источников нету, а у меня есть. И…вот чувствую я, что связаны как-то они. Источник и инициация. Связаны… Вот только об этом подумала, как сердечко мое и екнуло.
Эхх… Как бы еще поточнее узнать-то, что б зря не расстраиваться.
Опять к книжице придется на поклон идти…
Она там ведь что-то такое говорила, или, мол инициация, или совершеннолетие, или источник?
Запуталась я.
– Идите, дядька Симеон. Спасибо, что защищать меня бросились! – я в пояс ему поклонилась. Ведь и правда, сразу во вторую ипостась свою обернулся, меня за спину себе забросил-то.
– И что проводили до дому, спасибо! – я вздохнула.
Дядька Симеон хмыкнул, расправил и так широкие до невозможности плечи, и пробасил:
– А как же, Ведяна! Мы за своих горой стоим.
И не журись ты. Узнаешь все, когда надо будет. Или спросишь… – он вдруг подмигнул, а я неожиданно смутилась.
– Может, и спрошу, – пробормотала еле слышно.
– Вот это другой разговор, – хмыкнул дядька Симеон. – Узнаю нашу боевую ведьмочку!
Глава 44 
Сандр Огненный почти вбежал в центральный зал. Быстро огляделся и облегченно выдохнул. Нашел глазами Никоса Ланьери:
– Адепт Ланьери, доложите обстановку, – скомандовал ректор.
Никос вытянулся в струнку:
– Господин ректор, все в порядке. Ни один адепт младших курсов из зала не выходил. Нарушения защиты зала не выявлено, – старшекурсник лихо козырнул.
“Как на заставе, в былые годы. А неплохо подготовил их Левий. Отличным оказался преподавателем. Кто бы думал. Даже жалко, что пришлось его отпустить,” – подумал Сандр.
“А все одна бедовая ведьмочка… Да.. Моя…истинная”, – ректора неожиданно обдало жаром.
Перед его внутренним взором тотчас встала жуткая картина.
Она, его ведьмочка, его единственная истинная, протягивает руку к велижскому личу. Смертоносная тварь тоненько взвывает, и тут Сандр обрушивает на нее всю мощь своей магии.
Он прекрасно понимал, что одним разом с высшей нежитью не покончить.
И потому был изумлен, когда лич замолк и мгновенно обратился в кучку пепла.
Теперь понятно, почему. Как выяснилось, существо было истощено до крайности. Ему повезло. Им всем повезло.
А девушка стояла, окруженная мощной защитной сферой. Сандр даже подумал, что, пожалуй, такой уровень защиты не осилил бы ни один лич.
Но это было потом. А тогда он испугался. до одури испугался за нее. Вот и бухнул почти весь свой резерв.