Ведьмочка для ректора Боевой Академии (СИ)

– Спасибо, дядька Силай, – прокричала я, а он толком и не показался. Так, фантом свой прислал. Понятное дело. Сейчас на кухне-то да в столовой самый разгар работы.
– Чуть не забыл, – пробурчал фантом, прямо вот как настоящий домовой, и следом из печи вылетели три кружки с эмблемой Академии.
– Закрутился. Ведянка, – послышался удаляющейся голос.
Рыська тотчас взвился с постели и расселся на лавке. Даже меня ждать не стал, кинулся к еде как будто его неделю не кормили.
Да и у меня, глядя на него, аппетит разыгрался.
На этот раз дядька Силай расстарался. Кашу прислал гречневую, разваристую, да с грибками белыми. Вот точно, как у бабули ели мы.
Даже Рыська не стал привередничать. Уж на что он гречку не любит. Правда, мордочку сморщил поначалу. Заглянул в другую мисочку. Видно, на оладушки рассчитывал.
Похоже, нету оладушек. Вон, как вздохнул. Я тоже заглянула. Оладушек и правда не было, Зато были самые настоящие сырники!
Сырнички я люблю.
Рыська тоже, как попробовал, перестал кривиться. А потом взял да прямо в свою миску опрокинул целую вазочку с медом. Мед тягучей сладостью покрыл сырники, и фамильяр умял все за один присест.
Я тоже не отставала. Вот не зря говорят-то, что аппетит приходит во время еды. Ко мне точно пришел. Я покосилась на Рыськин горшочек с кашей.
Фамильяр взор мой сразу заметил и насупился:
– Прож-жорливая ты стала, Ведянка. Моя каш-ша, – и принялся истово ее поглощать. Вот что творится-то! Да он сроду гречку не очень.
Выходит, если у меня, ведьмочки, источник входит в полную силу, как в книжице писано-то, и аппетит повышается, то и у фамильяра тоже?
Призадумалась, рукой подбородок подперла. Налила чайку себе травяного и пригубила. Мастер все-таки дядька Силай-то. Земляничный лист собран по всем правилам, на ясной зорьке. И высушен в теньке. Это же сразу по вкусу чувствуется. Мелиссы с чабрецом-то больше он мне не заваривает. А я даже соскучилась, и выпила бы. Терять теперь уж нечего.
Рыська выскреб кашу свою до последней крупинки и, довольный, закрыл глаза.
Хорошо сидим. Я чай попиваю и ни о чем не думаю. Рыська так чуть не спит и блаженно мурлычет.
Да, хорошо сидим. Но посидели, да и хватит. Тут в кои веки день свободный выдался, надо все-все, что только можно, сделать.
И начну я с гримуара. Еще бабуля говорила, что если чего-то очень делать не хочется, то лучше это как раз и сделать первым.
Мне очень хочется узнать все. Только страшновато. Да и вредина старая может опять заартачиться.
Но куда деваться-то? Как ни говори, а своя она, родовая, ведьминская. Заартачится, да и сменит гнев на милость.
Или не сменит?
Я вздохнула. Неужели опять придется кровушки ей дать?
Нет, это уж слишком будет. Так часто нельзя ей, впадет в буйство, а потом заснет. Да так, что и не добудишься.
А она мне нужна в бодром состоянии.
– Рыська, просыпайся, дружочек мой, – решительно сказала я. – Неси гримуар. Вопросы у меня к ней. И много.
Паршивец даже глаза закатил. Понятное дело, не хочет с книжицей связываться. А потом покосился на недоеденную кашу в моем горшочке.
Ну вот что ты с ним делать-то будешь. Смешной он у меня.
– Потом доешь, ладно уж, – стоило сказать, так и глазки у него загорелись. Усы кверху поднялись. Вид такой воинственный сразу стал.
– Не жалее-шь ты меня, Ведянка, – но вот пожаловаться, это он завсегда.
– Ладно уж, Рыська, – я нахмурилась притворно. – Неси ее. Скорее начнем, скорее закончим.
Рыська фыркнул и исчез.
Не успела я и глотка сделать нового, как фамильяр вернулся.
Вид у него был вполне себе обыкновенный. Шерстка на брюшке гладкая, лоснится. Не буянила книга, выходит.
 
– Спит, что ли? – прошептала я.
– А что ей ещ-ще делать-то? – нахохлился Рыська. – Держи.
И положил гримуар на стол прямо передо мной.
Ну, что ж. Я выпрямила спину и положила обе руки на древнюю кладезь знаний. Книжица на удивление не стала артачиться. Тотчас встрепенулась и выкатила свой круглый глаз:
– Ведянка? Вижу, вижу, – пробормотал гримуар и серебряные защелки было ощетились. Но со мной сегодня явно что-то было не так. Я ведь даже и не подумала руки-то убрать.
А только взяла да очень-очень неодобрительно посмотрела книжице прямо в единственный глаз.
И что вы думаете?
Она прищурилась и вздохнула. Тяжело так:
– Проснулся он, значитца. Источник-то твой. Ох, не уберегла, не уберегла Эржбетушка внучку свою.
Светлая мать… Да гримуар-то сегодня никак грустит. К чему бы это?
– Вижу-у, ой, вижу-у, – взвыла книжица не своим голосом.
Интересно, чьим же? Своего-то у нее отродясь не бывало. Она ведь ауру, да голос той, кто писал в ней, запоминает. И выдает под настроение.
Сегодня настроение у книжицы какое-то печальное. Совсем не боевое.
Непривычное. К боевому-то мы с Рыськой уж пообвыкли, а тут…
– Что видишь-то? – нетерпеливо спросила я.
– Огонь вижу, вот что! – вдруг огрызнулась вредина, явно приходя в себя.
– Где огонь-то? – вздохнула я.
– Понятно, где. В нем он! В нем и… – тут гримуар вытащил глаз на тонкой ножке чуть ли не к моему лицу - и в тебе.
– Так что, Ведянка, конец тебе пришел. Жизни-то твоей девичьей… – вдруг сказала книжица и неожиданно успокоилась.
– Главное, суть ведьминскую сбереги! – добавила, да так серьезно и глаз свой убрала наконец. Неприятный он у нее. Хорошо, что убрала-то.
Ну вот сказала так сказала…
И я осторожно спросила:
– Про жизнь-то девичью, это ты про что? Никак скоро конец мне придет? Вот любишь ты загадками говорить!
Фыркнула старушка:
– На то и гримуар я. А вам все, ведьмочкам молодым-то, выложи да на блюдечке поднеси. Вот учишься ты, учишься, Ведянка. А толку-то чутка выходит! Эх, вот чтобы без меня делала-то, а?
– Сказала же - девичья! – вредина недовольно зашебуршила страницами. – А поперву того сказала про огонь!
– Смекаешь? – глаз высунулся опять и уставился на меня, не моргая.
Ну-у…
– Вроде как смекаю, – почему-то прошептала я и почувствовала, как щеки краской налились.
– Смекаешь, – фыркнула книжица.
Я покосилась на Рыську, который с деловым видом вылизывал лапки, будто и не слушал нас во все уши.
– Скажи… Значит, это правда? И С-сандр, – да я даже заикаться стала. – Ну, ректор наш… Он на самом деле мой истинный?
Но как?!
Ведь у ведьмочек так не бывает…
Да и он же…ну, не такой уж молодой-то. Сорок лет! И маг!
Я уставилась на книжицу.
– Эхх, молодежь, – книжица зашелестела страницами. – Истории своей не помните, обряды-то все позабыты.
– Вот, тут читай-ка, – и буквы на нужной строке полыхнули алым.
“Всем ведьмочкам рода Маленских, чтобы знали да не забывали. Род наш пошел от старых Князей, которые правили краем испокон веков. Старые Князья носили в себе источники двух стихий - стихии огня и стихии воды. Потому и был мир и покой в землях наших. И рождались долгожданные младенцы в семье, носители двух стихий до тех пор, пока не влюбился один из Князей в деву лесную, ведьмочку. Краше нее никого не встречал он и назвал своею, желанною. От союза их пошли младенцы, носящие в себе еще и ведьминскую суть.”
Книжка резко захлопнулась:
– Ну, теперь-то все поняла, Ведянка?