Пурпурные грозы (СИ)

Я добралась до странного дома к вечеру, и сразу поняла, что след Дэра заканчивается как раз на поляне перед зданием. Орать и звать любимого было нельзя, и я, держа наготове стрелу, обошла здание крутом. Кажется, здесь давно уже никто не жил, а если и приходил, то редко. Совсем как теремок в Дождливой долине…
Мрачное здание из черного камня, больше похожее на крепость или тюрьму… Когда я увидела приоткрытую дверь, тотчас приблизилась, напряженно вслушиваясь в тишину ледяного вечера. Ничего. Ни крика, ни стона, ни шепота. Я взошла на крыльцо и плечом отворила дверь. Пусто. Кое-какая мебель внутри, но все старое и полуразвалившееся. Нет, это не была уютная хижина с баней. Это было мертвое, унылое место, погибающее по воле хозяина.
Домом владела печаль. Дом умирал в одиночестве. Я как будто различила слабый цвет на полу, и пошла по нему, пока не уткнулась в еще одну дверь. Подвал. Наученная, я сперва выглянула в окно — не возвращается ли хозяин? Потом прислушалась — тихо. И начала спускаться вниз, то и дело останавливаясь. Лестница показалась мне вечной.
Но когда я прошла по темному коридору и в конце его увидела знакомый свет, чувства не позволили остановиться и подумать, прежде чем рвануть вперед.
— Дэр! — шепотом закричала я, падая перед мужчиной на колени. Цепи, оплетая его запястья, тянулись к каменным стенам, с обожженных рук капала кровь… золотые цепи. Солнечные? — Любимый, милый мой, хороший… очнись!.. — всхлипнула я.
Мокрая лохматая голова приподнялась, и я увидела впалые щеки и густую щетину.
— Мэй… — прошептал он. — Ты?.. Уходи отсюда! Скорее!
— Как это трогательно, — сказал знакомый голос за спиной.
Я резко развернулась и увидела Сварта. О, боги! Предки, не оставьте! Цахтал, защити! Поднялась, закрывая Дэра собой. Лук все ещё был наготове, и я натянула тетиву. Пусть только сунется!
— Не смей её трогать, Сварт! — зарычал Дэр, и мне показалось, что цепи сейчас лопнут. Но нет, солнечные оковы держали крепко, и кровь продолжала капать…
— Отпусти его, или я тебя убью!
Марк нахмурился.
— Опусти.
— Я выстрелю, — пообещала я, зная, что действительно могу это сделать. — Сейчас, если не уберешь эту дрянь от моего супруга!
Солнечный шагнул навстречу, и я пустила стрелу ему в плечо.
— Мэй! — захрипел Дэр.
— О, боже… — прошептала я. Стрела не долетела до Сварта, сгорев на лету. Не растерявшись, я пустила ещё одну, правда, руки дрожали. Но и она не достигла цели. — Не смей делать ему больно! — выдохнула я, чувствуя, что сейчас заплачу.
— Он крепкий. Потерпит, — невозмутимо сказал Марк.
— Дай ей уйти, Сварт, — сказал Дэр. — Прошу, не делай Мэй больно.
— Чтобы она привела сюда остальных? Нет. Не пойдет. Возможно, вам обоим стоит задержаться.
— Отпусти его, сволочь! — и я кинулась на мужчину, нанося удар кулаком в скулу. Удивительно, но Марк не стал уворачаиваться. Его голова слегка отклонилась в сторону, и он хмыкнул, видя, как я схватилась за руку.
— Ты сильная, Мэйди, но не думаешь о последствиях. Идем-ка.
Он молниеносно схватил меня за руку и потащил прочь. Следом донесся рев Дэра…
 Глава 12 
Глава 12
— Дэр! — кричала я, но он уже не мог услышать. — Освободи его! Отпусти немедленно, или я не знаю, что сделаю!..
— Вот именно: не знаешь.
— Ты никогда не заставишь нас отступиться друг от друга! — выговорила я, от страха даже не пытаясь вырваться.
— Почему же, есть способ, — мрачно ухмыльнулся Марк. — Как там в Среднем королевстве говорят: пока смерть не разлучит нас?
Пол ушел из-под ног, и я едва не потеряла сознание.
— Цахтал не придет на помощь, — сказал Сварт, холодно на меня глядя. — И Дэр здесь потому, что так правильно.
— Ты делаешь ему больно!
— Ага.
— Ты мучаешь его!
— Так лучше для всех.
— Безумец! Палач! Сволочь!
— Знаю.
— Ты хочешь, чтобы он умер?
— Возможно.
— Почему ты так жесток? Что Дэр сделал тебе?
— Он повел себя глупо, выйдя за тебя. Атре нужен сильный властелин, а не размазня, променявший дар на чувства.
 
— Чувства и есть дар. Признайся, ты мстишь ему из-за Колэя? Потому, что Дэр имеет то, чего у тебя нет — семью, близких и друзей? У него есть прекрасный дом, есть будущее!
Марк сощурился.
— Дом. Семья. Да уж, этого я лишен. Живу в огромной развалине — древней как само время, на костях родных. Со своим дрянным даром сплю в обнимку, встречаю рассветы не улыбкой — ненавистью. Знаешь, почему Дэр здесь? Он слаб. И это было в нем всегда — жажда помочь другим, выслушать их вместо того, чтобы поступить жестко, не слушая возражений. Агна умерла из-за него! — Он откинул меня прочь, и я неуклюже рухнула на пол, больно ударяясь поясницей. — Как он мог потакать её любви, зная, чем это обернется?
— Как ты мог любить её, если знал, что это опасно⁈ — заорала я. — Дело в тебе, а не в Дэре! Хватит искать виноватых! Загляни внутрь собственных поступков — Агна умерла от твоей руки.
— Что ты знаешь о страдании⁈ — зарычал Марк, и я отползла прочь, дрожа от ужаса. В таком состоянии человек способен на все. — Моя мама умирала в мучениях из-за Дэра! Он хотел спасти брата, а я мать! Чертовы травы! Два жалких куста. Два куста, Мэйди! Важен был каждый листик… Хватит с него побед.
И Марк двинулся на меня.
— Что ты хочешь сделать? — задыхаясь, хрипло выговорила я.
— А что ты думаешь, Мэй? Мне нужен твой свет. Он поможет вернуть Атре могущество.
— Ты помешан на власти!
— Я лишь хочу, чтобы красная земля обрела уверенность в будущем. С Дэром у Атры не хватит сил противостоять грядущему.
— Что такого грядет, из-за чего ты стал убийцей?
— Этого тебе знать не обязательно.
Меня словно в огонь сунули — запястья свело дикой болью.
— Марк! Пожалуйста, если ты все ещё любишь её… — прошептала я. — Не надо. Агна ведь совсем не это имела в виду, когда просила тебя сражаться.
Яркий свет ударил в лицо, и я вскрикнула.
— Не это, — глухо сказал Марк. — Она говорила о другом страдании.
— Страдание не должно быть основой жизни!
— Моя жизнь основана именно на нем, — пробормотал он, и вдруг резко развернулся и застыл. — Что за⁈
Я поглядела туда же — ничего и никого. Просто каменная стена.
— Ты… — пробормотал Марк. Он сходил с ума? — Снова. Ну, Магици…
Внезапно он схватил меня за руку и потащил куда-то. Вскрикивая, я пыталась вырваться, но только делала себе больнее. Мы снова спустились в темницу, и Марк бросил меня в угол.
— Сиди там. Тихо. Если пошевелишься — я его убью.
Я замерла, не мигая глядя на Дэра. Теперь он висел головой вниз. Я не могла понять, вздымается ли его грудь и искусала губы, сдерживая рыдания. Неужели Марк действительно нас обоих ненавидел за любовь?
— Вот оно, страдание, Мэйди. Видеть, как мучается любимый, — сказал он и ударил Дэра в живот. Тот вздрогнул, но не очнулся. Я впилась ногтями в собственные ладони, чувствуя, что срываю кожу. С подбородка капали слезы, и я не пыталась их сдержать.
— Марк… — прошептала я. — Не делай ему больно. Отпусти его, пожалуйста. Я останусь здесь с тобой, сделаю, что хочешь. Только отпусти его…
— Вот как ты заговорила. И это верность? Подчиниться мне, чтобы спасти его?
— Я спасу его ценой жизни, если потребуется. Если бы Агна была здесь — она бы разочаровалась в тебе! — выкрикнула я, и он снова ударил Дэра. — Нет! — взвизгнула я и бросилась наперерез. Плевать на его приказы! Больше он Дэра не тронет. — Меня бей! Меня!.. Тебе этого надо? Видеть чужую боль? Тогда убей нас обоих прямо сейчас и умри сам! Ты гниешь от собственной злобы. Думаешь, Дэру легко? При могущественном отце, который привык все контролировать, при семье, которую надо беречь, при мне, глупой и жадной… Он любил тебя как друга, дорожил тобой! И сейчас любит несмотря ни на что…
Марк остановился.