Пурпурные грозы (СИ)
— Ты никогда в бане не была? А, ну конечно. Они не пользуются популярностью в Западном королевстве. Что ж, тебя ждет очередной сюрприз, милая.
— Ты хоть намекни. Это что-то вроде чего?
— Вроде приятной процедуры. Думаю, тебе понравится. И я всё-таки воспользуюсь веником.
— Зачем?
— Буду тебя шлепать.
— Шлепать меня? Веником? Может, не надо? — слегка напугалась я.
Он рассмеялся.
— Не бойся. Вскоре всё поймешь.
Дэр снял с лошадей сбрую и обоих завел в стойло.
— Они согреют друг друга, но на всякий случай я зажгу светлячка. Пойдем, милая. Затопим баню и разведем дома огонь.
Я радостно кивнула и прошла следом за ним в боковую дверку. Дэр сам нес все вещи, мне оставил только свежевыпеченный хлебец в холщовой сумке, который дала нам Ирина.
В доме было тихо и холодно. Всего две небольших комнаты и кухня. Место выглядело заброшенным, но не запущенным. Снова расшитые занавески, снова ковры на полу. Золотой, синий и темно-коричневый. Старый черный сундук возле кровати, на полках — книги и стеклянные вазы с яркими сухоцветами. Под потолком — сушеные грибы и травы. Настоящий дом мага! Правда, пыльно, но это придавало жилищу особое очарование.
— На втором этаже большая спальня и обсерватория. Бэйт порой приезжает сюда звезды глядеть и зелья замешивать.
— Уютное волшебство.
— Тайный дом, — улыбнулся Дэр. — Не думаю, что Сварт о нем знает. Долину мы зовем Дождливой. Где устроимся? Здесь или наверху?
— Как скажешь, — улыбнулась я. — Везде хорошо.
— Тогда пойдем наверх, там кровать больше.
Я рассмеялась и последовала за ним. Комната за синей дверью оказалась просторной, но раза в два меньше той, что была у нас в Грозовом доме. Непривычно было видеть светлые, обитые голубой тканью стены, и сливочно-белое покрывало на кровати.
Дэр затеплил нескольких светлячков, найденных в шкафу, и они радостно разгорелись, создавая приятное тепло.
— Ты пока разбери вещи, а я пойду баню проведаю.
— Хорошо. Развести огонь?
— Да, можно. С пламенем здесь станет ещё уютнее.
И он, тронув мою щеку пальцем, вышел из комнаты. Не знаю, почему, но здесь я чувствовала себя в полной безопасности. Даже у Грозового дома не было таких прочных невидимых стен.
Я нашла дрова, разожгла огонь и разложила немногочисленные вещи — полотенца и белье, расческу, мыло. Проверила постель и убедилась, что она пригодна для сна. Отнесла еду на кухню, обнаружив дверку в маленький погреб. В навесных шкафах стояла светлая глиняная посуда, расписанная синими красками, стаканы из желтого стекла были аккуратно расставлены по полкам. Я обнаружила соль и приправы, нашла большой котелок и серебряные столовые приборы. В одном из ящиков была скатерть — красивая, расшитая цветными нитями. Я постелила её на стол и разгладила, подняла упавший стул. Удалось найти ещё несколько светлячков, и они, довольные, ярко осветили кухню.
— Замечательно, — сказал Дэр, и я вздрогнула.
— Ты так неожиданно появляешься!
Мужчина обхватил меня сзади и поцеловал в ухо.
— Баня будет готова через пару часов. Нужно хорошенько прогреть её. Чем мы займемся сейчас, моя краса?
— Не знаю, — отозвалась я. — Хочешь есть?
— Нет, — прошептал он, касаясь губами моей шеи. — Не голоден.
— Погуляем?
— После.
— М-м-м… Может быть, поспим? Мы ехали всю ночь.
— Отличная идея! — оживился Дэр. — Пойдем в спальню, ведь именно там люди обычно спят.
Я радостно рассмеялась, когда он подхватил меня на руки и легко взбежал вверх по лестнице.
— Наш чертог. Госпожа хочет спать, а слово госпожи — закон для меня.
Он мягко уронил меня на кровать и лег рядом — руки по швам, на губах дурашливая улыбка.
— Итак, мы в постели.
Я знала, что Дэр играет, и обожала его веселое настроение.
— Теперь нужно раздеться, здесь уже достаточно тепло.
— Как скажешь, Мэй.
На его рубашке не было пуговиц, и он в два счета стянул её через голову.
— Теперь брюки, — показала я.
— Желаешь спать одетой рядом со мной, голым? Идея интересная.
— Сначала разденешься ты, а потом разденешь меня, — отозвалась я, тихо посмеиваясь.
— Мудро, весьма мудро.
Дэр ловко высвободился из штанов, и я села поближе, чтобы ему было удобно снимать платье. Прошло много времени с момента нашей первой «светлой» близости, но я никак не могла побороть смущение до конца. Возможно, это было и к лучшему.
Он медленно вынул руки из рукавов, подхватил подол и потянул платье вверх. Ткань скользнула по телу и на мне осталась нижняя шерстяная сорочка.
— Мне нравится твой вид, Мэй. Красиво облегает, — сказал он и коснулся моей пятки, чтобы провести кончиком пальца вдоль тела до шеи.
Я повалила его на спину и, сев к Дэру на бедра, сняла одежду.
— Знаю, ты просил кружево, — лукаво улыбнулась я, видя, что Дэр замер. — Но, возможно, тебе и это понравится.
На сей раз на мне было слитное атласное боди со шнуровкой сзади. Я не могла оставить привычку носить корсеты хотя бы так. Темно-синее, заказанное ещё в неделю до свадьбы, оно едва прикрывало грудь. Я надеялась, что супругу понравится, и теперь понимала, что не ошиблась с выбором. Дэр пожирал меня глазами, рот был приоткрыт. Он снял амулет, и я сняла кольцо. Хотелось удивить его ещё сильней, и я медленно поднялась выше, разводя ноги и дразня мужа медленными движениями бедер. Щеки горели, но смущение не главенствовало. Это была ласковая страсть, нежная пытка. После всего, что произошло, я хотела обрадовать Дэра, доставить наслаждение.
— Милая, — прошептал он, — смею ли я надеяться на поцелуй?
Ответом ему стало прикосновение. Я тронула кончиком языка его рот, повторила несколько раз, и Дэр, хрипло рассмеявшись, впился в мои губы. Он не спешил раздевать меня — руки гуляли по телу, то и дело теребя сквозь тонкую ткань самые чувствительные места. Конечно, никто не собирался спать.
Дэр спустил лямку, привстал и провел губами по шее до плеча. Мне нравилось запускать пальцы в его короткие волосы, нравилось сжимать его голову, когда он в порыве чувств впивался в мою кожу слишком жестко.
— Дэр… О, боже… Я так не выдержу больше. Там… есть…
— Да, — отозвался он, — знаю я про эти крючки.
— Тогда расстегни их скорее и стяни эту штуку!
— Не хочу, — тихо рассмеялся он, и я застонала. Хотелось извиваться змеей и кричать. — Хорошо, но не все сразу, — сказал Дэр, понимая, что лучше не мучить меня.
Но он тронул только те заклепки, что были внизу, чтобы пальцами начать творить знакомую музыку. Руки его были сильными, губы — беспощадными.
— Хочу больше, Дэр. Больше тебя.
Я повернулась, пытаясь до него дотянуться, и он изогнулся, помогая мне. Как хорошо! Я прошлась по его животу, тронула губами естество. Язык Дэра в тот же миг оказался внутри, и я вскрикнула от удовольствия. Почему-то моя чувственность рядом с ним обострялась, и в последнее время это шло по нарастающей. Голова кружилась от избытка наслаждения, ни Дэр, ни я не контролировали чувства, и в итоге плюхнулись на пол, запутавшись друг в друге. Смех перешел в прекрасное, веселое удовольствие, и Дэр прямо на ковре овладел мной — неспешно, ласково и до мурашек приятно. Обычно он был страстным и двигался жестко. Так было все предыдущие разы, но не сегодня.
Я обняла его, прижимая к себе, и ловила каждый вдох, каждое нежное слово, что он шептал. А потом мы задремали там же, где предавались любви. Просто укутались в меховое одеяло и слушали, как за окном поет вьюга.
Наверное, я на какое-то время провалилась в сон. Когда Дэр поцеловал меня в щеку, и я открыла глаза, за окном ходила фиолетовая темнота.
— Ой! А почему такой цвет? Как красиво!
— В горах вечер всегда фиолетовый, — отозвался мужчина, перебирая мои пряди. — Если мы зажжем внешних светлячков, снег станет розовым и привлечет морозные огоньки.
— О! Они здесь водятся⁈ Что же ты сразу не сказал! Скорее, идем!
Дэр рассмеялся и встал следом за мной.